Сермяжная правда

Есть места, которые природа словно бы нарочно обходит стороной, оставляя их в стороне от людской суеты. Озеро Виви в Эвенкии — из таких. До него можно добраться только вертолётом, постоянных поселений на берегах нет, а зимой оно сковано льдом почти девять месяцев в году . Именно здесь, на юго-восточном берегу, стоит семиметровая стела, обозначающая географический центр России . Но куда интереснее то, что эвенкийское слово «виви» переводится как «сумасшедший» или «опасность» . И, судя по тому, что происходит с этим озером и плато, на котором оно лежит, название это дано не в честь красивых пейзажей. Начнём с фактов, которые можно проверить. Виви — второе по запасам пресной воды озеро России после Байкала, вытянутое примерно на 80–90 километров при ширине всего в 3–5 километров . В него впадает больше тридцати рек и ручьёв, а вытекает одна-единственная река с тем же названием . Это уже само по себе странно: обычно у крупных озёр баланс притока и стока иной. Но главная странность в друго

Когда в одном полку или лагере оказывались казаки и солдаты регулярной русской армии, столкновение происходило не только на уровне уставов, но и на уровне повседневности. Казаки жили по своим правилам, которые для стороннего наблюдателя выглядели либо дикостью, либо странной вольницей. И дело было не в экзотике как таковой — дело в том, что за каждым обычаем стояла логика, выработанная веками пограничной жизни. Русский солдат, привыкший к муштре, смотрел на это с недоумением. А иногда — с завистью. Самое сильное впечатление на регулярные войска производило отношение казаков к гигиене. Там, где солдат обходился умыванием из фляги, казак умудрялся организовать настоящую баню — пусть даже походную. Сооружались шалаши с очагами, и перед боем казаки парились и мылись . Это было не просто желание расслабиться. В этом читался ритуал: встречать смерть следовало в чистой рубахе. Для человека, привыкшего к армейской экономии на всём, включая воду, такая расточительность в условиях марша казалас