Глава 15

Михаил вышел из кабинета генерала, но снова вернулся туда через минуту. Он не стал стучаться – просто открыл дверь и шагнул через порог. Свиридов поднял на него глаза и отложил ручку.
– Я же сказал: идите, майор.
– Товарищ генерал-майор. Разрешите мне с ней поговорить.
– С кем?
– С Морозовой. Мне нужно её увидеть.
Свиридов посмотрел на него исподлобья.
– Ты понимаешь, что это не в твоей компетенции? Она потерпевшая и написала заявление на ваш беспредел. Её допрашивает следователь. Ты не имеешь права вмешиваться.
– Понимаю.
– Тогда какого чёрта ты от меня хочешь?? Я уже сказал, что ты превысил свои должностные обязанности, участвуя в процедуре изъятия детей, которая проводилась, как теперь выясняется, на незаконных основаниях. А теперь хотите вмешаться в процесс восстановления прав потерпевшей?
– Я не собираюсь вмешиваться, я просто хочу понять, как так могло получиться.
Свиридов махнул рукой:
– Ладно. Нечего мне тут играть своими желваками. Она в третьем кабинете, у Соколова. Скажешь ему, что ты от меня. И давай без этой твоей самодеятельности.
– Понял.
Михаил вышел и пошёл по коридору. Третий кабинет находился в самом конце, но ещё издалека Тарасов услышал громкий, взволнованный женский голос.
Михаил постучал и заглянул внутрь
– Сергей Яковлевич, я от Свиридова. Можно поприсутствую?
Соколов молча показал ему на диван у окна.
Анна Ивановна Морозова сидела на стуле напротив следователя, и Тарасов принялся молча рассматривать её: на вид ей было около тридцати, полная, с круглым лицом и светлыми, почти белыми волосами, которые она то и дело поправляла. Наверное, её можно было бы назвать красивой, если бы не слишком светлые и острые глаза, никак не гармонировавшие с остальными чертами лица.
– Вы вообще не имели на это права! – всхлипывала она, размазывая по щекам дешёвую тушь. – Это мои дети! Я их родила! Я их выносила! А вы забрали их!
– Анна Ивановна, успокойтесь, – говорил Соколов. – Произошло недоразумение. Из роддома были похищены дети. Близнецы, мальчики. Им было всего три дня, когда их украли. Какая-то неустановленная женщина вынесла их тайком от матери, понимаете? Их искали больше месяца, и когда поступило сообщение о том, что у гастарбайтеров узбекской национальности находятся двое детей славянской внешности, мы не могли не отреагировать!
– А при чём тут узбеки? Они очень хорошие люди, и я сама доверила им своих детей! А вы ворвались к ни в чём не повинным людям, схватили детей и увезли! А они даже не понимали, что происходит!
– Подождите, – остановил её Михаил. – Я не понимаю, как можно оставить своих новорождённых детей и уехать неизвестно куда и надолго. Вы же мать.
– Вы ещё кто такой?
– Михаил Тарасов. Майор полиции. Это я руководил операцией по изъятию детей.
– А кто вам дал на это право?! – взвизгнула Анна. – Где они сейчас? Почему никто не говорит мне об этом?
– Вам их вернут после соответствующих тестов, которые смогут подтвердить или опровергнуть ваше родство с ними. А сейчас, пожалуйста, расскажите нам всё с самого начала, чтобы мы не подозревали вас в соучастии в преступлении. Кто их отец, и как вы оказались знакомы с этими узбеками?
Анна помолчала немного, как бы раздумывая, с чего начать. Потом заговорила быстро и сбивчиво, но с отчаянной искренностью.
– Ой, да что тут рассказывать? Я забеременела от одного человека. Не от Мансура. От другого. Юрка – русский, и мы с ним встречались почти полгода. Мы с ним оба маляры-штукатуры, вот на стройке и познакомились. Я всё ждала, что он замуж меня позовёт, а он не звал. Ну, потом я забеременела и сказала ему об этом, а он разорался на меня и заявил, что не хочет никаких детей. Говорил, чтобы я сделала аборт. А я отказалась, потому что не могла убить своего ребёнка. Мы поссорились сильно, прямо на объекте. Он ударил меня по лицу и ушёл. А я осталась. Ну, разревелась, конечно. А тут ко мне парень подходит, симпатичный такой, и конфету в руки суёт. «Не плачь, – говорит. – На вот, покушай!»
Анна вздохнула, вытерла слёзы и вдруг улыбнулась своим воспоминаниям:
– Это Мансур был. Он у меня такой – добрый и заботливый. Он приехал к нам на заработки со своей семьёй, сёстрами, тётей, двумя дядями и братьями. Они все из Средней Азии, а работают на стройке. Они все хорошие. Правда. А мой Мансур и вовсе золотой человек. Ему было все равно, чей у меня ребёнок, он просто был рядом. И его сёстры тоже, Гульнара и Дилара. И их тётя Равшана. Они ко мне так хорошо отнеслись, как к родной. Ну я с ними и осталась. К ним постоянно человек один приходил, Владислав. Семья Мансура платила ему, чтобы он помогал им решать всякие проблемы. Вот этот Влад и разрешил, чтобы я тоже с ними жила. Даже хотел меня в роддом отвезти, но я не поехала. Дилара и Равшана помогали мне рожать.
– У ваших детей не было свидетельств о рождении и вообще никаких документов, – напомнил ей следователь Соколов. – Почему вы после родов не занялись их оформлением?
– Так я же сказала вам, – всплеснула руками Анна, – мы почти сразу после родов поехали с Мансуром к нему на родину. Надо же мне было познакомиться с его семьёй. Я только думала, что через неделю мы вернёмся, но нас оттуда не отпустили так быстро: родни-то у Мансура много. А когда мы вернулись, детей уже не было. Дилара сказала, что пришла полиция и их забрала.
Она гневно сверкнула глазами.
– Отдайте моих детей. Я ни в чём не виновата! И о тех, кого украли из роддома, ничего не знаю! Я там даже не была!
Михаил смотрел на неё и понимал, что она говорит правду.
– А этот Влад… он видел ваших детей?
– Конечно, – округлила глаза Анна. – Я их не прятала. Их все видели. А что?
– Ничего, – покачал головой Михаил и, кивнув следователю на прощание, вышел из кабинета.
– Мне с сообщением о детях позвонил Стас, – размышлял Михаил. – Но он-то откуда узнал адрес этих узбеков. Значит, кто-то намеренно ввёл его в заблуждение. Кто? Конечно Бурый, больше некому.
Тарасов остановился у подоконника и оперся об него ладонями:
– Бурый общался с Владом и, наверняка, знал о том, что в семье узбеков появилась русская женщина с двумя новорожденными близнецами. Может, Влад упомянул это в разговоре с Бурым просто так. Всё-таки такое встретишь не часто. Артур сказал, что Стас убил Влада, после того как тот сказал, что избавился от его сыновей. Но Бурый, видимо, оказался хитрее, и когда Стас прижал его, соврал ему, что его дети живы и находятся у узбеков.
В сердцах Михаил несколько раз ударил по подоконнику ладонями. Как сказать об этом Полине? Как объяснить ей всё это?! Чёрт! Чёрт! Чёрт!!! Она же просто не вынесет этого…