«Его, где ни раскрой – ясно видишь его мысли, и чувства, и намерения, его ощущения, все, что в нем накопилось, что его переполнило и требовало выхода», – говорил Толстой о Достоевском.

Сегодня – 205 лет со дня рождения Федора Михайловича. Об отношениях двух великих современников рассказывает хранитель мемориальной библиотеки Толстого Ольга Гладун
В трактате «Что такое искусство?» Лев Николаевич назвал «Записки из Мертвого дома» образцом «высшего, вытекающего из любви к Богу и ближнему, религиозного искусства». Он был глубоко впечатлен «искренней, естественной и христианской» точкой зрения автора и судил его творчество с точки зрения полезности и искренности.
Биограф писателя Петр Сергеенко отмечал в воспоминаниях: «К Достоевскому Л. Н. Толстой относился, как к художнику, с глубоким уважением, и некоторые его вещи, особенно “Преступление и наказание” и первую часть “Идиота”, Лев Николаевич считал удивительными. “Иная, даже небрежная, страница Достоевского, – как-то сказал Лев Николаевич, – стоит многих томов многих теперешних писателей. На днях для “Воскресенья” я прочел его “Записки из Мертвого дома”. Какая это удивительная вещь”».
Перед тем, как навсегда покинуть Ясную Поляну, Толстой перечитывал роман «Братья Карамазовы». Эта книга до сих пор лежит раскрытой в его кабинете.
Толстой и Достоевский не встретились при жизни, но сошлись во времени, в своей глубокой убежденности в незыблемой ценности каждой человеческой жизни.