"Нашествия"

11 ноября - День памяти погибших в Первой мировой войне

Вернуть русский газ Европе через Украину: самая странная сделка века

Иллюстрированные стихи и проза о животных... Иллюстрированные стихи и проза о животных... ЛИМЕРИКИ 1. Однажды бездомный котенок, Был дамой спасен сердобольной, Котенок стал Дамой, Капризно упрямой, А дама – рабой при котенке! 2. Как весело прыгать по полкам, Гулять по столам не без толку, И сбрасывать все, Что цело еще, Так будет намного просторней! 3. На всех подоконниках флоксы, Они не приемлемы просто, Разбиты горшки, Повяли цветки, Смотри, без препятствий, в окошко! 4. Но вот, как-то утром, котенок, Из дома ушел своевольно, И дама рыдает, Покоя не знает, Котенку ж, в подвале, привольно! 5. На улице жарко и страшно, Там всюду гуляют дворняжки, Но, правда, на травке, С кузнечиком в прятки, Играть даже очень приятно! 6. И, все-таки, грустно без дамы, Худеет котенок упрямый, Клещи одолели, И блохи заели, И корм не растет под ногами. 7. Совсем стало плохо и худо, И ждать перестал уже чуда. Вдруг голос знакомый, Так пахнущий домом, Позвал, словно бы, ниоткуда… На зов поспешило созданье, Чуть робко, в вины осознанья, И дама схватила, И в дом потащила, Чтоб зверски помыть его ванне! 8. С тех пор наша кошка довольна, Ни шагу, ни носа - из дома, И резво играет, Шутливо кусает Хозяйку, когда недовольна! © Copyright: Шерик Царапчик Показать ещё 34 1 2 д назад Мария Иванцова Живу дальше Вот зверь, рекомый "кот", и чем котэ жирнее, Для всех и каждого скотинка та милее, Но человек - совсем не кот, И с ним такое не пройдёт, Хотя, какое в них различье, по идее? 9 ноя в 13:02 Иллюстрированные стихи и проза о животных... Иллюстрированные стихи и проза о животных... ГОВОРЯЩИЙ ЩЕНОК У торговой точки – Около Перекрёстка трёх дорог, Белоснежный, Словно облако, Появился вдруг щенок. Он умеет всех одаривать Чувством грусти и любви, И умеет разговаривать Он со взрослыми людьми. И с мальчонками-девчонками На наречии простом Говорит он – И глазёнками, И крутящимся хвостом. Говорит он даже лапами: «Люди! С вами жить я рад». Дети – За! Но мамы с папами Даже слушать не хотят. Дети – в плач: Мы будем самыми, Мол, послушными детьми. Но упёрлись папы с мамами: Мол, гуляй с ним да корми; Мол, держать нас, Как на привязи Будет он, К тому же, ведь – Он растёт и может вырасти Здоровенным, как медведь… И глаза щенка осенние Мне сказали, будто вслух: - Напишите объявление: «Очень! Очень нужен друг!»... Я пишу. Но снова кажется, Что родня мы по судьбе: Что давно пора отважиться И забрать щенка к себе. Повстречав меня, Поплясывать, Будет друг мой, А потом Будет мне стихи подсказывать – И глазами, и хвостом. © Copyright: Юрий Асмолов Показать ещё 15 2 д назад Полина Морисс 9 ноя в 2:21 Иллюстрированные стихи и проза о животных... Иллюстрированные стихи и проза о животных... УПРЯМЫЙ КОТЁНОК Два часа смотрю в окошко: Потерялась мама кошка. Вышла погулять чуть-чуть И домой забыла путь. Но котёнок я упрямый, Не усну, дождусь я маму. Знаю, помнит про малышку, Принесёт в подарок мышку, Приласкает язычком И накормит молочком. После с мамою вдвоём Мы в обнимочку уснём. © Copyright: Раиса Ключка Показать ещё 25 2 д назад Полина Морисс 9 ноя в 2:21 Иллюстрированные стихи и проза о животных... Иллюстрированные стихи и проза о животных... ЛЕШИЙ Сперва Хитрая хотела отомстить малявке. За что? Да за то, что она теперь одна. Беспросветно одна! Вояка не вернулся из деревни, скорее всего, она его уже не увидит. Славный был лис... Детей больше нет. Нора пуста и пахнет чужим. Людьми, болью и его, малявкиными, родичами: псами! Хитрая оскалилась, втянула его запах и вдруг обмякла. Щенок был ничей. Лисий нос врать не умел. От малявки пахло прелой листвой, весенним лесом, землей... Но только не человеком. Злость ушла, оставила за собой жалость и горькую пустоту, которую надо было чем-то заполнить. Она потянулась к собачьему ребятенку, подхватила за шкирку и потащила. ***** О чем Хитрая тогда думала? Да и думала ли вообще? Нет, наверное. Сердце подсказало: «Возьми, обогрей. Ты теперь одна и он один. Ничейный». В старое жилище она вернуться не могла. Хорошо, что еще летом Хитрая приметила ту брошенную барсучью нору. Не хоромы, конечно, и дух прежнего хозяина до конца не выветрился. Но все равно, это лучше, чем запах см*ерти. Вот она и потащила туда Ничейного. Он не сопротивлялся. Попискивал тихонько, пока Хитрая несла его. Наверное, даже не соображал, что происходит. Слишком уж мал. Кто выбросил его на опушке леса, была ли у Ничейного мамка? Это так и осталось неизвестным. Ясно было только одно – судьба свела их не просто так. Хитрую уберегла от погибели. Она ведь, поняв, что детишек изничтожили деревенские, да и мужа Вояку наверняка тоже, отправилась мстить. В голове горело: «Пусть ее порвут, но и Хитрая успеет парочке псов накрутить хвосты. А повезет, так и человека цапнет». Не случилось... Ничейного судьба тоже пожалела. Не выжил бы он один... А так за лето вон какой лось вымахал! Хитрая его любит по-своему, но уж больно он неразумный. Гавкучий, неуклюжий. В засаде сидеть не умеет, по лесу ломится, как стадо кабанов диких. Не научить его быть лисом, как ни старайся. Хитрая уже все нервы истрепала, а толку – чуть. Не охотник он. А вот душа у Ничейного большая, теплая, жалостливая. Как он слушал про горе Хитрой! — Извели людишки мою семью, — рассказывала она. — Про детей точно знаю, про мужа догадываюсь. Стрелять не стали – не сезон, а то бы я услышала. Я ведь недалеко была. Пришлось на охоту выйти, когда Вояка не вернулся. Я его просила не ходить. Озлоблены люди на нас. А он: «Обойдется». Не обошлось. Наверное, лопнуло у деревенских терпение. Сперва Вояку моего того... А потом и за лисятами пришли. Когда замолчала, глянула на Ничейного, а у того в глазах слезы! И такое сострадание, что прямо сердцу легче. — Ма, не надо... «Ма!» — это он Хитрую так зовет. Словно и не видит, что разные они. Ничейный – белый в черных пятнах, что твой телок. Голенастые лапы, хвост-баранка, уши – треугольнички с надломленным кончиком. Дворняга дворнягой. А она – лиса! Ни с кем не перепутаешь. Все при ней: знаменитый хвост, пусть и не такой роскошный, как зимой, ушки на макушке. Сама рыжая, стройная. А еще очень уставшая. Все из-за Ничейного. Сородичи его не приняли. От своих лисят гонят. Хитрой выговаривают: — Притащила невесть кого, вот и держи при себе! — Шумный он, страшный, не наш! — Смотри, он за собой еще псов деревенских приведет. Мало тебе горя? — Не прокормишь теленка этакого. А сам он не добытчик! Вот с последним Хитрая была согласна. Ничейный старался, только против природы не попрешь. Хорошо, если мышку какую полуживую притащит. В общем, вся забота о пропитании на Хитрой. Тяжело... Сама похудела – кости гремят. Ест Ничейный за двоих, ей мало что остается. «Ничего, взрослым станет, полегче будет», — тешила себя надеждой Хитрая. Думала, Ничейный ничего не замечает... ***** Ошиблась. Видел Ничейный, как ма похудела, как вымоталась. Думал-думал и придумал! Не хочет он мучить ма. Та ведь лапы скоро протянет, если он рядом останется. Значит, надо уходить. Куда? Да туда, где, как думают лисицы, обитает его родня: в деревню. Страшно, конечно, но Ничейный справится. Должен! Может, тогда у ма жизнь наладится. Встретит доброго лиса, народит новых детишек, будет счастлива. Только сперва надо бы разведать: как там, в деревне-то? Ничейный поднялся и потрусил к опушке леса... ***** Дед Иван курил на крылечке, смотрел на темные ели и печалился. Будка Барбоса опустела. Ушел старичок на небо. Оставил хозяина. Муторно одному. Поговорить не с кем. Да и двор охранять некому. А лисы распоясались! Что ни ночь, пропадает у соседей птица. И ведь ничего не берет рыжих нахалок. Стреляют их мужики в охотничий сезон, а их меньше не становится. Доконали уже. Помнится, весной лопнуло терпение у деревенских. Ну, а у кого бы не лопнуло? Повадился один рыжий курей таскать. Да какой хитрющий оказался. Мимо собак просачивался невидимкой и делал свое дело черное. Ну да сколько веревочке ни виться, конец всегда найдется. Сосед накануне нового пса завел. Вот рыжий на него и нарвался. Пес внимательный оказался и злой. Прикончил лиса-невидимку. А через несколько дней кому-то пришла в голову идея: «А что, если взять этого пса, да в лес наведаться, прямо к норе! Наверняка там лисица с выводком ждет. Искореним зверя и заживем спокойно». Мужики одобрили: «Правильно, доколе можно набеги терпеть!» Похватали кто что: лопаты, вилы, топоры. Стрелять не по закону – весна. Дед Иван с ними тогда не пошел. Лисы – беда, конечно. Но душегубствовать он не любил. Кто же беззащитных лисят в норе уничтожает? Наблюдал с крылечка, как вернулись мужики расстроенные. Лисят новенький пес быстро приговорил, а вот мамка-лиса ушла. — Ты, Барбос, держи ухо востро, — велел тогда дед Иван. — Охраняй. Рыжая еще заявится. Только вот не судьба была Барбосу долго сторожить. Через месяцок Костлявая за ним явилась и увела... Дед Иван глянул на пустую будку, загасил бычок в пустой консервной банке и вдруг заметил на опушке леса движение. Прищурился: «Неужто лиса?» Да нет, пес, похоже. Чей только? Не разглядеть. Может, бесхозный? Хотя откуда в их деревне бесхозному псу взяться. Все, что есть, при деле. «Ладно, чем черт не шутит, — подумал дед Иван. — Поставлю миску с кашей у забора. Может, мне судьба собаку на замену Барбоске прислала?» Наутро миска оказалась пустой. Сам пес появился ближе к вечеру. Дед Иван спустился с крыльца, окликнул: — Чего стоишь? Проходи. Нехорошо: поел и сбежал. А спасибо? Пес шарахнулся в лес. «Совсем дикий, — удивился дед Иван. — Пугливый. Ну да у меня терпения на пятерых хватит. Приручим». В следующий раз он поставил миску с едой поближе к крыльцу... ***** Ничейный струсил! Он бежал, и ему было стыдно: «Чего испугался? Дед вроде не злой. Так и будешь у ма на шее сидеть?» «Завтра подойду, — умащивал он совесть. — Соберусь и подойду!» Но ни завтра, ни послезавтра, ни через пять дней обещание Ничейный не выполнил. Каждый день миска чуток приближалась к дому, и он вместе с ней. И каждый раз, когда дед выходил псу навстречу, Ничейный драпал! Лишь через неделю он заставил себя остаться на пару минут, чтобы разглядеть деда как следует. Через десять дней позволил себя погладить, хоть и трясся, словно листик на осине. А через две недели он заглянул деду в глаза и решил, что завтра уйдет от ма. Ничейный не станет с ней прощаться. Это лишние слезы. Пусть живет, радуется, ищет свое счастье. Она его спасла, а он спасет ее! На этот раз от себя. ***** Дед Иван понял, что пес останется с ним, когда тот не шуганулся от его руки. Пусть присел, спрятал хвост между лап, сжался пружиной, но утерпел. И он не ошибся. После следующей трапезы, пес не рванул в чащу, а уселся и робко вильнул хвостом. Настала пора придумать новому другу имя. — Лешим будешь! — решил дед Иван. — Из лесу ведь вышел. Очень вовремя, между прочим. Обживешься, научишься двор охранять. Моих оставшихся кур от лис беречь. Увидишь рыжую – лай во всю глотку. Или дави! Вон ты какой здоровый вымахал. Пес слушал внимательно, хоть и не все понимал. То, что можно лаять, ему понравилось, а вот «давить»... Это вообще как? Но он решил, что со всем разберется по ходу жизни. ***** Хитрая поняла, что Ничейный не вернется, когда минула неделя с его ухода. Тосковала, конечно. А сквозь тоску проглядывало облегчение. За это было совестно: «Считай, сын твой сгинул, а тебе хорошо?» Но время умеет врачевать. Вот и Хитрая оправдала себя. Она не гнала Ничейного, любила, кормила, берегла. Ушел он, так в том не ее вина! Жить стало проще. Сородичи ее больше не чурались. Голод реже терзал. Теперь кормить приходилось только себя. А много ли ей одной надо? Поэтому Хитрая до поры в деревню носа не совала. Лишь к зиме созрела для вылазки. Худо с добычей стало. Выбрала домик, стоявший у самой опушки. Сородичи говорили, что, вроде, собака там старая и брать почти нечего. Ну да она ведь хитрая, а не жадная. Ей хватит... Но, когда она ночью пробралась во двор, Хитрую ждал сюрприз. С лаем из будки вылетел молодой здоровущий пес. Рванул к ней и замер. Хитрая тоже остановилась. Узнала! — Ничейный? — Ма? — Живой! Да чего же ты ушел-то, дур*алей? Неужто со мной плохо тебе жилось? — Тебе было плохо. Я ведь все понимаю. Сердце-то не каменное. — Умник ты мой, — Хитрая вздохнула. — И что же ты теперь делать будешь? Неужто хвост мне оторвешь? — Нет, — пес преградил ей дорогу и потупился. — Ты только, ма, не ходи сюда больше. И своим скажи: пусть не ходят. Много вокруг домов. А этот мой. Ладно? Хитрая не успела ответить, дверь хлопнула, на крыльце появился заспанный дед Иван в ватнике и галошах на босу ногу. Пес и моргнуть не успел, а лисий хвост уже мелькнул за забором. — Леший! Да что же ты творишь? Лису упустил! — дед Иван выругался и вернулся в дом. Весь следующий день он ворчал: — Охранник липовый. На кой я тебя учил? Чтобы ты с рыжими цацкался? Вот придушат наших последних курей, будешь знать! Но, к его удивлению, куры остались целы. Лисы двор деда Ивана стороной теперь обходили. — Ну, дела, — удивлялся тот и трепал Лешего по голове. — Ты рыжей внушение какое сделал, что ли? Пес смотрел хозяину в глаза, крутил хвостом и молчал. Не объяснишь, ведь, что дед Иван не зря его Лешим назвал. Договорился, считай, он с лесом. Хитрая помогла. Ее саму Леший видел еще один раз. Прощаться приходила. Сказала, что встретила кое-кого, хочет семью и покоя, поэтому и уходит. Удачи пожелала, а он ей счастья. Большущего счастья! Автор АЛЁНА СЛЮСАРЕНКО

Почему Курилы — наши?

ИХ ЛИЦА Захар Прилепин

ВПЕРЁД К ЗВЁЗДАМ На Земле к этому времени уже прошло двести лет, но они про это ничего не знали... Весь экипаж космического корабля находился в анабиозе. Ведь им предстояло пролететь почти тысячу световых лет, прежде чем они достигнут намеченной цели – звезды Бета Центурион 00785. Там была жизнь. Так доложили разведывательные зонды. Особая технология, выработанная людьми, позволяла им сжимать пространство и время. И полет сокращался всего до нескольких сотен лет земной жизни. Но вот перегрузки при этом... Они были смертельны, а поэтому были изготовлены особые криокамеры, спасавшие тела людей от разрушения. За всем полётом следила автоматика, которая была многократно дублирована на случай поломок, и всё же... Всё же, такая ситуация возникла. Возникла она уже на подлёте к самой планете, когда корабль вышел из сжатого пространства – оставалось всего-то лет пятьдесят до конечного пункта, и тут... Тут и произошел пробой всего корабля. Непонятно почему ошиблась автоматика, непонятно почему не сработали многочисленные лазерные пушки, но рой мельчайших частиц прошил обшивку, как масло, и вылетел с другой стороны... ***** Когда он проснулся, всё вокруг мигало красным светом и выло так, что он не слышал самого себя. Придя в чувство, он пошатывающейся походкой направился в рубку управления. Включил ручное и задал вопрос Командиру – так назвали искусственный интеллект, управлявший полётом. — Многочисленные повреждения обшивки, — объяснил тот. — Половина команды погибла. Утечка кислорода и разрушения в двигательном отсеке. Старший лейтенант, механик группы и по совместительству помощник электрика, схватился за голову: — Командир, почему проснулся именно я? — Понятия не имею, — ответил ИИ. — Импульсы на пробуждение должны были быть посланы всей ремонтной команде. Видимо, вы единственный из выживших. Том стал лихорадочно задавать вопросы о том, как можно починить корабль, но ответы были неутешительны. Ему нужна была помощь, а проблема состояла в том, что он мог разбудить теперь только одного человека из команды пилотов или ремонтников. Просто, так был создан алгоритм. Команда ремонтников и пилоты – всего пятьдесят человек. Вот и выбирай, как хочешь... — Есть ещё кое-что, — добавил Командир. — Ты должен понимать, что тот, кого ты разбудишь, не сможет больше уйти в сон. Все дополнительные капсулы разрушены. — О, господи, — простонал Том. — Так нам предстоит умереть на этом корабле от старости? И мы даже не увидим звезду? — Может быть, — ответил Командир. — Это если вам удастся починить корабль, а если нет, то мы все умрём довольно быстро. Иди и выбирай с умом. Я не могу помочь тебе. Мне запрещено давать советы, которые могут привести к см*epти человека. Том выписал на простую тетрадь список поломок. И пока он добирался до части криокамер, сохранившихся в целости, он с десяток раз прошелся по этой записи. В принципе, там не было ничего такого, что нельзя было починить, но это требовало времени. И, скорее всего, большого отрезка времени... Он шел между рядами капсул и читал надписи на них. В его голове мелькала одна мысль: — Кому вынести этот приговор? Кому? Тут были и специалисты, которые могли помочь ему, но... Когда он вглядывался в их молодые лица через специальное стекло, он отходил в сторону. — Не могу! Не могу!!! — кричал он в тишину и безмолвные приборы. Он с десяток раз уже тянулся к аварийной кнопке на криокамере, но всякий раз отдёргивал дрожащую руку. Потом ему пришла в голову мысль, что надо разбудить молодую женщину. Может, так ему будет веселее прожить до конца на этом корабле... Так и не разбудив никого в тот день, он направился в свою каюту, чтобы выспаться и обдумать всё ещё раз на свежую голову. Командиру он так и объяснил, что решение ещё не принято. — Я понимаю тебя, человек, — сказал Командир и отключился. По дороге к своей каюте Том взглянул на склад, где хранились пищевые запасы. Он искал кое-что конкретное, а найдя это, радостно вскрикнул. На большом контейнере было написано: «Спиртные напитки. Категорически запрещено открывать до посадки!» Взломав его, он нашел бутылку отличного виски и направился в свою каюту... ***** Через пятьдесят лет, за несколько дней до посадки, весь оставшийся в живых экипаж проснулся. Они постепенно пришли в себя и отправились в командный отсек, где Командир и доложил оставшимся в живых членам команды о произошедшем. — Господи! — сказал второй помощник капитана. — А кто же спас корабль и всех нас? — Старший лейтенант, механик Том Митчел, — ответил ИИ. — А где он сейчас? Мне надо срочно поговорить с ним. Мне нужен точный отчет о состоянии корабля, и вообще... Вообще, мы все хотели бы выслушать его! — Да! Да!! Да!!! — раздались выкрики. — Неужели он справился сам? Но сколько же ему сейчас лет? Он жив? — вопросы сыпались один за другим. — Ему сейчас семьдесят пять лет и он жив, — ответил Командир. Потом добавил: — Они отдыхают в его каюте. — Кто, они? — поинтересовался второй помощник капитана. — Идите туда и сами всё увидите, — ответил Командир. Они прошли длинными коридорами корабля, удивляясь по дороге тому, как Тому удалось всё починить. Том почему-то занимал не свою каюту, а большой отсек в конце коридора. Дверь была открыта. Все ввалились в очень большую комнату, в которой всё было устроено так, будто это был сад. Везде росли деревья, кусты и цветы. — Господи, красота какая! — изумлялись космонавты. В дальнем углу на очень большой кровати лежал старый мужчина, а вокруг него... Вокруг него... Но, нет. Вы, дамы и господа, конечно, не поверите мне. Потому что вокруг него лежали, сидели и прыгали десятки кошек! Все космонавты замерли в немом недоумении. Наступила мёртвая тишина, и только кошки с удивлением разглядывали людей, а самые смелые подходили и принюхивались. Том встал с кровати: — Как же я давно жду вас всех, — улыбнулся он и погладил свою седую бороду. — Но... как?! И откуда?... Количество вопросов, сыпавшихся на него, исчислялось десятками. — Тихо. Тихо... — сказал Том и начал свой рассказ... ***** — Я тогда так и не решил, кого мне разбудить и обречь на старение в этих стенах. А когда на следующий день я спустился в отсек, я вдруг наткнулся на одну криокамеру, где лежала кошачья семья. Это была такая прихоть погибшего капитана корабля. Помните, в самом начале нашего путешествия, ему предоставили такое преимущество? Дополнительная криокамера. Вот он и взял в неё кота, кошку, и трёх их котят. — Неужели у него не было жены? — спросил второй помощник капитана. — Была, — ответил Том. — Но она в последнюю минуту отказалась лететь. И он взял их... Я застыл тогда возле этой капсулы. Не буду скрывать, что я тогда был слегка пьян – это факт, но понимаете, в чём дело... Мне в голову пришла одна фраза, сказанная моей мамой, когда мне было лет десять: — Том, — сказала она. — Если ты не захочешь потерять свой рассудок среди людей, то заведи себе кота или собаку. Ну, вот. Я и завёл себе сразу пятерых кошек. — Неужели вы никогда потом не пожалели о том, что не разбудили себе напарника, мужчину или женщину? — загалдели космонавты, сгрудившись вокруг Тома. Том улыбнулся и посмотрел на них: — Никогда. Ни разу не пожалел, — ответил он. Космонавты наклонялись и брали на руки котов и кошек, которые за эти годы размножились, и теперь их было штук двадцать. Они поднимали их и прижимали к себе. Кошки мурлыкали и тёрлись об их руки и лица. Люди улыбались... ***** Том увидел таки свою звезду. Корабль, который он починил, благополучно сел на новую планету, оказавшуюся пригодной для жизни. Он прожил ещё несколько лет, помогая колонистам устраиваться на новом месте. А когда его не стало, люди поставили ему памятник, на котором написали: «Герою Тому, спасшему всех нас» На памятнике была выгравирована фотография – Том в окружении своих питомцев... Много времени прошло с тех пор, и это маленькое поселение превратилось в огромный, современный город, посреди которого и стоит тот самый памятник. А история про котов стала городской легендой, в которую верят, разве что, только дети. Но если вам придётся побывать на этой планете – Бета Центурион 00785, которую теперь называют Земля номер 2... А побывать на ней, по нынешним временам, уже совсем не сложно – пара дней, и вы уже там. Сделайте мне такое одолжение – пойдите к этому памятнику и, встав перед ним, скажите: — Том, я всё помню и я знаю, что всё это правда. Передайте ему привет от меня. Ок? P.S. А вы, дамы и господа, кого разбудили бы? Каков был бы ваш выбор? Автор ОЛЕГ БОНДАРЕНКО

Беспилотная Россия: на пороге больших перемен ===================

Почему власть так быстро меняет поведение человека   Виктор Шикалов

СОВЕТСКОЕ КИНО Трактир на Пятницкой «Мосфильм»,Четвёртое творческое объединение «Тракти́р на Пя́тницкой» — советский детективный художественный фильм 1977 года. Экранизация одноимённого произведения Николая Леонова В ролях Геннадий Корольков — Василий Васильевич Климов, начальник подразделения МУРа Тамара Сёмина — Ирина Васильевна Сурмина, хозяйка трактира, главарь банды Константин Григорьев — Игорь Рыбин («Серый»), главарь банды Лев Прыгунов — Михаил Лавров («Француз»), бывший прапорщик, сотрудник петроградского уголовного розыска, прикомандированный в МУР Николай Ерёменко — князь Михаил Николаевич Рюмин («Цыган»-«Мишель»), бывший прапорщик Виктор Перевалов — Николай Панин, половой «Рыжий», сотрудник петроградского уголовного розыска, прикомандированный в МУР Александр Галибин — Павел Иванович Антонов («Пашка-Америка»), вор-щипач Марина Дюжева — Алёнка, девушка из деревни, подруга Павла Антонова Лариса Ерёмина — Варвара Сергеевна, певица в трактире (вокал — Жанна Бичевская) Глеб Стриженов — Владимир Сергеевич Гремин, музыкант в трактире, бывший дворянин и штабс-капитан, георгиевский кавалер Юрий Назаров — Иван Шлёнов, сотрудник МУРа, бывший махновец, предатель Юрий Волков — Александр Петрович Калугин, бывший комиссар милиции (озвучивание — Олег Басилашвили) Игорь Васильев — Сергей Николаевич Зайцев, бывший дворянин, заместитель начальника подразделения МУРа, следователь Алексей Панькин — «Свисток», член банды Серого Юрий Потёмкин — «Хват», член банды Серого Анатолий Веденкин — Витун, сотрудник МУРа Владимир Дружников — Пётр Петрович Волохов, начальник МУР Владимир Приходько — Митрич, бандит-трактирщик Виктор Косых — Лёнька, член банды Серого Нина Агапова — покупательница колец Валериан Виноградов — прохожий, приценивающийся к кольцу Сергей Юртайкин — прохожий, приценивающийся к кольцу Анатолий Голик — железнодорожник Анатолий Игонин — милиционер Съёмочная группа Сценарист: Николай Леонов Режиссёр: Александр Файнциммер Операторы-постановщики: Сергей Вронский, Всеволод Симаков Композитор: Андрей Эшпай https://ok.ru/video/245430618744

Витте – демоническая фигура для России Экономист Валентин Катасонов считает главным революционером не Ленина, а именно графа Сергея Юльевича Витте, автора и исполнителя так называемой денежной реформы. В прошлом мелкий одесский чиновник с помощью жены-иудейки Матильды был продвинут масонами Запада...