#55

ЛЕТОПИСЬ ШКОЛЫ
1979-1980 учебный год
Февраль 1980‑го: финальные штрихи и точный расчёт в школе № 57
26 февраля 1980 года вышел приказ № 7 — последний в череде февральских распоряжений. Он не про громкие события, а про тонкую настройку: исправление неточности, перераспределение часов, оформление отпусков и подготовку к праздничному дню. В нём особенно чувствуется, как школа работает как живой, но очень точный механизм: если где‑то сместилась цифра или формулировка, её тут же аккуратно правят; если нагрузка изменилась — её фиксируют заранее, чтобы с 1 марта всё шло по плану.
Исправление ошибки: Чутьева М. И. остаётся в строю
Первый пункт приказа № 7 — изменение приказа № 6: «Считать Чутьеву М. И. работающей в качестве техслужащей».
Это редкая, но очень человечная строка: администрация заметила неточность в предыдущем документе и сразу её исправила. В большой системе такие правки — норма: важно, чтобы в личных делах и ведомостях всё совпадало, чтобы человек не терял стаж, отпускные и прочие гарантии из‑за одной опечатки. Для самой Чутьевой М. И. это значило: её труд по‑прежнему официально признан, она остаётся частью коллектива, и школа о ней помнит.
Отпуск для учёбы: поддержка тех, кто совмещает работу и сессию
Второй пункт — предоставление оплачиваемого дополнительного отпуска учащемуся‑заочнику Лацвиевой В. В. для участия в лабораторно‑экзаменационной сессии с 2 по 31 января 1980 года.
Здесь интересно и само содержание, и дата: отпуск оформили в феврале, хотя он пришёлся на январь. Так часто бывало в практике тех лет — документы «догоняли» реальные события, чтобы всё было оформлено по правилам. Для Лацвиевой эти почти четыре недели были шансом спокойно подготовиться к экзаменам, не разрываясь между работой и учёбой. И в этой строчке — та самая забота школы, которая не ограничивалась только учениками: она поддерживала и своих сотрудников, если те хотели расти и учиться дальше.
Перетарификация: математика и классное руководство с 1 марта
С 1 марта менялась нагрузка сразу у трёх педагогов — это и есть та самая «тонкая настройка», без которой школа не может работать ровно.
Молчанова С. И. — 10 часов математики и классное руководство в 9 «А» классе. Классное руководство — это не просто строчка в тарификации: это родительские собрания, дежурства, походы, подготовка к праздникам, а главное — умение держать класс как единое целое, особенно в девятом, когда впереди экзамены и выбор пути.
Барчулова З. Н. — 30 часов математики в 6 «А», 6 «Б», 6 «В», 6 «Г», 8 «А» классах; при этом с неё сняли 2 часа факультатива. Тридцать часов — это серьёзная нагрузка: нужно готовить разные планы, подбирать задачи под уровень каждого класса, успевать проверять тетради и помогать тем, кто отстаёт. Снятие факультатива могло быть связано с перераспределением нагрузки или с тем, что сам факультатив на этот период решили не вести.
Гавриленко В. И. — дополнительно 6 часов математики в 7 «А» классе. Это могло быть связано с заменой учителя, увеличением количества часов по программе или тем, что в классе были особые задачи — например, подготовка к олимпиадам или подтягивание отстающих.
Перетарификация — это всегда компромисс: администрация старалась распределить часы так, чтобы никто не был перегружен, чтобы у педагогов оставалось время на подготовку, а учебный план выполнялся полностью. И за этими цифрами — реальные люди, которые каждый день приходили в классы и делали так, чтобы дети понимали формулы, учились думать и не боялись сложных задач.
Подготовка к 8 Марта: оплата работы техслужащих
Последний пункт приказа — оплата работы в день 8 марта техслужащим: Кислову А. П. (5 часов), Николаевой М. Д. (7 часов) и Ищук Л. П. (12 часов).
8 Марта — праздник, но школа продолжала жить: нужно было убирать коридоры, следить за порядком, проверять отопление, чтобы в кабинетах было тепло, и обеспечивать безопасность. Кто‑то из техслужащих работал неполную смену, а Ищук Л. П. — целых 12 часов: возможно, она отвечала за весь хозяйственный блок в праздничный день. Школа не делала вид, что этого труда не существует: она официально его фиксировала и оплачивала, потому что знала: без этих незаметных дел школа просто не сможет работать.
Дорогие выпускники, учителя, все, кто помнит школу № 57 и тот февраль 1980‑го!
Приказ № 7 — про точность, заботу и незаметный труд. Про то, как вовремя исправляли ошибки, чтобы никто не пострадал. Про то, как поддерживали тех, кто учился без отрыва от работы. Про то, как заранее готовили расписание, чтобы с 1 марта уроки шли по плану. И про тех, кто трудился в праздник, чтобы школа оставалась уютной и безопасной.
Расскажите про конец февраля и начало марта 1980‑го: как готовились к 8 Марта, что дарили учителям, кто помогал украшать коридоры. Вспомните уроки математики: какой учитель как объяснял, какие задачи казались самыми сложными, кто помогал, если что‑то не получалось. Расскажите про классное руководство: что больше всего запомнилось из жизни класса, какие общие дела сплачивали, как проходили родительские собрания. Если вы сами или ваши близкие работали техслужащими или совмещали работу и учёбу — поделитесь, что было самым трудным, а что, наоборот, придавало сил: поддержка коллег, возможность учиться, ощущение, что твой труд ценят.
Присылайте фотографии конца зимы 1980 года: коридоры, классы, портреты учителей и техслужащих, общие снимки, где ещё все вместе. Подойдут любые документы: старые расписания, классные журналы, вырезки из школьной газеты, планы воспитательных мероприятий, ведомости тарификации. Даже маленькая деталь — например, фото доски с математическими задачами, списка дежурств, расписания или открытки к 8 Марта — может стать важной частью общей памяти.