РЯЗАНСКАЯ ЖУРНАЛИСТКА ЗНАЛА СКОПИНСКОГО МАНЬЯКА - „ДЯДЮ ВИТЮ“

Рязанская журналистка Светлана Коновалова поделилась в издании УА62 личными воспоминаниями о Викторе Мохове.
Тот самый скопинский маньяк, который долгие годы жил рядом, вел себя как обычный сосед, а оказался одним из самых страшных преступников современной России.
Для жителей Скопина история Мохова — не строчка из криминальной хроники, а шрам на памяти целого города.
Светлана выросла в Скопине и хорошо знала Мохова: он жил в доме напротив.
Все звали его «дядей Витей», здоровались при встрече и не видели в нём ничего зловещего.
В 2003–2004 годах, когда Светлана училась в девятом классе, молодёжь вечерами ходила на дискотеку в городской парк.
Дорога шла по тёмной улице Октябрьской. Фонари горели через один, асфальт был разбит, но подростков это не останавливало.
Рядом стоял дом Мохова, у которого рос яблоневый сад. Ребята тайком обрывали яблоки, даже не догадываясь, что под гаражом в тесном бункере годами держат в плену двух девушек.
Трагедия началась 30 сентября 2000 года. Мохов похитил в Рязани двух девушек — 14 и 17 лет.
Подмешав снотворное в спиртное, он привёз их в Скопин и заточил в специально оборудованном бункере.
Пленницы провели там 3 года, 7 месяцев и 4 дня. Всё это время Мохов держал их в полной изоляции. Систематически подвергал насилию, наказывал лишением света, еды и воды.
Одна из девушек дважды родила от него. Новорождённых сыновей преступник хладнокровно подбрасывал в подъезды скопинский домов.
Когда правда вскрылась, Скопин будто замер от ужаса. Новость о пленницах стала всеобщим шоком.
Родители запретили детям и подросткам гулять даже после ареста Мохова. Страх не уходил.
Мальчишки из компании Светланы в гневе били окна в доме маньяка.
Мама Светланы помнила Мохова ещё мальчишкой: тихий, неприметный ребёнок. Потом — спокойный парень с грустными глазами.
«Никогда бы не подумала, что он способен на такое: он был уравновешенным, интеллигентным», — вспоминает мама.
Знакомые по заводу теперь не хотят говорить о нём — им стыдно, что работали рядом.
Отдельные штрихи к портрету чудовища добавляют истории тех, кто пересекался с Моховым случайно.
Евгения однажды сходила с ним на свидание:
«Странный какой‑то… не в моём вкусе».
А Ольга чуть не стала его жертвой. После выпитой настойки она и её подруга почувствовали сильную сонливость.
Женщины вовремя ушли. Позже поняли: если бы уснули, могли оказаться в том же бункере.
Сегодня соседи почти не говорят о Мохове. Многие предпочитают не вспоминать.
Судьба сыновей Мохова остаётся тайной — действует режим тайны усыновления.
Местные шепчутся, что один ребёнок живёт в другой стране, а второй — чуть ли не в Скопинском округе, но подтвердить это никто не может.
Светлана вспоминает, как тогда местные СМИ и милиция пытались найти «нерадивых матерей» мальчиков, подброшенных в подъезды.
Никто даже не подозревал, какая чудовищная правда скрывается за этими подкидышами.
Суд приговорил Мохова к 17 годам колонии строгого режима — позже срок сократили на два месяца. Он вышел на свободу в 2021 году.
«История изменила нас: мы быстро повзрослели и поняли, что мир опаснее, чем кажется.
Добродушный сосед может оказаться чудовищем, а доверие к незнакомцам — риском. Для меня этот случай стал горьким уроком: люди не всегда те, за кого себя выдают. До сих пор от воспоминаний бегут мурашки», — пишет Светлана Коновалова.