«Мы не понимали, что происходит. Впервые столкнулись с тем, что рыба погибает на глазах», — говорят сельчане.
«На середине [реки] увидели, что на поверхности лежат полутораметровые сомы, большие толстолобики, а еще судаки, лещи, язи и окуни», — приводит тюменское издание слова местной жительницы Светланы.
В Росрыболовстве добавляют: пороговые и критически низкие показатели кислорода в воде фиксируют в Туре, Тоболе, Иртыше — вплоть до устья. А еще в реках Тавде, Нице, Пышме, Исети.
Когда в реки Западной Сибири вернется рыба
Губернатор Тюменской области Александр Моор пообещал, что в реки выпустят больше обычного мальков ценных пород рыб — это поможет восстановить экологическое биоразнообразие Туры, Тобола и Иртыша. Однако, в Росрыболовстве говорят: решить проблему быстро, к сожалению, не получится. На восстановление могут уйти годы — ведь погибла не только сама рыба, резко сократилось и количество планктона, то есть кормовой базы.
«Влияние оказалось настолько сильным, что экосистема рек не справилась с нагрузкой — процесс их самоочищения на данный момент практически отсутствует, — резюмируют в Росрыболовстве. — Ихтиофауна в реках Тура, Тобол и Иртыш будет восстанавливаться за счет выжившей рыбы в верховьях рек и притоков, которые не были затронуты заморной зоной».
«В Туре и Тоболе рыба полностью утрачена, частично — в Иртыше, Тавде, Исети. То же самое и с кормовой базой, 95% которой не осталось. „Сорные“ виды через 2–4 года появятся. Стерлядь — через 6, нельма — 8/10 лет».
Елена Панова
руководитель аппарата Комитета Госдумы России по экологии Елена Панова
У Росрыболовства есть комплексная программа по восстановлению ценных видов рыбы, но планов по Туре на данный момент в ней нет.
«А без помощи пострадавшие реки сами себя будут очень долго зарыблять», — говорит Елена Панова.
Комментарии 1