#книгалюдизаспиной Казаки из горцев Северного Кавказа

Казаки из горцев Северного Кавказа: бабуковцы и их наследники
Новосельцев Григорий Петрович
Тезис. История казачества на Северном Кавказе показывает, что казачьи сообщества пополнялись не только переселенцами с Дона и Волги, но и местными горцами. Казачий статус был не только наследственным, но и приобретаемым — а иногда и утрачиваемым. Бабуковцы — самый чистый пример этого механизма: они получили статус по распоряжению правительства, не получили искомых прав и в итоге добились выхода из сословия. Их наследники — Алтадуков, Хагондоков, Улагай — показали другой результат: горец мог не только войти в казачье сообщество, но и стать его опорой.
1. Бабуковцы: от аула к станице и обратно
Аул Бабуков известен с 1774 года — по данным Л. И. Лаврова, работавшего с документами, аул находился на реке Малке, несколько ниже устья Кичмалки, и лишь позднее передвинулся к Подкумку [1]. В рапорте А. П. Ермолова от 11 марта 1821 года зафиксирована другая дата — 1783 год [2]; И. В. Бентковский считал, что селение образовалось около 1790 года возле Георгиевска [3]. Расхождение отражено в примечаниях. Население аула было смешанным: абазины и кабардинцы; по позднейшим этнографическим данным, две трети составляли абазины, треть — кабардинцы [1].
В 1805 году часть абазин зачислили в Волгский казачий полк; условием зачисления было крещение [2]. В 1821 году Ермолов добился формирования казачьей сотни из адыгов без обязательного крещения: аул получил статус станицы, а в 1822 году отряд был официально преобразован в казачью сотню. Пожелавшие остались, не пожелавшие переселились в пределы Большой Кабарды [2].
Бабуковская сотня участвовала в боевых действиях совместно с казаками Волгского полка — на реке Шалушке и на Баксане. Немирные горцы неоднократно нападали на поселения бабуковцев в долинах Золки и Подкумка [4].
Существовали и трения внутри системы. Бабуковцы требовали признания статуса наравне с казачьей старшиной — офицерством, получившим дворянство по чинам, — и получили отказ. Постой российских солдат в жилищах воспринимался как нарушение привычного порядка; обязанность нести службу по первому требованию конфликтовала с полевыми работами [4].
Прошения об исключении из казачьего сословия подавались с 1842 года; в них жители указывали, что поступили в Линейное казачье сословие «по распоряжению российского правительства», а не по собственному волеизъявлению [5]. Указ об упразднении Бабуковской станицы и выводе жителей из казачьего сословия утверждён 6 октября 1860 года; исполнение относится к 1861 году [1; 5]. Около двухсот семейств переселились в Кабарду, сорок пять — в Турцию, два — в аул князя Лоова [5]. Л. И. Лавров отмечает в этой связи «целый ряд ходатайств и несколько вооружённых выступлений» бабуковцев против правительства [1].
2. Служба горцев в казачьих и иррегулярных частях
Во второй половине XIX — начале XX века значительная часть кабардинцев продолжала служить в казачьих и иррегулярных частях. Формы были разными: милиция Терской и Кубанской областей, Кабардинский полк Кавказской кавалерийской дивизии, Анапский горский полуэскадрон, Кубанский (Лабинский) конно-иррегулярный эскадрон, Кабардинская сотня Терско-Кубанского конного полка, Кабардино-Кумыкский конно-иррегулярный полк [4]. Но принцип оставался тем же: служба давала статус.
Тепсоруко Хамурзович Алтадуков (1832–1898) — из кабардинских узденей 2-й степени (беслен-уорк) князей Атажукиных [6]. Учился в Нальчикской горской школе, службу начал оруженосцем лейб-гвардии Кавказско-Горского полуэскадрона Собственного Его Величества конвоя. Участник Крымской войны (охрана Балтийского побережья) и Кавказской войны 1857–1864 годов [6]. В русско-турецкую войну 1877–1878 годов командовал 2-м Горско-Моздокским конным полком Терского казачьего войска; за отличие при Деве-Бойну, где во главе трёх сотен его полк взял четыре турецких орудия, награждён орденом Святого Георгия 4-й степени и золотой шашкой «За храбрость» [6; 7]. Последней командной должностью был 1-й Уманский конный полк Кубанского казачьего войска [6]. В 1890 году вышел в отставку генерал-майором; награждён, помимо упомянутых, рядом орденов и медалей [6]. В отличие от бабуковцев, Алтадуков не требовал прав — он их выслужил.
Константин Николаевич Хагондоков (1871–1958), сын войскового старшины Терского войска, окончил кадетский корпус, Константиновское училище и Академию Генерального штаба. С 1 сентября 1914 года — командир 2-й бригады Кавказской туземной («Дикой») дивизии в составе Татарского и Чеченского конных полков [8]. В январе 1916 года назначен военным губернатором Амурской области и наказным атаманом Амурского казачьего войска; после Февральской революции — командующий Приамурским военным округом и наказной атаман Амурского и Уссурийского войск [9]. Эмигрировал в 1920 году; умер 2 декабря 1958 года, похоронен на кладбище Сент-Женевьев-де-Буа [8; 10]. Хагондоков не утратил статус, а стал атаманом войска — высшая точка, которой мог достичь горец в казачьей системе.
Сергей Георгиевич Улагай (1875 — 1944), сын черкесского офицера, принявшего крещение с именем Георгия Викторовича. Окончил Воронежский кадетский корпус и Николаевское кавалерийское училище, выпущен хорунжим. Участник русско-японской войны; в Первую мировую — Кубанский казачий дивизион и 1-й Линейный полк Кубанского казачьего войска. В январе 1917 года награждён орденом Святого Георгия 4-й степени за переправу через Стоход и захват плацдарма [11]. С 1918 года в Добровольческой армии: участник Первого Кубанского (Ледяного) похода, командир 2-й Кубанской дивизии, с марта 1919 года — 2-го Кубанского корпуса, в январе–феврале 1920 года — командующий Кубанской армией ВСЮР [11]. Руководил Улагаевским десантом августа 1920 года; после эвакуации из Крыма жил во Франции, руководил цирковой группой казачьих наездников. Умер 29 апреля 1944 года в Марселе; в 1949 году прах перезахоронен на Сент-Женевьев-де-Буа с надписью «Вечная слава Русскому воину» [11]. Улагай не вышел из сословия, как бабуковцы, — он остался в системе до конца, даже в эмиграции.
Вывод
История казаков из горцев Северного Кавказа показывает, что казачий статус не был закрытым. Он приобретался через службу и присягу — и утрачивался и по воле власти, и по воле самих носителей. Бабуковцы получили статус при Ермолове и в 1861 году добились выхода из сословия. Алтадуков, Хагондоков и Улагай каждый по-своему прошли иную судьбу: командир полка, атаман войска, командующий армией.
Как представляется автору, казачество на Кавказе было не «вольницей» и не «служилым сословием» в чистом виде, а подвижной системой, где положение определяли служба и доверие — и где доверие можно было потерять. Это авторская рамка, а не вывод из источников; она опирается на приведённый материал, но проверяется только дальнейшим исследованием.
Примечания
Происхождение аула Бабукова: 1774 год, на реке Малке (Лавров, по документам) — 1783 год (рапорт Ермолова) — около 1790 года у Георгиевска (Бентковский). В тексте дана дата Лаврова как наиболее документированная.
Исключение бабуковцев из казачьего сословия: указ от 6 октября 1860 года (по архивным публикациям) — исполнение в 1861 году (по Лаврову). В тексте разведены указ и исполнение.
Алтадуков, чин корнета: в источниках расходится — 19 мая 1848 года (Казаков, Вершигора) против 11 марта 1854 года (ранняя версия). В тексте дата не приводится.
Хагондоков, рождение: 14 сентября 1871 года, Терская область (Энциклопедия Забайкалья) — 27 сентября 1871 года, Тифлис, отец — майор Николай Николаевич (до крещения Исмаил Зурабович), мать — Александра Свищева (Бабич). В тексте дана дата Забайкалья; расхождение отражено здесь.
Улагай, рождение: 19 (31) октября 1875 года (Брацун, по послужным спискам ГАКК) — 1876 год (Википедия). В тексте дана дата Брацуна с оговоркой.
Источники и литература
Лавров Л. И. Классовое расслоение и племенное деление абазин в XVIII и XIX веках // Советская этнография. 1948. № 4. С. 168–174.
Рапорт А. П. Ермолова от 11 марта 1821 года (цит. по: Дзамихов К. Ф. Адыги: вехи исторического развития. Нальчик, 2001).
Бентковский И. В. Бабуковцы // Ставропольские губернские ведомости. 1879. № 50–51.
Новосельцев Г. П. Казаки из горцев Северного Кавказа (с использованием материалов П. Федосова) // Проза.ру.
Думанов Х. М. О предоставлении дворянства кабардинским узденям и владельцам (Бабуковцы) // Эльбрус. Нальчик, 1999. № 1 (10). С. 10–38.
Казаков А. В. Адыги (черкесы) на российской военной службе: биографический справочник. Нальчик: Эль-Фа, 2006.
Вершигора А. Д. Горские офицеры и полные георгиевские кавалеры Кубанского казачьего войска и территории Кубанской области на службе России (конец XVIII — начало XX в.). Краснодар: Изд-во Кубанского гос. университета, 2008.
Опрышко О. Л. Кавказская конная дивизия. 1914–1917. Возвращение из небытия. Нальчик: Эльбрус, 1999. 464 с.
Хагондоков Константин Николаевич // Энциклопедия Забайкалья.
Бабич И. Л. Константин Хагондоков в эмиграции во Франции: между Россией и Кавказом // Историческая и социально-образовательная мысль. 2022. Т. 14, № 2. С. 61–74.
Брацун Е. В. Традиции служения горцев Северного Кавказа (на примере рода Улагаев) // [выходные данные уточнить по КиберЛенинке].
Бурда Э. В. Терское казачество в военной структуре Российского государства (вторая половина XVI — начало XX в.). Нальчик: Эльбрус, 2013. 232 с.
Щербина Ф. А. История Кубанского казачьего войска: в 2 т. Екатеринодар, 1910–1913.
Абазины: историко-этнографический очерк / ред. А. И. Першиц. Черкесск, 1989. 234 с.