Пар ушёл с молотка

Андрей ТВОРОГОВ
Фото Владимира ЛАМЗИНА
Еще в начале сентября на дверях закрытой бани № 6 появилась самодельная листовка: на фотографии - глава Ульяновска Александр Болдакин и автор этих строк во время интервью. Над головами - написанные от руки реплики от жителей микрорайона: «Откройте баню № 6» и «Мойтесь дома!». Внизу - ироничное «Спасибо». Сейчас конец октября - народный мем все еще висит на двери. Баня все еще закрыта, и судьба ее туманна.
Для Сергея Кислова эта баня не просто кирпичное здание на углу улицы. Это живая нить, связывающая его детство с сегодняшним днем. Сюда, в клубящийся паром зал, он впервые пришел еще школьником.

Новость о закрытии огорошила не только его - она ударила по целому поколению. Сюда десятилетиями приходили пенсионеры, спасаясь от ломоты в суставах, заглядывали после тренировок спортсмены, здесь шумными компаниями собирались завсегдатаи, для которых веник и пар были важнее офисных совещаний.
- Это была не просто помывочная, - делится Сергей, и в голосе слышится глухая обида. - Здесь своя котельная, все дышит теплом. Пар здесь стоял изумительный, сухой, ядреный! За ним со всего района и съезжались. Это был наш клуб, наше место силы.
В тоске по березовым веникам
Когда на дверях впервые появилось объявление о закрытии, люди не придали этому значения. Затем появилось второе, третье... Терпение лопнуло. Жители начали бить во все колокола: писали обращения мэру, собирали подписи, а теперь, отчаявшись найти понимание в городской администрации, планируют идти со своей болью к губернатору.
- Мы исправно ходим на выборы, голосуем, поддерживаем политику партии и президента, всей душой радеем за здоровый образ жизни. Баня - это ведь тоже здоровье, профилактика болезней, долголетие! Почему нас, простых людей, лишают этого базового права на чистоту и здоровье? - в словах Кислова звучит не просто тоска по березовым веникам, а горькое недоумение. - Мы что, не заслужили? Как нам достучаться до властей, чтобы нас наконец услышали не как электорат, а как жителей, которые просто хотят сохранить свою баню?
Если касса молчала
В городской администрации на вопросы «Народной газеты» ответили сухо и по-чиновничьи: баня не пользовалась достаточным спросом. Вокруг, мол, выросли новые многоэтажки, у людей в квартирах давно есть горячая вода, а значит, прежняя, советская потребность в общественных помывочных попросту исчезла.
К тому же здание, по словам чиновников, дышит на ладан и требует капитального вливания средств. А денег на восстановление нет: при социальных, щадящих для пенсионеров тарифах бюджет учреждения просто не сходится. Повышать плату для горожан, чтобы залатать дыры, администрация не намерена. Перезапуск бани не планируется.
Это уже не привычное закрытие «по техническим причинам» на неделю. Это точка. Остановка на неопределенный срок. Воду, тепло и зарплаты сотрудникам платить нужно здесь и сейчас, а ждать убыточное предприятие никто не будет.
В этом месте возникает другое, крайне неоднозначное обстоятельство. По словам опрошенных «Народной газетой» посетителей, в последнее время плату за пар в кассу не принимали вовсе - аппарат был мертв. Теперь нетрудно сложить два и два. Если касса молчала, а деньги, по всей видимости, шли мимо отчетности, то дыра в бюджете учреждения образовалась не из-за отсутствия посетителей, а по совсем иным, куда более прозаичным причинам. И теперь за чужие финансовые прорехи простые горожане расплачиваются потерей своей бани.

Выходит, продают
Финансовая история городских бань напоминает остывающий веник: вроде бы все на месте, а тепла уже нет. Шестого февраля 2025 года муниципальное предприятие «Русские бани» официально сменило вывеску, превратившись в ООО. Однако уже через год Арбитражный суд уже разрешил забрать здание на Пушкинской, 10 за долги: налоговая задолженность перевалила за два миллиона. Начальная цена объекта на торгах - чуть больше пяти миллионов. Решение устояло в судах летом, и теперь имущество готовится уйти с молотка.
В июле на продажу выставили и комплекс на Пушкинской, 8 почти за сорок миллионов рублей: туда вошли здания, котельная, прачечная и гаражи. Еще в январе пытались продать объект на проспекте Туполева за 65 миллионов. Подтвержденных итогов торгов пока нет, но сам вектор движения очевиден.
Здесь, на наш взгляд, и кроется главный парадокс. В 2024 году, затевая реформу, чиновники в один голос твердили: «Мы ничего не продаем, просто меняем форму». Сегодня активы выставлены на торги. Выходит - продают. И горький опыт у горожан уже есть. Вспомните баню на улице Варейкиса: сначала временное закрытие на «ремонт», а потом вместо пара и дубовых лавок - сетевой магазин «Магнит Косметик». Еще в 2017 году «Аргументы и факты» писали, что из десяти муниципальных бань, работавших в 2011-м, восемь к тому моменту уже ушли с молотка. Закрыть и забыть оказалось проще, чем вернуть к жизни.
Понять мэрию можно: хозяйство убыточное, котлы гниют, налоги капают. Но разве не в этом ли заключается обязанность государства - в убыток себе обеспечивать людей базовыми вещами? Общественным транспортом, теплом в квартирах или вот банями…