ᅠᅠ ᅠ ᅠᅠ ᅠ ᅠᅠ ᅠᅠ ᅠᅠ ᅠᅠᅠᅠᅠ ᅠᅠ ᅠ ᅠ ᅠ::

Она просто смотрит на багровый снег, переливающийся огоньками. Сознание ее чисто, а душа, человеческая, полностью принятая, наконец успокоилась за признанием бессилия в жизни, которая требует нечеловеческих умений. Вот он, покой от признания собственной слабости.
Невольно она скинула меховую накидку, а следом за ней, уже умышленно, стянула рубаху, оставляя себя топлес. Не малых усилий стоило стянуть с себя башмаки и штаны, оставляя тело совершенно нагим, обдаваемым жаром ледяного снега. На лице её вспыхнул румянец, кожа дёрнулась краской. Получилось встать. Она выдернула шпиль из волос, давая локонам пасть на спину, покрывая своей чернью все до талии.
Выбравшись из гнездовья в виде корней, Гедда встала под алые лучи заходящего солнца, пока тело её постепенно переставало гореть обдаваемое холодом.
– Тут я все, мой дорогой друг. Я не вернусь домой без тебя. – запрокинув голову вверх, всматриваясь в постепенно стягивающееся темнотой полотно, продолжила она: – Либо ты уносишь меня домой, либо мы вместе остаемся здесь, одним из умирающих лучиков солнца.
Тело поразила слабость. Сердце настолько неожиданно замедлило свой бой, что губы онемели и невольно разомкнулись, испуская пар последнего выдоха. Тело пало на колени, а после и вовсе свалилось на бок калачиком, касаемое последними лучами солнца, словно гладящими его напоследок, прежде чем покинуть эту землю до следующего рассвета.
И словно сквозь сон, ощущая пространство едва ли не мыльным, горьковатым, мутным, лёжа в снегу совершенно нагая, Гедда уголком души, еще человеческой, почувствовала, что находится на территории не одна. Снова. Эта легкая тревога пробрала еще не околевшее сердце, вынуждая его биться быстрее, разгоняя еще не застывшую кровь по телу, принуждая его к пробуждению.
И вот она, досада. Едва ли дева приняла свою человеческую суть и слабость, и подготовилась к возможной смерти, как бестактно, дикие существа отвлекли ее от столь нежного процесса, принесшего душевный покой.
Первый вздох после нескольких минут «замирания» во льдах, дался деве такой жгучей болью, что невольно она сжалась в более тугой калачик, издавая истошный хрип, прикладывая словно покрывшиеся инеем, ладони к груди, на выдохе локтями прижимая ребра, стараясь помочь телу поскорее высвободить колючий воздух.