Повороты судьбы

Антона никогда не устраивала Машина жизнь. Хотя в своё время он влюбился именно в девчонку, поющую на Арбате под гитару. Антон был на год старше Маши. Они, юные и влюбленные, быстро влюбились, быстро поженились. А через девять месяцев родился Костик. Прежде чем читать дальше, подпишитесь на нашу группу — пусть хорошие истории всегда будут рядом.

Может и хороший он, Степан этот, за которого ее замуж выдали, да только... Чужой он, неприятен ей и никаких эмоций кроме страха не вызывает. Спит поди, - дверь скрипнула и в избу ввалилась мачеха, а вслед за ней и отец Ани, Кочетков Федул. Анечка и встала посреди комнаты, уставившись на гостей. Затем спохватилась и поинтересовалась, снимая с мачехи тулуп: Чай будете пить? Та с лицом, вечно недовольным, злобно зыркнула: Конечно буду. Между прочим, Степан, новобрачный муж Ани, за которого ее два дня назад замуж выдали - родной сын мачехи. Потому и подсуетились со свадьбой, отдали Анну ему в руки и отвели Загс. Анне некуда было деться, раз взрослые, отец и мачеха, все решили. Бежать из дома? Некуда. Она за свою жизнь нигде дальше деревни не была. Жаловаться? Кому, куда, зачем навлекать тень позора на родного отца? Мачеха пила чай, рассматривая жилище. Отец просто сидел за столом, сообщив что дома позавтракал, спасибо, ничего не нужно дочка. И только смотрел на саму девушку глазами побитой собаки, словно спросить хотел: ну как ты здесь, не обижают ли? Все люди в деревне знали о том, что Степан Поспелов, он носил фамилию родного своего отца, был человеком угрюмым, со скверным характером, нелюдимый. Он и на отчима не раз хотел с кулаками кинуться, потому и рано ушел из дома, построив себе собственное жилье. Конечно Федул переживал за дочь, свою маленькую девочку, едва окончившую школу, вот только возразить мачехе ничего не мог. Потому что крепко засел под каблуком женщины. Все эти мысли пронеслись в голове Анны сейчас, она отвернулась спрятав слезы. Там, стену у раковины, под умывальником, нужно отскрести и почистить, - указала пальцем женщина. - Смотри грязью заросло, ты куда смотришь, Анютка? Видишь же, что жилье в запущенном состоянии, ты все равно дома сидишь, ходи с тряпкой, мой все. Тебе повезло, у жениха дом свой собственный, новый построенный. А у тебя лицо кислое, как будто тебя замуж насильно выдали! Отец с мачехой ушли, перед этим отец долго мялся у дверей и когда мачеха вышла, виновато посмотрел на дочь, пожимая плечами и спросил: Не бьет тебя? Анна промолчала. Она отвернулась от отца к окну и мотнула головой. Ну ладно, выдохнул мужчина. - Ты главное не перечь ему, а там притретесь. Все будет хорошо дочка, прорвемся. Аня долго стояла у окна, глядя вслед отцу с мачехой. Слезы скопились в уголках ее глаз, она вытерла их платком, затем принялась за дело, налила в таз воды из фляги, добавила кипятку из чайника и пошла мыть стену, на которую ей указала мачеха. Нужно сделать это, не откладывая в долгий ящик, знала Анна что мачеха придет снова в гости и обязательно проверит исполнила ли она наказ. Характер мачехи Аня с детства знала: вечно злая, властная женщина. Сколько раз она кричала на падчерицу, сколько раз дергала за волосы, угощая оплеухами, щепками и затрещинами. Папка не вмешивался в процесс воспитания. Мачеха и родного сына лупила нещадно, потому Степан и сбежал поскорее из дома. Степан вернулся со своей охоты с добычей, сложил в таз дичь, двух птиц, кролика. Анна уже все дела по дому переделала и взяв таз, понесла в кухню. Степан проводил ее тоненькую фигурку взглядом. Они со вчерашнего дня не разговаривали. После свадьбы, когда он привез в свой дом молодую жену, та принялась плакать, как девчонка. Чего ревешь? Я ж не бил тебя, - рассердился он. Ее слез он давно не видел. Анька плакала из-за мачехи только в детстве, повзрослев она перестала предаваться слезам. Анна обдала птицу кипятком и принялась ощипывать от перьев, раздумывая о том, что Степан не станет к ней приставать, покуда она занята. Как же она его боялась! Лишний раз старалась не показываться на глаза, все ждала что он накинется на нее словно зверь. Однако Степан девушку не трогал. Он поужинал и лег спать. Вставал мужчина рано, в будни работал на пилораме, в выходные охотничал или рыбачил, ложился в детское время, в девять часов вечера. Он не изменял своим привычкам. Аня опалила все тушки над огнем и сложила их в пакеты, убрала в холодильник. Тушку зайца Степан сам освежевал, почистил, порубил на кусочки. Аня постелила себе в комнате, постелив в углу матрас. Предусмотрительно она надела на себя побольше одежды. Это чтобы задержало Степана если он начнет... Приставать. Она плохо спала, ей всю ночь казалось что новоиспеченный супруг тянется к ней, или смотрит. Ужасные сновидения мучили ее во сне, она рано встала. ... Степан уже топил печь в кухне. Он нанес свежих дров, и сидел, отдирая бересту с полена, с помощью перочинного ножика. Прежде чем читать дальше, подпишитесь на нашу группу — пусть хорошие истории всегда будут рядом.

Померла бабка Настя, и совсем Марьяне тоскливо стало. Не пришлась девка ко двору, по мнению свекрови. И худа больно, и работает мало, и неизвестно, народятся ли детишки от такой малахольной. Всё Марьяна терпела, а когда совсем худо на душе было, бежала к старушке своей. Бабка Настя для Марьяны, почитай, самым дорогим человеком была. И за отца сгинувшего, и за мать, которая спустя десять лет от чахотки померла. Как Данила на сироту глянул, то одному Богу ведомо. Красивый, могучий, дом — полная чаша, а гляди-ка — влюбился в нищенку безродную. Только так Авдотья, мать Данилы, за глаза сноху и называла. Ох, и старалась девка свекрови угодить. И по дому волчком вертелась, и по хозяйству безропотно за любую работу бралась. Не угодна, и всё тут! При Даниле ещё ничего было, а как сын за порог в соседние веси, так хоть из дома беги. — Терпи, Марьянушка, — увещевала старушка внучку, — стерпится. Только и бабули уж в живых нет, и год за годом идёт, а Авдотья всё сильнее сноху ненавидит. Не по её получилось, когда сын безродную в дом притащил! Мать-то для Данилы давно уж невесту приглядела. И сама статная, и семья зажиточная. Породнились бы, а нажитку ещё и до правнуков хватит. Так нет же! Всё этот характер гадкий, что сын от отца унаследовал — слово ему поперёк не скажи. Мужик! Хозяин! Хозяином Данила и впрямь знатным был. Отец как помер, всё в свои руки взял. Да ещё и приумножил, отцовы наработки в дело пустил. Мать Данила хоть и уважал, но телка мокроносого из себя делать не давал. Скажет, как отрежет! Марьюшку Данила до беспамятства любил. Как увидел её, былинку тонкую… Лицо белое, глаза синие, огромные, носик вздёрнутый, — так и пропал. Все богатства к ногам бросить хотел. Богатства не понадобились — Марьяна ответила согласием. Видела, что парень с чистой душой к ней. Да и сама влюбилась до одури. Прежде чем читать дальше, подпишитесь на нашу группу — пусть хорошие истории всегда будут рядом.

Старшего сына она родила в статусе матери-одиночки. Парень, с которым Лена познакомилась в колледже, бросил её сразу же, как узнал о беременности. Спасибо маме, которая помогла доучиться и в буквальном смысле слова вынянчила Антона. Но мамы больше нет, и идти Лене некуда, а муж, который казался ей соломинкой, за которую она пыталась ухватиться, через четыре года совместной жизни завёл связь на стороне. Подруги говорили, что нужно простить, терпеть, закрыть глаза, но Лена терпеть не собиралась и сказала, что подаёт на развод. -Я себе нужна со своими детьми, – твёрдо заявила Лена. – И я сама решу, куда мне идти. -Спиногрыза своего забирай, а Машу я не позволю в трущобы тащить. Имей в виду – я по суду у тебя её заберу. Лена испугалась. Она искала в интернете, и вроде как муж не мог отсудить у неё дочь, детей только у неблагополучных матерей отбирают, но всё равно было страшно. На работу Лена не вышла после декрета, а даже если и выйдет, зарплаты в их городе были небольшие, и как на такую зарплату жить с двумя детьми, Лена не знала. До декрета она работала в школе и занималась репетиторством, но сейчас совмещать было бы сложно: дочери всего три года, попробуй вечером отвлеки её, чтобы урок провести! Собрав детей, Лена съехала в съёмную комнату – благо, что часть декретных всегда откладывала, и муж про эти деньги не знал. Но надолго их не хватит, и Лена принялась искать работу, параллельно пытаясь устроить дочь в садик. А Витя продолжал скандалить и требовать, чтобы она вернулась или отдала ему Машу: писал бесконечные сообщения, караулил около дома, звонил по ночам. Как-то поздно вечером они сидели в своей комнате. Внезапно похолодало, а отопление уже отключили, и Маша жаловалась, что ей холодно. Лена укутала дочь в одеяло. Её большие глаза, точь-в-точь как у отца, смотрели на Лену с бесконечным доверием. -Я замёрзла, – прошептала она. -Сейчас согреемся, рыбка моя, – Лена прижала дочь к себе, стараясь согреть её своим теплом. Антошка сидел за столом, заваленным учебниками, прямо в куртке. Учился он неплохо, но после переезда в эту конуру вечно жаловался, что Маша мешает ему сосредоточиться. Раздался резкий стук в дверь. Лена вздрогнула, прижала Машу ещё крепче. Антон встрепенулся и испуганно посмотрел на мать. Сердце ушло в пятки. Открывать не хотелось. Хотелось замереть, притвориться, что их нет дома, что они испарились вместе с теплом. Но стук повторился, ещё более настойчивый. -Лена! Открывай! Я знаю, что ты дома! Она посадила Машу на кровать, движением головы велела Антоше молчать и, сделав глубокий вдох, открыла дверь. На пороге стоял он. В дорогом пальто, с каплями дождя на тщательно уложенных волосах. От него пахло дорогим парфюмом и холодным ночным воздухом. Он окинул взглядом убогую комнату, её поношенный халат, и на его лице появилась гримаса брезгливости. -Кошечку мою пришёл проведать, – сказал он, не скрывая сарказма, и шагнул внутрь, не дожидаясь приглашения. Он прошёл к кровати и взял на руки Машу, которая обрадованно потянулась к нему. -Папа! Лена сжала кулаки. Её тошнило от этой его показушности. -Зачем ты пришёл? Детям скоро спать. -Именно поэтому и пришёл. Чтобы посмотреть, как моя дочь готовится ко сну. В каких условиях ты её держишь? У меня, как ты знаешь, трёхкомнатная квартира с тёплыми полами и обогревателями, а здесь просто сарай какой-то! Маше же нельзя болеть, у неё астма! -Я это знаю и без тебя. Не от меня зависит погода и отопительный сезон. И я способна позаботиться о Маше, у неё есть мать! -Мать, которая не может её прокормить? – он усмехнулся. – Слушай, Лена, я устал от этих бесполезных разговоров. Я подал заявление в суд. На определение места жительства Маши. -На каком основании? – выдохнула она. -На основании того, что ты не можешь обеспечить ребёнку достойных условий. Ни финансово, ни морально. Ты – неудачница. Бросила работу учительницы… -Я не бросила! Я была в декрете, и когда нужно было выходить, ты настоял… -Нечего сваливать на меня! Суд интересуют факты. А факты таковы: ты живёшь в грязной комнате, без работы, с двумя детьми на руках. Я же могу дать ей всё. Так что готовься, через месяц суд. Он поцеловал Машу в лоб, поставил её на пол и направился к выходу. На пороге он обернулся. -Можешь не являться на заседание. Сэкономишь на проезде. Исход всё равно предрешён. Дверь закрылась. Лена стояла посреди комнаты, не в силах пошевелиться. Руки дрожали. Из-за спины донёсся всхлип Антошки. Маша, не понимая ничего, тянула её за халат: -Мама, что папа сказал? Лена обернулась, посмотрела на испуганное лицо сына и на доверчивые глаза дочери. И в этот момент что-то внутри неё переломилось. Страх не исчез. Он был на месте, сжимающей ей горло своей рукой. Но к нему присоединилась новая, яростная сила. Сила матери, которую загнали в угол. -Ничего, рыбки, ничего страшного, – голос её окреп. – Мы справимся. Прежде чем читать дальше, подпишитесь на нашу группу — пусть хорошие истории всегда будут рядом.

Настоятельно попросила Ирина. — Слушай, Ир! А давай твои гости до завтра потерпят, хорошо?! Твои гости для меня посторонние люди, и ничего не случится, если я приеду позже, чем они придут! Ничего криминального я в этом не наблюдаю! А к матери я поеду сразу после работы! — Саша, ну мы ведь договаривались! – не унималась девушка. — Так, Ир, закрыли тему! Я тебе позвонил не для того, чтобы отпрашиваться, а в известность поставить! Тем более это твои друзья! Вот и развлеки их как-нибудь, пока меня дома не будет! Всё, пока, до вечера! – сказал Саша и отключился. Вечером, после работы, Александр сел в свою машину и поехал к матери, которая жила на противоположном конце города, практически на самой его окраине. Дорога у парня отняла чуть больше часа. И пока он ехал туда, ему успела несколько раз позвонить Ира. И все эти несколько раз Саня с психом бросал трубку, так как не мог достучаться до своей невесты и объяснить ей, что друзья, тем более её друзья, могут подождать, а мама для него была по сравнению с этими друзьями в приоритете. И ему было гораздо важнее съездить к матери, чем сидеть в компании людей, которые ему не особо приятны. Прежде чем читать дальше, подпишитесь на нашу группу — пусть хорошие истории всегда будут рядом.

Она делала два последних шага вверх по склону. И вот он – отвесный вертикальный глинистый обрыв, а внизу – широкая река. За рекой сосновый вековой лес, а над ним, пронизанные солнцем, величаво и спокойно плывут облака. Что-то грустно-щемящее накатывало: то ли неуловимо-знакомый запах ветра, то ли что-то далёкое и давно забытое. Тревожились и колыхались закоулки памяти. Света вдруг почувствовала, что кто-то стоит у неё за спиной, а она на самом краю головокружительного обрыва. Она уже не успеет оглянуться и увидеть его, потому что он уже занёс руку, чтоб её толкнуть. Но она знает его. Лучше приготовиться к этому толчку. Она напрягает спину и, принуждаемая стоящим сзади, оказывается на самом краю. Она упирается, хватает толкающего, но он сбрасывает её руки, отрывает от себя и толкает её... А дальше резкий громкий звук. В ушах раздаётся звон... Проснулась. Телевизор, телефон, светильник... Она дома. Опять этот сон... Ну, кого принесло в такую рань! В дверь звонили. Светлана отвернулась к стене. Её золотая невестка Катенька сейчас, конечно же, откроет дверь. Свинюха – Алекс даже не проснётся, а Катенька выползет из-под его крыла, пройдёт по залу, где спит свекровь, и откроет. Повезло им с Алексом – за какие-то добродетели Бог наградил их Катюхой: славной, доброй, мягкой и бесконечно честной. Катины пятки точечно простучали к двери. Пожалуй, эта тяжёлая поступь, в общем-то миниатюрной девушки, была единственным её недостатком. Негромко хлопнули двери. Кто-то приходил, но сразу ушёл. Катенькины пятки определяли направление её передвижений – туалет, кухня, спальня. Светлана хотела уснуть ещё, сегодня была суббота, но из головы не шёл этот сон. Этот обрыв снился уже не впервой. И всегда по-разному... И вот, что Светлана однажды подметила: этот сон всегда предвещал какие-то изменения в жизни. Он случился перед тем, как умерла мама, перед тем, как муж объявил о своём решении оставить их с сыном. Перед тем, как появилась в их доме Катя, этот сон приснился тоже. А однажды, после такого сна, Светлана, подозревая неладное со здоровьем, отправилась в поликлинику, и вовремя так отправилась – сон подсказал. Ну, а сейчас-то что? В голову лезла одна только мысль – мысль о том, чтоб хорошо было всё с Катюхой. Сноха ждала первенца. Прежде чем читать дальше, подпишитесь на нашу группу — пусть хорошие истории всегда будут рядом.

Я вpaч. За гoды рабoты в моей практике случались самые разные истopии. Были и гpyстные, и радостные, и курьезные. Но одна из них, пожалуй, самая удивительная, мне особенно запoмнилась. Истoрия эта произошла на заре моей карьеры, в начале 1980-х годов. Я тогда только окончил медицинский институт и по распределению попал в посeлковую поликлинику. Я ожидaл увидeть обшарпанное ветxoе здание, а оказался в новом, только что построенном мeдицинском учpeждении. Коллектив встpeтил меня очeнь благодушно. Я был счacтлив! Прежде чем читать дальше, подпишитесь на нашу группу — пусть хорошие истории всегда будут рядом.

Озирается по сторонам, будто не верит и кажется ему, что вот-вот появится мама его сына. Только она не появится, об этом знает и молодая медсестра, и сам Игнат. Ему уже объясняли об осложнениях, возникших при родах, о том, как сердце Маши остановилось, о бесплодных попытках его завести. –Зато ваш сын родился здоровеньким. Крепкий, здоровый мальчик, – сказали Игнату, будто это могло утешить. Игнат слишком сильно прижал к себе малыша завернутого в байковое одеяло и перевязанного голубой лентой. Тот заворочался, замяукал. Мужчина опомнился. Надо уходить. Бедная медсестричка не знает уже куда глаза деть, так ей неловко. Она же ни в чем не виновата. А кто тогда виноват? Он сам! Это он настоял на рождении третьего ребенка. Маша не хотела. Она устала. Устала быть одной. Игнат работал дальнобойщиком, и рейсы ему перепадали очень денежные, так как мужчина был на хорошем счету. Жили они с женой неплохо, в достатке. Две дочки подрастали. А Маша жаловалась, что устала быть одна. Игнат машину купил хорошую, дорогую. Маша опять недовольна. Говорит, ей не машина нужна, а муж. Когда третьим забеременела, хотела беременность прервать. А Игнат запретил. Запретил, уж очень ему сына хотелось. Вот он, сын, в его руках. А что теперь с ним делать без Маши? Работу придется менять, это понятно. Имея на руках троих детей в рейс не уедешь. Все-таки добилась Маша чего хотела. Добилась своей смертью. Игнату хотелось завыть. Завыть, зарыдать, но он держался. На руках грудничок и еще нужно готовиться к похоронам. Машу похоронить надо достойно, а значит нельзя давать волю своим эмоциям. Дома Игната ждала Марина – подруга умершей жены. Раньше мужчина был с ней неласков. Марина раздражала его. Трется постоянно в их доме, потому что своей семьи нет. Игнат Маше высказывал и просил, чтобы хотя бы в его присутствии Марины в доме не было. И только сейчас Игнат понял, как был несправедлив к пухлой подруге жены. Марина была первой, кто прибежал, узнав печальное известие. Пока Игнат находился в трансе и не мог осознать случившегося, она взяла на себя заботу о его дочках. Девочки еще малы. Одной семь, другой пять. И, если честно, Игнат, находившийся постоянно в разъездах, не знал, как с ними обращаться. Игнат до дому добрался, а мальчик совсем раскапризничался. Его плач напоминал мяуканье котенка. Мужчина догадывался, что мальчик голоден. А что делать? Чем его покормить? Оглушенный известием о смерти жены, Игнат не подумал о таких вещах. Зато подумала Марина. Она уже купила и бутылочки, и детское питание. Сразу забрала мальчика из рук Игната. –Ой, да какие мы маленькие, плачем мы, – сюсюкала женщина, раскрывая одеялко. – Ой, Игнат, посмотри, какой он светленький. Ни на тебя ни на Машу не похож. А это что у нас на щечке? Грязь, что ли? Игнат смотрел на мальчика, которого распеленала Марина, пока она пыталась оттереть что-то с его беленькой щеки. Малыш был белокожий, с очень светлым пушком на голове. На Игната точно не похож. Игнат смуглый, черноволосый, да и Маша была темненькая. Марина так яростно терла щечку ребенка, что мужчина испугался. –Ты сейчас дырку в нем протрешь. Ему же больно. Дай-ка я посмотрю. Да это и не грязь вовсе. Родимое пятнышко. — Перед тем как читать дальше, подпишитесь, пожалуйста, чтобы наш труд не пропадал, а мы будем радовать вас другими историями. Прежде чем читать дальше, подпишитесь на нашу группу — пусть хорошие истории всегда будут рядом.