Lubow Georgiadi

Травма отвержения присуща многим людям. И конечно же она из детства. Согласно теории привязанности Джона Боулби, если в детстве человек не имел сформированной надёжной и безопасной привязанности со своей мамой или с кем-то из значимых взрослых, он навсегда будет иметь внутри себя страх отвержения. И в течение жизни ему предстоит этот страх перерасти. Однако большинство людей не просто не перерастают этот страх, а из-за него выбирают для себя такие жизненные стратегии, которые уводят их от самих себя, создавая много напряжения и почвы для ещё бОльших страданий.  С самого детства тот, кто ощутил себя брошенным или отверженным, сам того не заметил, как впрыгнул в треугольник Карпмана. Его ещё называют треугольником драм или страданий, потому что он предопределяет именно такие сценарии жизни. Это похоже на особенный коридор реальности, в котором предусмотрена душевная боль изначально. И в течение всей жизни такой человек в каждом своём дне в итоге застревает в трёх ролях: в роли жертвы,

Лицо можно контролировать. Можно натянуть улыбку, поднять брови, сделать «правильный» взгляд. Но руки… Руки почти невозможно удержать под контролем, когда эмоции настоящие. Поэтому профайлеры часто смотрят не на лицо, а на руки. Они рассказывают о человеке больше, чем слова, чем выражение лица и даже чем голос. Руки — это честная часть тела, которая выдает всё: от страха до симпатии, от неуверенности до лжи. Даже если лицо спокойное. Самые типичные проявления: – пальцы теребят одежду; – человек крутит кольцо или аксессуары; – перебирает телефон, хотя не смотрит в него; – трогает шею или подбородок; – постукивает пальцами по столу; – сжимает и разжимает кулак; – проводит рукой по волосам слишком часто. Это всё — не плохие привычки. Это микросигналы тревоги, которые тело не успевает фильтровать. Лицо может улыбаться, но руки всегда выдают правду. Вот парадокс: если руки слишком спокойны — это ненормально. Что происходит при попытке создать образ спокойствия: – человек кладё