Ильза Штебе начала сотрудничать с Москвой в 1930 году. Она верила, что только коммунисты смогут остановить нацизм, популярность которого в Германии стремительно росла на фоне «Великой депрессии».

«Работает с нами по убеждению», — докладывал о ней советский разведчик Яков Бронин.

Для конспирации журналистка писала хвалебные оды национал-социализму, но при этом собирала важную для СССР информацию. Особую ценность для Москвы она приобрела в 1939 году, когда стала связным для завербованного немецкого дипломата барона Рудольфа фон Шелиа. Благодаря ему она устроилась в пресс-службу МИД.

Агент Альта, как называли Штебе, передала в Центр информацию о немецких планах вторжения во Францию, Бельгию и Нидерланды, о готовящейся войне против СССР, составе и численности перебрасываемых на границу с Советским Союзом соединений вермахта. Она указала верное направление главного удара — Белоруссию, в то время как большинство других источников говорили об Украине.

«Как тяжело наблюдать всю подготовку к предстоящему конфликту, держите глаза открытыми и не обманывайте себя», — писала Штебе коллеге-антифашисту Рудольфу Херрнштадту в апреле 1941 года.

Альта и другие агенты сообщали в Центр о неминуемом вторжении немцев, но называли разные даты начала «Барбароссы», постоянно уточняли их и переносили. Наступал день икс, но ничего не происходило. Военно-политическое руководство страны стало скептически относиться к таким разведанным или даже считать их дезинформацией. Поэтому когда в начале июня 1941 года Штебе сообщила, что война начнется между 22 и 25 числом, особого внимания ее словам никто не придал.

Девушка продолжала работать до августа 1942 года, когда ее и Шелиа арестовало гестапо. В декабре их обезглавили. Спустя 27 лет Альту посмертно наградили орденом Красного Знамени.