Александр Шевчук "Нательный крестик".

В настоящее время двадцать первого столетия религия отделена от государства, но почитаема, люди спокойно исповедуют не стыдясь, не прячась. Телевидение показывает первых лиц государства в храмах на церковной службе в праздники, в городах и селах идет возрождение религии строят храмы, часовни, стало более прилежное отношение к погосту.
Я из прошлого столетия, и не смог примкнуть к христианству, благодаря той политике, с каким прилежанием и усердием у нас искореняли это "зло", хотя я и не стремился к вере. Бабушка моя Прасковья верила в бога, соблюдала посты, молилась, а мама, когда приходили гости, снимала со стены иконы и прятала, она была член партии и ей не хотелось неприятностей, и это очень мягко сказано.
Событие, о котором я хочу рассказать, произошло в шестидесятых годах, все жили бедно, достатка в семьях не было, одевались во что придется, дети донашивали вещи после старших. В школу ходили девочки в форме, коричневое платье и черный фартук, мальчишки в основном в чем придется, выбора не было.

Правда для мальчиков была форма, серое сукно, золотые пуговицы и у фуражки лакированный козырек, но такую школьную форму имели единицы, а остальные могли только об этом мечтать. Однажды в школе на большой перемене всех учеников выстроили на линейку, было ясно, что кто-то набедокурил или поступило распоряжение свыше и надо донести до масс. Школьное руководство было все в сборе для всех учеников еще раз напомнили, что религия это опиум для народа, доказательство тому - полет человека в космос и так далее. Затем вывели из шеренги класса девочку в стареньком застиранном платьице, у нее даже школьной формы не было, бедность проглядывала во всем, и заставили снять нательный крестик, грозя уже не небесной карой, а более приземленной вплоть до исключения из школы. Девочка плакала, прикрывая худенькими ручками место, где висел на суровой нитке крестик, но руководство было неумолимо и, я не помню, кто из них сорвал с девочки крестик, так как сам был еще подросток и не мог всего понимать в той ситуации, но дело было сделано, девочку, плачущую навзрыд, учительница увела в класс и мы разбежались по классам.
После этой школьной линейки девочку я больше в школе не видел. В семье девочки жили в нужде и единственно, что у них оставалось, вера в бога и эту веру надо было прятать и оберегать. Такое было время. Фамилию и имя этой девочки я не знаю, но эпизод врезался на всю жизнь. Такие были реалии того времени и это была нормально.
Александр Шевчук, 2015 г.