- так отзывался о Фридрихе Шиллере другой гений Генрих Гейне.

Шиллер прожил недолгую жизнь, полную трудов, лишений и разочарований.
Но его могучая тяга к творчеству преодолела всё.
Его гением восхищались Пушкин и Лермонтов.
На его стихи создавали незабываемую музыку Бетховен и Чайковский.
Шиллер родился в вюртембергском городке Марбахе, в семье офицера и домашней хозяйки.
Учился в Военной школе, где увлёкся поэзией.
Зимой 1776 года в журнале «Швабский магазин» было напечатано его первое стихотворение «Вечер».
Вскоре он приступил к написанию трагедии «Разбойники». В январе 1782 года состоялась премьера трагедии на сцене театра в Мангейме. Успех был потрясающим.

- вспоминал один из очевидцев. Фридриху шел 22-й год…
В 1787 году Шиллер принял решение участвовать в издании журнала поэта К.М. Виланда «Немецкий Меркурий» и в связи с этим приехал в Веймар.
Здесь он подружился с выдающимся деятелем немецкой литературы и даже науки, Иоганном Вольфгангом Гёте, а также зачастил в дом семейства фон Лангефельда, на одной из дочерей которого, Шарлотте, вскоре женился («спокойная, тихая привязанность…», - писал Шиллер).
На всех существующих ныне портретах Шиллер изображен величавым, вдохновенным героем, почти красавцем.
В действительности, как утверждают современники Шиллера, он был очень некрасив, тщедушен, имел грубые манеры и вульгарные привычки.
Но тем не менее, все его душевные порывы были благородны, а творческое дарование неоспоримо.
Им восхищались не только в Германии, но и во Франции, где его трагедия «Орлеанская Дева» давно стала национальной пьесой и в Швейцарии, где автору воздвигли памятник после выхода в свет драмы «Вильгельм Телль», рассказывающей о национальном герое швейцарского народа.

Долгие годы Шиллер страдал от чахотки.
9 мая 1805 года неустанные боли в груди внезапно стихли, сердце поэта остановилось.
Он скончался, буквально уронив перо из рук,
едва отойдя от письменного стола.
Там оставалась начатая рукопись трагедии «Деметриус» («Дмитрий») - история российского самозванца…

«Красота спасёт мир», - так впервые сказал именно Шиллер.

…Остаётся только удивляться тому, как случилось, что немецкая земля вызвавшая к жизни столь великую духом плеяду деятелей Просвещения, породила племя злодеев и губителей человеческой цивилизации в 20-м столетии.
****************

Тайна

Она стояла молчаливо
Среди толпы — и я молчал;
Лишь взор спросил я боязливо,
И понял я, что он сказал.
Я прихожу, приют ветвистый,
К пустынной тишине твоей:
Под зеленью твоей тенистой
Сокрой счастливых от людей!

Вдали, чуть слышный для вниманья,
День озабоченный шумит,
Сквозь смутный гул и восклицанья
Тяжелый молоток стучит.
Там человек так постоянно
С суровой борется судьбой —
И вдруг с небес к нему нежданно
Слетает счастие порой!

Пускай же люди не узнают,
Как нас любовь животворит:
Они блаженству помешают —
Досаден им блаженства вид.
Да, свет не позволяет счастья:
Как за добычею, за ним
Беги, лови и от участья
Людского строго сохрани!

Оно прокралось тихо, любит
Оно и ночь и тишину;
Нечистый взор его погубит,
Как смерть, ужасен он ему.
Обвейся, о ручей безмолвный,
Вокруг широкою рекой,
И, грозно поднимая волны,
Наш охраняй приют святой!
_________________________________
Перевод Константина Аксакова, 1838 г.
***********************
Умолкла муза; с девственным волненьем,
С неискушённой алостью ланит,
Она к тебе приходит за сужденьем, —
Но не страшится, хоть его и чтит.
Она гордится добрых одобреньем,
Кого неверный блеск не ослепит;
Лишь тот, кто сам ответно мыслью строен
И чист душой, — венчать её достоин.

Но дольше б эти песни жить хотели,
Чем отзвук их в живой душе царит,
Чтоб лучшие мечтанья в ней горели,
Чтоб высшему был взор её раскрыт;
Они не рвутся к отдалённой цели,
Их век родил, их время заглушит.
Один лишь миг ласкали слух и взоры —
Их унесут круженьем лёгким оры.

Весна пришла, над лугом разогретым
Вся юность жизни буйственно встаёт,
Лист нектар льёт и шелестит приветом,
Пернатым хором звонок небосвод;
И стар и млад спешит омыться светом,
И блеск и звук, роскошествуя, пьёт.
Весны уж нет! Цветы налили семя.
И всех пришедших поглотило время.
___________________________
Перевод Александра Кочеткова