Обсуждаемые темы
последний комментарий 3 ноября в 16:26
Мой новый канал.
...Муж пожалел денег на хозяйство и наряды. Как суд Стамбула XVI века защищал жён
Весной 1560 года, в самый расцвет правления султана Сулеймана I, двери районного суда в стамбульском квартале Бешикташ решительно распахнула горожанка по имени Феррахшад бинт Абдуллах. Женщина явилась к судье вовсе не жаловаться на судьбу и не просить снисхождения: она привела к ответу собственного бывшего супруга Мехмеда Челеби, который задолжал ей триста серебряных монет (сто акче недоплаченного брачного дара и двести акче на питание и жильё). Уже через полчаса притихший муж под строгим взглядом судьи и четырёх почтенных свидетелей квартала подписывал обязательство вернуть супруге каждую монету до единого акче. Подобные сцены разворачивались в судах османской столицы практически ежедневно. Привычный миф о полном бесправии восточной женщины рассыпается при первом же знакомстве с архивами. Когда современные турецкие историки опубликовали сто томов подлинных судебных реестров Стамбула XVI века (İstanbul Kadı Sicilleri), перед исследователями открылась удивительная картина. Оказалось, ч
Показать еще
последний комментарий 12 октября в 21:01
На юбилей позвали 40 гостей, но сестра отменила праздник
– Один, – сказала Оля. – Не два маленьких, а один, на двоих. Мы с сестрой всегда делили один. Молодой кондитер с мучной бровью записал в блокнот «один» и подчеркнул. Оля заглянула через прилавок, постучала пальцем по слову, дождалась второй черты и продиктовала надпись: «Таня и Оля – 60». Между именами она велела поставить сердечко, не красное, а розовое, какие были на пирожных их детства. – Свечи? – Цифрами. Шестёрка и ноль, побольше. Возраст надо показывать смело. Был конец августа. До юбилея оставался месяц, ресторан на сорок человек был снят, предоплата внесена, а дочь Ксения присылала в семейный чат шрифты для приглашений. Оля вела операцию «Шестьдесят» как посевную: с утра до ночи, с блокнотом и в полный голос. Для гостей ресторан обещал свой торт в три яруса, а этот, простой, она заказала для кухни: накануне, вдвоём, при свечах, как в детстве. Звонить сестре она начала прямо с крыльца кондитерской. – Тань, торт заказала. Один, как всегда. С цифрами. – Как скажешь. – Слушай дальш
Показать еще
последний комментарий 13 апреля в 09:29
Моя мать двадцать лет звонила мне каждую пятницу. Три одинаковых вопроса, тридцать секунд. Меня это раздражало
Я стою на кухне в пятницу вечером. Чайник уже закипел, а я не снимаю его с плиты. Смотрю на телефон. Он лежит экраном вниз на подоконнике, там, где всегда лежит. Я на него смотрю, а он молчит. И молчит, как мне кажется, как-то по-особенному. Часы показывают семь ноль три. И я вдруг вспоминаю, что двадцать лет именно в это время у меня звонил телефон. Моя мать начала звонить мне каждую пятницу, когда ей было пятьдесят шесть. Я помню первый такой звонок, потому что сначала испугалась. Подумала: что-то случилось. У матери не было привычки звонить без повода, у неё вообще мало что было без повода. Она сказала только: — Леночка, как дела? Я ответила, что нормально. А у тебя что, мам? Она помолчала секунду. И сказала: — Да ничего. Ты ела сегодня? Я тогда ещё не знала, что это будет каждую пятницу. Двадцать лет. Звонок приходил ровно в семь. Не в семь ноль две, не в семь пятнадцать. Ровно. У неё был старый кнопочный телефон, жёлтый такой, «Нокия», ещё тех времён, когда телефоны жили по десять
Показать еще
загрузка
Показать ещёДополнительная колонка
Правая колонка