Вниманию читателей.

Глава 11. "Смертельная ловушка" Записки контрактника .Таджикистан. "
В Таджикистане мне пришлось узнать об одном из самых страшных и смертельно опасных наркотиков — героине.
В 1874 году английский учёный Чарльз Альдер Райт в результате кипячения морфия с уксусным ангидридом получил продукт, который впоследствии получил название «диаморфин», или «героин».
Интересно, что этот препарат позиционировался как средство от кашля и, судя по всему, действительно помогал.
В 1898 году одна из компаний наладила коммерческий выпуск героина. Препарат, созданный для лечения болезней, со временем показал себя совсем с другой стороны.
У пациентов лекарство вызывало тяжёлую и быстро развивающуюся зависимость. Медицинский мир спохватился только в двадцатых годах XX века, запретив использование и оборот героина, но оказалось уже поздно… Страшный джинн был выпущен из кувшина. Героин стал синонимом слов «богатство», «власть», «сила» и «смерть». Героиновый спрут запустил ядовитые щупальца практически во все мировые державы.
Америка, Европа, Россия, Япония, Китай, Средняя Азия и Ближний Восток — везде находились предприимчивые люди, которые старались подсадить на эту гадость как можно больше людей, забирая у них деньги, здоровье и жизни.
До приезда в Таджикистан мне не доводилось видеть, как выглядит этот наркотик.
Цель данной главы книги — рассказать читателю о страшных последствиях героиновой и вообще наркотической зависимости. Хочу предостеречь всех людей, независимо от возраста, национальности и вероисповедания, от любого контакта с наркотиками.
Заявляю с полной ответственностью и гордостью, что ни разу в жизни не пробовал героин — ни из интереса и любопытства, ни из желания убежать от жизненных проблем и любовных неудач. Каким-то шестым чувством ощущал, что этого нельзя делать никогда — даже один раз, даже за компанию с лучшими товарищами. Знайте: выбираться из этой чёрной и бездонной ямы наркозависимости придётся в одиночку.
Руководствуясь принципом «Предупреждён — значит вооружён», познакомлю моих читателей с этим адским изобретением человечества и историей распространения героина в Среднеазиатском регионе .. Если эта глава поможет хотя бы одному человеку сказать наркотикам «нет» и избежать страшной беды, буду считать, что прожил жизнь не зря.
Что представляет собой и как выглядит смерть, которая называется «героин»?
Наиболее чистая форма наркотика — белый порошок — достигается путём лабораторной очистки.
Бывает героин коричневого или серовато-розового цвета. Именно с таким мне довелось встречаться в Таджикистане. Это неочищенный или разбавленный вариант. Цвет героина напрямую зависит от примесей и наполнителей. Его разбавляют сахаром, кофеином и многими другими ингредиентами.
Самая дешёвая и наименее очищенная форма называется «чёрной смолой». По текстуре и цвету она один в один напоминает тёмный гудрон или твёрдый уголь. Именно такой героин называют «уличным» и считают самым доступным по цене.
В России оборот героина полностью запрещён. Это значит, что любые действия с ним строго караются законом. Вообще, всё, что касается наркотиков, — сбыт, хранение и продажа — грозит очень большими сроками заключения. Стоит ли ломать жизнь себе, родным и близким? Самое верное решение — держаться как можно дальше от всего этого.
В Таджикистане, как и в других странах Средней и Центральной Азии, героин называют по-разному. «Сафед» в переводе с таджикского языка означает «белый», а «гард» — «пыль» или «порошок».
Встречается название «орд», по-русски — «мука».
«Чёрный» или «коричневый» — так называют кустарный афганский героин.
По-русски этот наркотик называют «гера», «герыч», «медленный» или «перец».
Если в кругу вашего общения звучат эти названия, задумайтесь: по пути ли вам с такими друзьями?
Таджикистан граничит с Афганистаном. Общая протяжённость таджикско-афганской границы составляет более 1374 километров. Контролировать каждые сто метров такого участка просто невозможно.
Пограничники, таможенники и сотрудники спецслужб прилагают большие усилия для борьбы с потоком наркотиков из Афганистана. Часто задержание перевозчиков и курьеров героина напоминает военную операцию со стрельбой и боевыми действиями. Зная, что за перевозку наркотиков грозит огромный срок, а возможно, и пожизненное заключение, бойцы и члены наркокартелей используют все возможности, чтобы избежать задержания и наказания.
Я расскажу читателю, как героин попадает в Таджикистан по так называемому «Северному маршруту». После наркотик распределяют по России, другим странам СНГ и Европы.
Большая часть границы с Афганистаном проходит по рекам Пяндж и Амударья. Сухопутные участки пролегают через труднодоступные высокогорные районы Памира. Непрерывный контроль горной местности фактически невозможен, и именно этим пользуются контрабандисты.
Для доставки героина в Таджикистан активно используют речные переправы. Пяндж — быстрая и опасная река, преодолеть её непросто, а ведь нужно ещё сохранить груз, здоровье и жизнь.
Для этого применяют самые разные плавсредства: автомобильные камеры, плоты, моторные лодки.
В стране бывают очень засушливые периоды. В это время уровень воды в Пяндже значительно падает и появляются места, где реку можно перейти вброд. Известны случаи переброски наркотиков из Афганистана через реки с использованием водолазного оборудования. Иногда контрабандисты натягивают верёвку, устраивают самодельную переправу и перетягивают смертельный груз с одного берега на другой. Техника и новые технологии не стоят на месте: сегодня в жизни человека активно используются дроны, квадрокоптеры и другие беспилотные средства. Возможно, они уже выполняют роль перевозчиков и поставщиков героина через границы.
На территории Таджикистана наркотики прячут в тайниках, откуда их позже забирают местные сообщники.
Задержание крупных партий героина на границе транслируют по телевидению, восхищенные зрители видят огромный костёр, в котором сгорают килограммы наркотика,а в небо поднимаются клубы дыма.
Может ли такое быть? Давайте попробуем разобраться.
Наркотик — это вещественное доказательство. Если пограничники или таможенники находят контрабанду, её нельзя просто уничтожить на месте.
Вещество необходимо взвесить, описать и отправить на экспертизу. Только там будет установлено, что это за вещество и каков его чистый вес.
Изъятая партия хранится в специальных опечатанных камерах хранения вещдоков. Уничтожить её можно только после того, как завершится следствие и вступит в силу приговор суда по делу о контрабанде. На это иногда уходят месяцы и годы.
Наркотики сжигают в специальных печах, а не на костре. Создаётся комиссия из сотрудников правоохранительных органов, экологов и медиков. Дым при сжигании героина очень токсичен, поэтому процесс утилизации происходит в специальных печах и фиксируется на видео.
Оставшаяся зола химически нейтрализуется и захоранивается.
Вот так это происходит…
Контрабанда наркотиков проходит и через официальные пункты пропуска, такие как КПП «Нижний Пяндж», «Тем», «Рузвай» и «Ишкашим».
Несмотря на усиленный контроль спецслужб, пограничников, таможенников и международных структур, наркотики просачиваются в Таджикистан.
Самый распространённый способ — маскировка в коммерческих грузах. Через КПП проходит огромное количество грузовых автомобилей, перевозящих легальную продукцию. Именно в ней и прячут героин.
Наркотики маскируют под лук, картофель, фрукты, сухофрукты или орехи. Запах свежего лука мешает служебным собакам отыскать наркотик.
Героин прячут в промышленных товарах , стройматериалах, в мешках с цементом, мукой и солью.
Используются тайники в машинах: двойное дно, полости в бензобаках, шинах, раме и технологических узлах.
В таких случаях при поиске необходимо использовать сканирующее устройство.
В базарные дни через КПП проходит большое количество местных жителей и мелких торговцев.
Наркотики проносят в личных вещах, ручной клади, мешках с товаром или под одеждой — мелкими партиями. В общей массе людей досмотреть каждого человека и его груз фактически невозможно.
На руку наркодельцам играет и коррупция во власти. Наркобароны используют огромные деньги для подкупа чиновников или военных с афганской и таджикской стороны.
Коррумпированные чиновники обеспечивают «зелёный коридор». Досмотр таких грузов проводится формально или не проводится совсем.
Вот так выглядит реальное положение вещей на сегодняшний день.
Я не могу сказать за всю 201-ю МСД в целом , но прецеденты, связанные с наркотиками, в нашем 149-м гв. МСП имели место. Это как раз та ложка дёгтя, которая портит бочку мёда. При большом желании достать героин было можно. Многие контрактники таджикской национальности служили в части, но жили не в казарме, а дома. На службу ходили как на работу. Через таких военнослужащих в часть могли попадать наркотики, да и торговля через забор части тоже имела место. Многие пробуют запрещённые и смертельно опасные вещества из любопытства или за компанию.
Не могу сказать, что героин был проблемой нашей части. В большом коллективе все находятся рядом, и остаться совершенно одному проблематично. Чтобы принять дозу ,нужно найти время и место, где никто не увидит за этим занятием. В полку идут занятия , построения, служба в нарядах — все на виду, и отсутствие солдата или офицера само по себе вызывает вопросы и подозрения. В России героин стоит во много раз дороже, чем в Кулябе.Чем дальше зелье продвигается по наркотрафику на север, в Европу или другие регионы, тем выше становится цена, а качество обычно падает.
В одном грамме героина примерно десять доз. Конечно, это приблизительные подсчёты, и величина дозы зависит от степени зависимости наркомана. Дозы героина в России и Таджикистане различаются по качеству. Для некоторых военных это стало смертельной ошибкой…Передозировка.
В нашей части, как и во всей дивизии, командование было озабочено проблемой употребления наркотиков военнослужащими. Надо, ради сохранения правды, сказать, что случаев употребления героина в полку было немного.Бытует мнение что чуть ли не каждый третий российский солдат в Таджикистане сидел на игле, умудряясь при этом выполнять служебно-боевые задачи. Это всё ерунда. Подобное мы уже слышали про наших солдат и офицеров в Афганистане.
Я не был в Афганистане, но про наш полк могу сказать следующее.
Если боец попадал в лапы героиновой зависимости, долго скрывать эту привычку в части и подразделении было невозможно, тем более что проводились постоянные медицинские проверки и осмотры. Всё равно солдат попадался на чём-нибудь или сослуживцы брали его за шиворот и волокли в медчасть. Зарплата у солдат в Таджикистане небольшая, едут туда в основном за тройной выслугой лет. Наркоману нужна доза, а значит, нужны деньги. Это железная логика, и никто бесплатно героин дарить не будет. Такая доброта со стороны продавца или товарища по игле возможна только один или два раза в начале смертельного пути.
Наркоманы тащат из дома и семьи ценные вещи, их не беспокоят последствия. Так же в армии: деньги кончились — наркоман начинает шарить по тумбочкам и карманам сослуживцев и, как правило, попадается. С «крысой» в мужских коллективах обходятся жестоко, чтобы другим было неповадно. Наркоман выдаёт себя неряшливым внешним видом, трясущимися руками, суженными зрачками, бледной кожей тела и лица.
В армии солдаты обычно набирают вес — сказывается режим питания. Теряют килограммы из-за болезни, и это тоже может быть из -за употребления наркотиков В части проводились проверки, в ходе которых искали шприцы, иглы, вату, бинты, закопчённые ложки или другие предметы наркоманской кухни. Если вдруг что-то находили, подразделению обеспечивали усиленную физическую и строевую нагрузку.
С благодарностью вспоминаю медиков полка и начальника медицинской службы.
В результате постоянных ночных обходов подразделений он спас не одну солдатскую жизнь, вытаскивая бойцов буквально с того света. Мне не раз приходилось лично видеть работу начальника медицинской службы полка, находясь в наряде по роте. Двери в расположение ночью закрывались и открывались только после того, как совпадал числовой пароль. О том, как работает пароль, я подробно написал в своей книге “Записки контрактники.Чечня.”
Ночью обычно приходил дежурный по части или его помощник. Дневального я отправил спать, а сам остался встречать проверяющих. Было уже часа три ночи. В открытом журнале на тумбочке дневального красовались записи о проверках.
Иногда из кубрика вываливался связист в кителе, трусах , берцах на босу ногу и, щурясь, шёл к входной двери роты. Понятно — в туалет.
Я закрыл за ним дверь на замок, а через пару минут услышал стук. В глазок я разглядел майора, начальника медслужбы полка. По национальности медик был таджик, он хорошо говорил по-русски и застал ещё Таджикскую ССР в составе Советского Союза. Пароль он назвал верно. Я открыл дверь и начал докладывать. Майор козырнул и сказал:
— Времени мало, надо ещё танковый батальон сегодня проверить.
В это время вернулся боец из туалета, прошмыгнул мимо нас и пропал в темноте кубрика. Вот нет покоя нашему главному медику! Сделал бы запись в журнале и шёл дальше к танкистам. Нет же, он зашёл в кубрик и начал осмотр. Тихо подходил к каждому солдату и заглядывал спящему в лицо.
Медик смотрел, нет ли симптомов передозировки героина.
Резкое сужение зрачков увидеть он, конечно, не мог: бойцы спали, и глаза у них были закрыты. Майор мог послушать дыхание и посчитать паузы между вдохами. Пауза между вдохами более десяти секунд указывала на угнетение дыхания. В таком случае возможны полная остановка дыхания, потеря сознания и кома.
Насторожить медика могли синюшность кожи и губ, бледность лица и холодная кожа. В кармане у него всегда был с собой фонарик, чтобы можно было рассмотреть лицо спящего солдата .
Пена изо рта и рвота — яркие симптомы. Главное — своевременно и быстро на них среагировать: тогда есть шанс спасти человека .
У нас в роте всё было нормально. Майор сделал запись и ушёл к танкистам.
Вся эта глава книги посвящена проблеме наркотиков, в частности героина, и было бы неправильно оставить без внимания его действие на организм человека.
Мне не довелось испытать это на себе, пришлось обратиться к людям, которые смогли завязать и свернуть с этого смертельного пути.
Колоться перестают все, но некоторым это удаётся при жизни. Это про них.
Что же заставляет наркомана поступиться всеми принципами, предать родных, близких, любимых и раз за разом перетягивать руку, находить вену и вводить наркотик?
Героин действует быстро, и уже после первого или второго приёма развивается зависимость.
Первые секунды и минуты после инъекции сопровождаются волной тепла, идущей от нижней части живота по всему телу, покалыванием и сильнейшим чувством внезапного облегчения. Возникает эйфория, притупляются любые боли и эмоциональные переживания.
Это и называется «приходом». Затем наступает стадия безмятежности и отрешённости от внешнего мира. Тревоги, страхи и дискомфорт исчезают, появляется чувство глубокого покоя, безопасности и самодостаточности.
Состояние сопровождается замедленной речью и путаницей мыслей. Это как бы полусон — полуявь.
Уважаемые читатели, я ни в коем случае не рекламирую наркотики.
У любой медали есть обратная сторона. Давайте я расскажу, чем приходится платить за минуты сомнительного счастья.
Быстро развивается привыкание: мозг перестаёт вырабатывать собственные эндорфины. Возникает сильнейшая зависимость, с которой сложно бороться.
В результате приёма наркотика прежняя доза перестаёт давать желаемый эффект, и наркоман увеличивает количество принимаемого вещества.
Уже через несколько часов после прекращения действия наркотика начинается «ломка», или абстинентный синдром, сопровождающийся сильнейшими мышечными и суставными болями, лихорадкой, тошнотой, рвотой, судорогами, ознобом и сильнейшей тревогой.
Ну как? Мне кажется, после таких слов у адекватного человека не должно возникнуть желания попробовать героин.
Передозировка и смерть — закономерный конец недолгой жизни наркомана. Я веду к тому, что наркотики должны присутствовать в армии только в виде укола промедола в личной аптечке: там он во благо и может спасти жизнь. Хотя в конечном итоге каждый решает сам. Если вдруг мой читатель встанет перед выбором ,то пусть сделает его в сторону любви, счастья, семьи и жизни, а не в сторону одиночества, горя, мучений и смерти.
--