— Раз ты привёз мать без спроса, жить с ней будешь сам, — сказала Лариса мужу.

К вечеру он понял, что она не шутила
— Артём, принеси из машины ещё две сумки. И серую тоже возьми, там обувь.
Лариса замерла в прихожей, не успев снять пальто.
У стены стоял большой тёмно-синий чемодан. Рядом — ещё один, поменьше. На тумбе возле зеркала лежала незнакомая связка ключей с брелоком в виде деревянного домика, а из ванной доносился голос Валентины Степановны.
— Только осторожнее с белой сумкой! Там флаконы!
Утром Лариса уехала на работу раньше мужа. Артём ещё лежал в постели и сонно спросил, во сколько она вернётся. Ни о гостях, ни о матери, ни о каких чемоданах он не сказал ни слова.
Поэтому первые несколько секунд Лариса решила, что свекровь просто заехала к ним по дороге куда-нибудь.
Потом заметила возле лестницы три пакета, коробку с феном и свёрнутый плед.
На пару часов так не приезжают.
Артём вошёл в дом с двумя сумками.
Увидел жену и сразу понял по её лицу, что момент, которого он явно надеялся избежать, наступил.
— Ты уже дома?
— Как видишь.
Он поставил сумки возле чемодана.
— Мамина квартира пострадала после протечки. Ей надо где-то пожить, пока всё приведут в порядок.
Лариса медленно расстегнула пальто.
— Сколько?
— Чего?
— Сколько она собирается здесь жить?
Артём отвёл взгляд к кухне.
— Ну… месяца два примерно.
Лариса сняла сапоги и аккуратно поставила их на коврик.
— Два месяца.
— Может, меньше.
Из ванной вышла Валентина Степановна в домашнем костюме, который она явно привезла с собой.
— Ларисочка, привет. Я тут полотенца ваши не нашла, Артёма попросила достать мои. Не люблю чужими пользоваться.
— Здравствуйте.
Лариса посмотрела на мужа.
— На кухню.
Артём тяжело выдохнул, но пошёл следом.
Свекровь осталась в прихожей разбирать пакеты.
Лариса закрыла кухонную дверь.
— Когда ты собирался мне сказать?
— Сегодня.
— До её приезда или после?
Он не ответил сразу.
Этого было достаточно.
— Артём.
— Ну хорошо. После.
— Почему?
— Потому что я знал, что ты начнёшь возражать.
Лариса несколько секунд просто смотрела на него.
Не повышала голос, не перебивала.
Артём, видимо, решил, что надо продолжить:
— Я подумал, если мама уже приедет с вещами, ты не станешь устраивать историю и отправлять её обратно.
Лариса даже голову слегка наклонила.
— То есть ты всё заранее продумал.
— Не делай из этого заговор.
— Я и не делаю. Ты сам только что объяснил схему.
— Ей действительно негде жить.
— Это отдельный вопрос. Я сейчас спрашиваю не про твою мать.
Артём устало потёр лоб.
— Лар, ну что ты хочешь? Чтобы я сказал: «Мама, извини, жена против, разбирайся сама»?
— Я хотела, чтобы ты позвонил мне до того, как привёз сюда человека на два месяца.
— И получил бы отказ.
— Возможно.
— Вот.
Лариса коротко усмехнулась.
— И поэтому ты решил, что согласие тебе не понадобится.
Артём раздражённо отодвинул стул.
— Давай не начинай.
— Уже начали. Только не я.
Два года назад Валентина Степановна уже жила у них.
Тогда всё тоже начиналось безобидно: в её доме меняли трубы, и она попросилась на несколько дней.
Несколько дней растянулись почти на три недели.
На четвёртое утро она в половине восьмого включила на первом этаже телевизор так громко, что Лариса проснулась в спальне наверху.
В субботу.
На вопрос, зачем так рано, Валентина Степановна ответила, что «нормальные люди в это время уже завтракают».
Потом она начала проверять холодильник.
Сначала просто интересовалась, почему нет творога.
Через пару дней уже сообщала, какие продукты «Артём с детства ест каждый день».
Ещё через неделю спросила, почему Лариса не приготовила мужу еду с собой, раз знает, что он весь день будет ездить по объектам.
Лариса тогда промолчала один раз.
Второй раз ответила.
На третий прямо сказала:
— Артём взрослый человек. Если ему нужен контейнер с едой, он умеет пользоваться холодильником.
Валентина Степановна обиделась.
Артём вечером попросил жену «не цепляться к маме».
После её отъезда разговор был коротким.
Лариса сказала мужу:
— На несколько часов, на ужин, на выходные — пожалуйста. Жить здесь неделями человек будет только после нашего общего решения.
Артём тогда согласился сразу.
— Хорошо. Я понял.
И два года они к этому вопросу не возвращались.
До сегодняшнего вечера.
Дом, в котором теперь стояли чемоданы Валентины Степановны, вообще не имел отношения к Артёму до их знакомства.
Небольшой двухэтажный коттедж достался Ларисе от бабушки.
Не роскошный, но добротный: три спальни наверху, гостиная и кухня внизу, небольшой участок, навес для машины и тёплая кладовая.
После оформления наследства Лариса постепенно привела дом в порядок. Не переделывала всё сразу, а занималась по мере необходимости: заменила старую проводку на первом этаже, обновила сантехнику, утеплила чердак, позже поставила новые окна.
Когда она познакомилась с Артёмом, он снимал однокомнатную квартиру.
Они встречались восемь месяцев, прежде чем он переехал к ней.
Ещё почти через полтора года расписались.
Для Ларисы дом всегда оставался тем местом, где решения принимались не потому, что кто-то громче сказал «так надо».
И именно это Артём прекрасно знал.
Она открыла кухонную дверь.
— Я поняла.
— Что поняла?
— Всё.
Лариса поднялась наверх.
Артём пошёл следом не сразу.
Она достала с верхней полки дорожную сумку и начала складывать вещи.
Две пары брюк.
Три свитера.
Домашнюю одежду.
Бельё.
Косметичку.
Рабочий ноутбук.
Зарядки.
Папку с документами.
Когда Артём появился в дверях, лицо у него уже было заметно спокойнее.
Он решил, что жена собирает вещи для матери.
— Мам можно дать комнату возле лестницы. Там шкаф почти пустой.
Лариса застегнула сумку.
— Можно.
— Ну и отлично.
Она взяла ноутбук.
— Но давать будешь сам.
Улыбка исчезла.
— В смысле?
— Я уезжаю.
— Куда?
— К тёте Тамаре.
— Она же на даче.
— Именно.
Квартира тёти пустовала до середины осени. Лариса периодически заходила туда проверить сантехнику и забрать почту, ключи лежали у неё в сумке.
Артём нахмурился.
— Ты серьёзно?
— Вполне.
— Из-за мамы?
— Из-за тебя.
— Опять начинается.
Лариса спустилась вниз.
Валентина Степановна как раз раскладывала содержимое одного из пакетов на тумбе.
— А ты куда собралась? — спросила она.
— Поживу несколько дней в другом месте.
Свекровь удивлённо посмотрела на сына.
Артём фыркнул.
— Прогуляется до вечера и вернётся.
Лариса надела пальто.
— Раз ты привёз мать без спроса, жить с ней будешь сам.
— Лар, не устраивай цирк.
Она застегнула сумку.
— Никакого цирка.
Артём прислонился плечом к стене.
— И что ты хочешь этим доказать?
— Ничего.
— Ты реально уйдёшь из собственного дома?
— На несколько дней — да. Я хочу посмотреть, насколько тебе понравится решение, которое ты принял без меня.
Валентина Степановна недовольно нахмурилась.
— Не понимаю, зачем из моего приезда делать проблему.
Лариса повернулась к ней.
— Ваш приезд — не главный вопрос.
И больше ничего объяснять не стала.
Перед выходом она посмотрела на Артёма.
— Коммунальные платежи я оплачу сама. Дом мой, это нормально.
— Спасибо большое.
👉ЧИТАТЬ ПРОДОЛЖЕНИЕ