Сермяжная правда

Есть места, которые природа словно бы нарочно обходит стороной, оставляя их в стороне от людской суеты. Озеро Виви в Эвенкии — из таких. До него можно добраться только вертолётом, постоянных поселений на берегах нет, а зимой оно сковано льдом почти девять месяцев в году . Именно здесь, на юго-восточном берегу, стоит семиметровая стела, обозначающая географический центр России . Но куда интереснее то, что эвенкийское слово «виви» переводится как «сумасшедший» или «опасность» . И, судя по тому, что происходит с этим озером и плато, на котором оно лежит, название это дано не в честь красивых пейзажей. Начнём с фактов, которые можно проверить. Виви — второе по запасам пресной воды озеро России после Байкала, вытянутое примерно на 80–90 километров при ширине всего в 3–5 километров . В него впадает больше тридцати рек и ручьёв, а вытекает одна-единственная река с тем же названием . Это уже само по себе странно: обычно у крупных озёр баланс притока и стока иной. Но главная странность в друго

Когда в одном полку или лагере оказывались казаки и солдаты регулярной русской армии, столкновение происходило не только на уровне уставов, но и на уровне повседневности. Казаки жили по своим правилам, которые для стороннего наблюдателя выглядели либо дикостью, либо странной вольницей. И дело было не в экзотике как таковой — дело в том, что за каждым обычаем стояла логика, выработанная веками пограничной жизни. Русский солдат, привыкший к муштре, смотрел на это с недоумением. А иногда — с завистью. Самое сильное впечатление на регулярные войска производило отношение казаков к гигиене. Там, где солдат обходился умыванием из фляги, казак умудрялся организовать настоящую баню — пусть даже походную. Сооружались шалаши с очагами, и перед боем казаки парились и мылись . Это было не просто желание расслабиться. В этом читался ритуал: встречать смерть следовало в чистой рубахе. Для человека, привыкшего к армейской экономии на всём, включая воду, такая расточительность в условиях марша казалас

В середине 1960-х годов советская полярная экспедиция, согласно одному из поздних рассказов, обнаружила внутри арктического ледника огромный серебристый самолёт, размеры которого превосходили любую привычную пассажирскую машину. Из толщи многолетнего льда выступала его округлая носовая часть с широкими затемнёнными окнами. Когда полярники начали обследование, выяснилось, что корпус длиной около 150 метров практически не имеет повреждений. Внутри находились пассажирские кресла, закрытые грузовые отсеки и фотографии, на которых этот же аппарат стоял возле неизвестного аэропорта и на поверхности планеты с красноватым небом. Но через несколько дней произошло нечто совершенно неожиданное. В окнах замёрзшей машины загорелся свет, над ледником появился небольшой овальный объект, а затем гигантский самолёт начал самостоятельно выбираться из ледяного плена. Подтверждённых документов об этом происшествии не сохранилось. История известна по пересказу воспоминаний участников арктических работ, при