Как на Руси называли хлеб до заимствования этого слова у готов?

Лингвисты давно установили, что слово "хлеб" - не русское. Оно заимствовано из готского языка, где звучало как hlaifs (или hlaibaz). Родственники этого слова - английское loaf (буханка) и немецкое Laib (каравай).

Но понятное дело, любое упоминание об этом вызывает гневную реакцию определенной группы комментаторов. Им кажется совершенно невозможным, чтобы такие простые и привычные слова могли откуда-то заимствоваться. И никакие этимологические исследования убедить их не могут по определению. Когда идеология ставится во главу угла, то к науке человек становится совершенно глух.Начнем с того, что тезис "хлеб был" отнюдь не такой бесспорный, каким может показаться. Вероятнее всего, слово hlaibaz было заимствовано нашими предками в первые века нашей эры, ориентировочно в III – V веках. И пришло оно не просто так, а вместе с переходом от пресных лепешек к печеному хлебу из кислого (дрожжевого) теста. То есть готское слово пришло вместе с самим хлебом - на закваске, пышным, ноздреватым. Не было такого хлеба, не было и нужды в этом слове.

А что было?

Были, как мы уже упомянули, именно пресные лепешки. Такой хлеб было удобно ломать. И потому он назывался... крух. Это очень древнее слово, идущее из праславянских времен, родственно словам "крошить", "крушить".

Оно, кстати, сохранилось в некоторых славянских языках как основное название хлеба. В хорватском и словенском - kruh.
В русском языке еще сто лет назад оно встречалось в форме "укрух", что означало "ломоть хлеба". Это слово можно, например, найти в словаре Даля.