После первого свидания я вернулась домой и застыла в дверях: шкафы были перерыты, а на диване сидела незнакомая женщина в моём халате.

Я открыла дверь своим ключом и сразу почувствовала запах. Густой, тяжёлый, чужой. Так пахнет еда, которую готовили долго и не для себя: пережаренный лук, варёная картошка, дешёвое растительное масло. Этот запах стоял в воздухе, как незваный гость, и сразу ударил в нос.
Я замерла на пороге, не снимая обуви.
В прихожей стояли две огромные клетчатые сумки. Такие, с какими ездят на рынок за товаром. Одна была расстёгнута, из неё торчал край моего платья. Я узнала его сразу: голубое, в мелкий цветочек, я надевала его на день рождения к подруге.
Дверь в спальню была распахнута настежь. Шкаф открыт. Мои вещи лежали на кровати грудой. Часть из них свисала до пола, часть была небрежно запихнута в чужой полиэтиленовый пакет.
Я медленно перевела взгляд в сторону гостиной.
На моём диване сидела женщина.
Она была крупной, с широкими плечами и рыхлыми руками. На ней был мой персиковый халат, который я купила себе после тяжёлой смены и берегла для спокойных вечеров. Халат едва сходился на её груди, пояс был затянут кое-как.
Женщина сидела, развалившись, как у себя дома. Одной рукой она держала мою чашку, из которой поднимался пар. Второй рукой она листала журнал, который я не дочитала утром.
Увидев меня, она не вздрогнула. Не испугалась. Она широко улыбнулась, показав крупные зубы, и поднялась с дивана так, будто встречала дорогую гостью.
— Сюрпри-и-из! — протянула она. — Я мама Андрюши. Будем знакомиться!
Я не закричала. Я не бросилась к ней. Я стояла в дверях гостиной и смотрела на неё, стараясь не упустить ни одной детали. В голове шумело, но где-то глубоко внутри уже включился холодный, почти механический расчёт.
Кот. Где мой кот.
Я перевела взгляд в сторону кухни. Он сидел под столом, прижав уши, и смотрел на меня круглыми жёлтыми глазами. Он боялся. Значит, эта женщина уже успела его напугать. Он никогда не боялся гостей. Он вообще никого не боялся, кроме дворника с пятого этажа.
— Вы кто? — спросила я, хотя уже понимала, кто она. — Как вы попали в мою квартиру?
Женщина сделала шаг ко мне, продолжая улыбаться.
— Ой, ну не надо так официально! Андрюша дал мне ключи. Сказал, что ты будешь рада. Мы же теперь почти семья.
Она говорила спокойно, даже ласково, но в её голосе звучала такая уверенность, что у меня на секунду перехватило дыхание.
— Какие ключи? — переспросила я. — У меня был только один запасной комплект. Он висел на крючке в прихожей.
Женщина махнула рукой.
— Ну да, а теперь он у меня. Андрюша сказал, что ты и без него обойдёшься. Свой-то у тебя есть, я видела, ты с ним пришла.
Я посмотрела на крючок у двери. Он был пуст. Тот самый запасной ключ, который я вчера хотела переложить в сумку, но так и не нашла. Теперь я знала, куда он делся.
— Андрей не имел права вам его отдавать, — сказала я. — Это моя квартира. Он здесь не живёт.
Женщина вдруг нахмурилась, и её улыбка стала жёсткой.
— Ну как это не живёт? Он же твой жених. А раз вы собираетесь пожениться, значит, и жить будете вместе. И я с вами. Мне тут уже всё нравится. Комната с балконом подойдёт. Я утром выходила, смотрела. Тихо, спокойно. Птички поют.
Она говорила это так, будто речь шла о выборе номера в санатории.
— Там нет комнаты с балконом, — произнесла я.
— Ну как это нет? — Она всплеснула руками. — Вон та, что рядом с кухней. Там ещё шкаф стоял. Я его подвинула.
Я прошла в спальню. Мой шкаф действительно стоял не на своём месте. Его сдвинули в угол, а на его месте у стены появился небольшой продавленный чемодан. Рядом на полу стояла старая дорожная сумка с торчащей из неё подушкой.
Женщина следовала за мной и продолжала говорить.
— Я вещи пока не все разобрала. Думала, сначала познакомлюсь, а потом уж по-хорошему. Ты не переживай. Я не гордая. Могу и в спальне пожить, пока с ремонтом не решим.
Я остановилась и повернулась к ней.
— Каким ремонтом?
— Ну, ты же понимаешь, что втроём в такой квартире тесно. Надо будет стенку снести. Или балкон утеплить. Андрюша говорил, у тебя и накопления есть. Вот и сделаете нормальное жильё.
Я молча вышла из спальни и направилась в прихожую. Женщина не отставала.
— Ты куда? — спросила она. — Ужин готовить? Так я уже сварила. У тебя, правда, продуктов почти не было. Я нашла только полпакета макарон и какую-то банку с соусом. Пришлось добавить своё. Ты потом разберёшь, что моё, что твоё.
Я открыла входную дверь и вышла на лестничную площадку. Затем обернулась и посмотрела на женщину в упор.
— Вы выйдете сейчас. Сами.
Она удивлённо подняла брови.
— В смысле?
— Вы выйдете, — повторила я. — Или я вызываю полицию.
Женщина натянуто улыбнулась, но уже не так уверенно, как минуту назад.
— Ты чего, милая? Я же к тебе с добром. Андрюша знает, что я приехала. Он мне сам сказал: иди, осваивайся. Я мать его. Я вам помогать буду. Готовить, убирать. А ты меня гонишь?
Она скрестила руки на груди и посмотрела на меня с вызовом.
— Я не знаю вас, — ответила я. — Вы проникли в мою квартиру. Взяли мои вещи. Надели мой халат. И теперь говорите мне, что я должна вам радоваться. Этого не будет.
Она хмыкнула.
— Вот Андрюша придёт — он с тобой поговорит. Он у меня справедливый. Сразу объяснит, что к чему.
— Андрей сюда не придёт, — сказала я.
— Это ещё почему?
— Потому что я ему не позвоню.
Я достала из кармана телефон.
Женщина сделала шаг назад и упёрлась рукой в дверной косяк.
— Ты чего удумала? Кому звонишь?
Я не ответила. Я открыла камеру и нажала запись.
— Время — без пятнадцати восемь, — произнесла я ровным голосом, направив телефон на неё. — Я нахожусь на лестничной площадке своей квартиры. Внутри находится посторонняя женщина. Она отказывается покинуть жильё.
Женщина побледнела.
— Ты что, снимаешь меня? Убери телефон!
Она попыталась прикрыть лицо рукой, но я уже обошла её так, чтобы в кадр попадал и дверной проём, и её фигура в моём халате.
— Вы проникли в частную собственность. На вас надето моё имущество. Вы будете ждать полицию здесь, либо я спущусь вниз и вызову наряд от подъезда. Выбор за вами.
Женщина судорожно вдохнула и посмотрела на меня так, словно впервые увидела.
— Ты ненормальная, — прошептала она.
— Возможно, — сказала я. — Но я у себя дома. А вы — нет.
Я отошла к перилам и набрала номер.
На том конце послышался голос дежурного.
Я назвала адрес.
Женщина, стоявшая в дверях, вдруг громко выдохнула и скрылась в глубине квартиры. Через мгновение оттуда донёсся звук резко задвигаемого ящика. Затем шаги. Снова её голос, уже с другой интонацией — не ласковой, а злой, с присвистом.
— Ты пожалеешь! Андрюша тебе устроит! Мы это так не оставим!
Я не ответила. Я стояла спиной к двери и ждала.
В трубке уточнили, нужна ли скорая.
— Нет, — ответила я. — Нужна полиция. В моей квартире находится посторонний человек.
Я на секунду закрыла глаза и попыталась выровнять дыхание...
👉ЧИТАТЬ ПРОДОЛЖЕНИЕ