Любовь Панова

Этот самолёт трудно перепутать с каким-то другим. Два огромных двигателя сидят не под крылом, как у привычных лайнеров, а сверху, да ещё вынесены вперёд. Спереди их круглые воздухозаборники похожи на большие уши. Отсюда и прозвище, которое прочно прилипло к Ан-72 и его гражданскому брату Ан-74: «Чебурашка». Кто и когда его придумал, точно неизвестно. За забавной внешностью стоит серьёзная идея. Её часто пересказывают так: реактивная струя прилипает к крылу и буквально поднимает самолёт с короткой полосы. Половина этой фразы правда, вторая сильно преувеличена. Разберёмся, где граница. В начале 1970-х военным понадобился лёгкий фронтовой транспортник, который мог бы работать с малоподготовленных площадок. Предварительные исследования такого самолёта короткого взлёта и посадки в ОКБ Антонова начались в 1972 году. По историческому очерку, инициатором необычного способа повысить подъёмную силу был сам Олег Антонов, и ставка на него оказалась настолько сильной, что другие компоновки почти не

Судьба свела этих людей в самые страшные первые месяцы войны, в июле 1941 года, когда пытались отстоять Смоленск. Именно тогда полковник Михаил Малинин возглавил штаб Ярцевской группы войск, которая впоследствии была преобразована в 16-ю армию Западного фронта под командованием Константина Рокоссовского. Они вместе прошли через ключевые сражения, включая битву под Москвой, Сталинградом и Курском, а также освобождение Белоруссии. Так случилось, что за годы войны они дважды спасали друг друга. Между этими событиями лежала зима, переломившая ход войны под Москвой и путь от Вязьмы до Сухиничей, который прошли оба. В начале октября 1941 года части 16-й армии генерал-лейтенанта Константина Константиновича Рокоссовского попали в Вяземский «котёл». Командующий с группой штабных офицеров пробивался к своим. В лесах севернее Уваровки, в сорока километрах от Можайска, им наконец удалось связаться со штабом фронта. Оттуда пришло устное распоряжение – немедленно передать участок с войсками генералу

Представьте себе ситуацию начала 1970‑х. Американские гидроакустики на боевых кораблях фиксируют под водой цель, которая движется быстрее, чем это вообще считалось возможным для подводной лодки. Приборы показывают скорость, близкую к 83 километрам в час. Сначала специалисты решают, что это ошибка аппаратуры — такого просто не бывает. Но через несколько часов становится ясно: аппаратура исправна. Ошибались представления о возможностях техники. Так Запад впервые столкнулся с результатом одного из самых дерзких проектов советского судостроения — программой создания титановых подводных лодок. Этот проект получил условное название "Айсберг". Его цель была простой на бумаге и почти невозможной на практике: создать субмарину, которая будет быстрее, глубже и труднее обнаруживаемой, чем любые аналоги НАТО. Но в этой истории есть странная деталь. Советский Союз действительно построил самую быструю подлодку в мире… и больше никогда не повторил этот рекордный проект. Почему? В начале 1960‑х годов