Лариса Луппиан действительно признавалась, что хотела развестись с Михаилом Боярским, но её остановила тяжёлая болезнь мужа.

При этом она сама говорила: «Я его простила раз и навсегда. Но ничего не забыла». Поэтому утверждать, что она осталась исключительно из жалости, а не по любви, — значит приписывать ей чувства, которых она не описывала.
Важно различать семейный кризис и официальный развод 1985 года: биографические публикации связывают оформление развода с жилищным вопросом и отмечают, что супруги продолжали жить вместе, а в 2009-м вновь зарегистрировали брак.
Есть и хронологическая ошибка: всесоюзная известность после «Д’Артаньяна и трёх мушкетёров» пришла к Боярскому до рождения сына в 1980 году, а не после. Долгий брак не доказывает, что прежняя боль исчезла, но и сохранённая память об обиде не опровергает прощения — об этом вправе судить прежде всего сама Луппиан.