Людмила ПолоZOVa

Ту-154 летел из Якутии в Москву. Над Республикой Коми у самолёта отказала система электропитания: встали навигационные приборы и насосы, качавшие керосин из баков. На борту был 81 человек — семьдесят два пассажира и девять членов экипажа. Экипаж искал, куда сесть. Внизу была тайга. Командир и второй пилот рассматривали вариант посадки на воду напротив села Ижма, чтобы жители вытащили тех, кто уцелеет. Потом штурман крикнул: «Командир, полоса!» Полосы там быть не могло. Аэропорт Ижмы закрыли несколькими годами раньше. Взлётно-посадочная полоса не числилась ни в одном реестре и не была отмечена ни на одной карте. Ни рации, ни диспетчеров, ни локаторов. Но полоса была расчищена, с осевой разметкой и входными щитами. «А когда он рассмотрел сверху нашу ВПП, то просто глазам не поверил — я ведь и входные щиты оставлял, и осевую разметку рисовал», — говорит Сергей Сотников. После закрытия аэропорта он остался начальником вертолётной площадки. Один: и диспетчер, и кассир, и сторож, и слесарь,