Казанский Речной Техникум - филиал ФГБОУ ВО ВГУВТ

Первые десять градусов дались тяжелее всего. Утром 16 сентября 2013 года у итальянского острова Джильо тросы натянулись, и огромный корпус, лежавший на боку уже двадцать месяцев, начал поворачиваться. Восемь часов ушло только на то, чтобы оторвать его от скал, остальное заняло ещё около одиннадцати. Эти сутки стали самой напряжённой фазой одной из крупнейших спасательных операций в истории мореплавания. 13 января 2012 года круизный лайнер Costa Concordia длиной около 290 метров и валовой вместимостью около 114 тысяч ударился о скалу у Джильо. На борту было 4229 человек. Погибли 32. Судно легло на правый борт с креном около 66 градусов и осталось лежать у острова, опираясь на два подводных скальных выступа. Задача, вставшая перед спасателями, была необычной даже для профессионалов. Многотысячетонный корпус лежал у самого берега в неустойчивом положении. Капитан Ричард Хабиб, комментируя операцию, заметил, что суда такого размера обычно куда проще взорвать, чем поднимать. Здесь решили ин

Когда я впервые разбирался в устройстве ледокола, меня удивило не наличие мощного двигателя, а форма носа. Он совсем не похож на нож. Никакой тонкой режущей кромки, никакого стремления рассечь лёд пополам. И это правильно. Ледокол не режет ледяное поле, а накатывается на него корпусом и ломает сверху. Представьте тяжёлый утюг, который медленно заезжает на тонкую пластиковую крышку. Крышка прогибается, трескается и ломается под весом. Примерно так работает и ледокол, только вместо крышки перед ним слой льда толщиной в несколько метров. У обычного судна нос рассчитан на сопротивление воды. У ледокола задача другая: подняться на ледяную кромку, продавить её массой корпуса и отвести обломки в стороны. Поэтому форштевень делают наклонным и округлым. Он не врезается в лёд вертикальной стеной, а постепенно наезжает на него. Когда нос поднимается на ледяной лист, вес судна создаёт изгибающую нагрузку. Лёд сначала прогибается, затем трескается и ломается по радиальным линиям. Острый нос здесь о

В 1989 году к посёлку Ручьи на буксире притащили кусок «Авроры» высотой с двухэтажный дом. Рыбаки стали швартовать к нему лодки. А сам крейсер уже два года стоял на Неве после ремонта. Что же отрезали от корабля, если даже без такой громадины он сидел в воде ровно так же, как прежде? Рыбаки привязывали лодки к «Авроре». Приварили к выступавшему из воды борту кнехт (металлическую тумбу для каната) и получили причал. А в Ленинграде в это время школьники поднимались на палубу того же крейсера. Во время ремонта 1984–1987 годов у «Авроры» отрезали нижнюю часть корпуса. Наверху остались старые борта, рубки и надстройки. Снизу к ним приварили новый корпус, повторявший обводы прежнего. Самое неожиданное в этой работе — инженерам понадобилось вернуть кораблю даже вес старого бетона. В сентябре 1941 года «Аврора» попала под обстрел в Ораниенбауме и села на грунт. Подняли её в июле 1944-го. После войны подводную часть изнутри укрепили слоем бетона толщиной почти десять сантиметров. Снаружи сталь