В Варшаве в ноябре 1867 года, когда Польша была лишь строчкой на карте Российской империи, в семье учителя физики и математики родилась девочка, которой суждено было стать первой в истории женщиной — нобелевским лауреатом и единственным человеком, получившим высшую научную награду сразу в двух разных науках.

Марию Склодовскую мир знал потом как мадам Кюри
В 1891 году она, «Ма́ря», как подписывалась в письмах, села в поезд и уехала в Париж — в Сорбонну, где училась в нетопленой мансарде, питалась хлебом и чаем, однажды упала в голодный обморок на лекции, но заняла первое место на выпускных экзаменах по физике. Там же она встретила Пьера Кюри — худого, застенчивого физика, с которым они сначала дружили, потом поженились, а потом пошли вместе в сарай лаборатории, где, перерабатывая тонны урановой смолки вручную, открыли два новых элемента: полоний, названный в честь родины Марии, и радий. Само слово «радиоактивность» — её придумка.
Нобелевскую премию по физике 1903 года они разделили втроём — с Пьером и Анри Беккерелем, но Комитет поначалу намеревался отметить только мужчин; вмешался шведский математик Миттаг-Леффлер, предупредивший Пьера, и в итоговый список вписали и Марию. В 1911 году её ждала вторая премия, уже по химии — за открытие полония и радия и выделение чистого радия. Между этими двумя датами уложилась и трагедия: в 1906 году Пьер погиб под колёсами конного экипажа на улице Дофин, и Мария заняла его кафедру в Сорбонне — первой женщиной-профессором в её истории.
Эта самоотверженность сыграла с ней жестокую шутку: десятилетия работы с излучением без защиты подорвали здоровье, и в июле 1934 года она умерла от апластической анемии, а её лабораторные тетради до сих пор хранятся в свинцовых ящиках — слишком радиоактивные для того, чтобы их листать без предосторожности.
Её дочь Ирен получила собственную Нобелевскую премию по химии в 1935 году — уже посмертно для матери, но во многом по её следам.