– Настоящие подруги из-за тряпок не ссорятся, ты вообще себя слышишь? У тебя свадьба через месяц, успеешь другую юбку придумать или кружевом прикрыть. Я тебе что, специально дырку прожгла, по-твоему? У меня сейчас своих расходов полно, а ты химчистку какую-то требуешь, будто я тебе весь праздник испортила. Замуж выходить собралась, а ведешь себя как маленькая, честное слово.

***

Катя держала чехол за обе ручки. Внизу, возле прозрачного окошка, белела ткань, а на ней расплывались темные пятна. Лера стояла в прихожей уже обутая, торопилась забрать ребенка из кружка. Привезла платье без звонка, поставила у двери и сразу заговорила про пробки. Катя попросила подождать, раскрыла молнию, увидела подол. Теперь подруга объясняла, почему ничего страшного не произошло, а Катя никак не могла заставить себя перестать разглядывать маленькую черную дырку возле кружева.

Платье она выбирала почти два месяца. Не потому, что хотела непременно самое дорогое, просто во всем чувствовала себя чужой. В одном слишком блестела юбка, другое давило под руками, третье мать назвала ночной рубашкой. Свадьбу с Сашей решили делать небольшую, только близкие, без длинного списка знакомых. Катя сама откладывала на наряд, брала дополнительные смены в салоне, где работала мастером по бровям. Саша предлагал добавить, но ей хотелось выбрать и купить самой.

Подходящее нашлось в маленьком магазине возле вокзала. Простое, с закрытой спиной, тонкими рукавами и мягкой юбкой без тяжелого каркаса. Катя надела его, посмотрела в зеркало и впервые перестала искать недостатки. Мать сразу сказала брать, пока размер есть. Продавщица подогнала длину, упаковала, объяснила, как хранить до свадьбы. Дома Катя повесила чехол на дверцу шкафа, потом еще раз расстегнула, чтобы посмотреть на вышивку возле талии.

Лера увидела платье через неделю. Приехала попить кофе, попросила показать покупку, ахнула, стала гладить рукав кончиками пальцев. Сама она вышла замуж шесть лет назад, тогда брала наряд напрокат. Теперь жаловалась, что свадебных фотографий почти нет, все получилось впопыхах. Катя предложила как-нибудь устроить семейную съемку, если хочется новых снимков. Лера оживилась и спросила, не даст ли подруга платье на пару часов.

Катя сначала отказала. До собственной свадьбы никому его отдавать не хотелось, даже просто примерять. Лера удивилась, потом засмеялась: неужели верит в приметы? Никакого торжества, у знакомой дома красивый интерьер, сделают несколько кадров и сразу снимут. Рост у них одинаковый, размер тоже почти подходит, ничего переделывать не придется. Катя все равно сомневалась, и подруга начала перечислять, сколько раз сама ее выручала.

Лера говорила ласково, уже держа чехол: – Ну Кать, я же не на улицу в нем пойду, дома постою возле окна. У меня руки чистые, голова на месте, съемка всего на час. Хочешь, сама приезжай, посмотришь, только ты ведь работаешь в субботу. Я вечером привезу, даже не заметишь, что платье куда-то уходило.

Вспомнилась коляска, которую Лера когда-то помогала выбирать Катиной сестре, поездки по магазинам, ночные разговоры после расставания с прежним парнем. Отказать из-за вещи вдруг стало неловко. Катя согласилась, но попросила ничего не есть и не пить рядом с платьем, после съемки сразу убрать в чехол. Лера даже обиделась на уточнения, ответила, что не ребенок. Забрала наряд утром, обещала вернуть после шести. Вечером написала, что устала, привезет завтра, подруге ведь пока не горит.

На следующий день не получилось. У Леры заболел сын, потом сломалась машина, потом муж куда-то увез ключи. Катя несколько раз предлагала заехать сама, но дома обязательно никого не было. Через четыре дня подруга наконец появилась в прихожей. Катя увидела, что чехол застегнут криво, внизу зажевало подкладку. Попросила подождать, пока проверит, и Лера сразу начала торопиться еще сильнее.

Пятна оказались от вина. Подруга призналась не сразу, сперва уверяла, что это тень, потом предположила, что след остался еще в магазине. Катя развернула юбку, показала прожженное место. Лера вздохнула: знакомая курила возле окна, случайно задела, никто не ожидал. Вино тоже пролила не она, бокал стоял на столике. Выслушав просьбу оплатить восстановление, перешла к настоящей дружбе и чужим расходам.

Катя наконец подняла голову: – Я тебе новое платье отдала, сама в нем еще никуда не выходила. Ты обещала час съемки, без еды, без вина, без сигарет рядом. Теперь мне нужно ехать искать, кто это исправит, а ты предлагаешь просто придумать другую юбку. Оставь пока свои объяснения, я сначала узнаю, сколько будет стоить работа.

Лера сказала, что на переделки денег не даст, и ушла. Катя перенесла платье в комнату, разложила на чистой простыне. Сфотографировала пятна, дырку, зацепку возле застежки, которую заметила только сейчас. Потом открыла переписку с обещаниями и несколько минут сидела на полу. Саша вернулся с продуктами, нашел ее возле кровати и сначала решил, что проблема с рестораном. Катя показала подол, и он молча поставил пакеты у стены.

В химчистку поехали утром. Платье осмотрели, записали повреждения, предупредили, что результат заранее не обещают. Прожженное место посоветовали показать мастеру, чистка дырку не уберет. Катя позвонила в магазин, объяснила ситуацию, там дали телефон швеи. Та согласилась посмотреть вечером, попросила пока ничего самостоятельно не стирать и не зашивать. Катя вернулась на работу с чехлом, спрятала его в подсобке и весь день вздрагивала от новых сообщений.

В субботу, пока платье было у Леры, Катя сама написала ближе к вечеру. Спросила, закончилась ли съемка, можно ли посмотреть, что получилось. Подруга прислала один кадр у окна, по пояс, с красивым светом на лице. Катя похвалила, попросила теперь аккуратно убрать платье. Лера ответила сердечком, и больше в тот вечер они не разговаривали. Только позже Катя поняла, почему на присланной фотографии совсем не было видно юбки.

На следующий день в чужих публикациях попались другие снимки. Лера сидела за накрытым столом, держала бокал, рядом знакомая поправляла ей волосы. Катя тогда посмотрела мельком, решила, что платье уже сняли, а белое на коленях просто скатерть. На работе было много клиентов, разглядывать чужой вечер времени не осталось. Теперь она нашла эти фотографии снова и увидела знакомую отделку возле запястья. Сохранила, потом написала Лере, что знает про стол и вино, и попросила больше не говорить о нескольких минутах возле окна.

Ответ пришел почти сразу. Лера объяснила, что после съемки решили отметить встречу, ничего особенного, все свои. Катя посмотрела на эту фразу и закрыла переписку. Ей надо было договариваться с мастерами, а не доказывать, что чужой праздник не давал права забыть обещание.

Лера писала много. Сначала спрашивала, перестала ли подруга злиться, потом прислала смешную картинку про свадебную истерику. Катя ответила фотографиями и предварительной стоимостью чистки. Лера сразу возмутилась, сказала, что за такие деньги можно самой вывести пятна. Еще предложила купить кружево на рынке, ее свекровь когда-то шила, подскажет. Катя попросила не придумывать домашние способы и дождаться оценки мастера.

Швея, которую звали Зоей, долго рассматривала юбку при хорошем свете. Сказала, что просто пришить заплатку нельзя, поврежденное место окажется заметным. Можно заменить часть отделки и сделать такую же с другой стороны, чтобы выглядело задумкой. Зацепку возле застежки тоже придется исправлять, ткань там потянули. Катя записывала, спрашивала про сроки, больше всего боялась не успеть. До свадьбы оставалось три недели, Зоя обещала взять платье сразу после чистки.

После первого разговора с Зоей Катя зашла в тот же свадебный магазин. Продавщица узнала, спросила, получилось ли найти помощь. Катя кивнула, потом неожиданно попросила показать самое недорогое платье ее размера. Ей вдруг захотелось убрать испорченное подальше, взять другое и больше не обсуждать дырки. Примерила простое, без рукавов, постояла перед зеркалом. Смотрелось нормально, только покупка снова потребовала бы денег, которых в свадебном списке уже не было.

Продавщица молча принесла стул, предложила посидеть. Катя рассказала, что платье отдала подруге, и сама удивилась, как обыденно это звучит вслух. Никакой катастрофы, просто доверила вещь человеку, а теперь стоит перед новой покупкой, чтобы никого не беспокоить. Она сняла примерочное платье, поблагодарила и попросила вернуть свое в чехол. Вечером рассказала Саше про поход, а тот спросил, чего ей самой хочется. Катя ответила, что выйти замуж в выбранном платье, только сначала нормально его восстановить.

Катя отправила Лере полный расчет. Без требования нового платья, только работа, необходимая для восстановления. Подруга прочитала и позвонила, хотя до этого предпочитала переписку. Объявила, что платить не собирается, потому что платье Катя все равно потом продаст. Значит, еще и заработает, а с Леры сейчас хочет получить лишнее. Катя попросила объяснить, как будущая продажа отменяет прожженную дырку, но ответа не дождалась.

На следующий день позвонила общая знакомая, Таня. Спросила, правда ли Катя требует с Леры стоимость целой свадьбы из-за маленького пятнышка. Катя стояла в очереди за хлебом, переспросила сумму, которую ей пересказали. Оказалось, та выросла почти в пять раз. Таня уверяла, что не хочет вмешиваться, просто переживает за обеих. Катя отправила снимки повреждений, расчет и попросила не передавать ей больше чужие версии.

Вечером Лера написала в общий разговор подруг. Рассказала, как из-за одного неловкого движения потеряла человека, которого считала близким. Прикрепила старую совместную фотографию, добавила, что некоторые меряют дружбу деньгами. Катя прочитала, положила телефон на кухонный стол. Саша предложил не отвечать сразу, сначала поужинать. Она согласилась, но ела почти молча, все время вспоминая, как сама застегивала чехол перед тем, как отдать его Лере.

Ответ написала утром. Коротко изложила, в каком состоянии отдала платье и что обнаружила после возврата. Приложила фотографии, сумму восстановления и сообщения, где Лера признавала вино и сигарету. Уточнила, что денег за новый наряд не просит, только за устранение повреждений. Никаких обвинений в зависти, никаких рассуждений про испорченную жизнь. Таня первой ответила, что теперь ей понятно, о каком пятнышке речь, и попросила Леру рассчитаться.

Подруга тут же перешла в личную переписку: – Ты специально меня перед девчонками выставила, да? Я тебе по-человечески объясняла, что сейчас трудно, а ты из себя пострадавшую строишь. Мой муж уже видел, теперь спрашивает, куда я вообще ездила и зачем чужое брала. Удали сообщения, я потом что-нибудь придумаю с деньгами, не надо всех в это втягивать.

Катя спросила, сколько Лера готова вернуть и когда. В ответ услышала, что с ней невозможно разговаривать, в голове только платежи. Тогда написала, что все дальнейшее будет обсуждать после конкретного предложения. Платье тем временем забрали из чистки, часть следов ушла, но не все. Зоя посмотрела ткань, уточнила, как расположить отделку, и взялась за работу. Катя впервые за неделю занялась другими приготовлениями, выбрала ленты для букета и подтвердила запись на прическу.

Деньги Лера перевела через десять дней. Не сразу всю сумму, сначала половину, остаток после фотографии готового платья и чеков. Написала, что теперь они в расчете и на свадьбу она не придет. Катя ответила, что получила, поблагодарила за перевод. Потом позвонила в ресторан, убрала два места из списка и попросила прислать обновленный расчет. Саша спросил, не жалко ли ей дружбы, она ответила, что жалко, только платье тут уже давно не главное.

С первым переводом Лера прислала фотографию детских кроссовок. Написала, что сын останется без новой обуви, раз Катя решила обязательно получить деньги сейчас. Катя долго смотрела на экран, потом переслала сообщение Саше. Он спросил, кто вообще решил брать чужое платье на съемку, если возможные расходы сразу становятся проблемой ребенка. Катя не стала передавать этот вопрос Лере. Просто подтвердила получение половины и напомнила, когда Зоя обещала закончить работу.

В тот вечер она разобрала свадебную коробку. Внутри лежали туфли, заколка, запасные колготки и конверт с оплатой прически. Катя проверила список, дописала несколько мелочей, потом позвонила Тане. Попросила помочь в день свадьбы с пуговицами, мать сама не справлялась с мелкими петлями. Таня согласилась, предложила приехать заранее и привезти завтрак. Договорившись, Катя впервые за все эти дни перестала проверять, прочитала ли Лера очередное сообщение.

Мать позвонила накануне примерки, спросила, нужно ли забрать деньги из ее запасов. Катя отказалась, объяснила, что Лера уже рассчиталась. Мать помолчала, потом предложила вместе съездить к Зое. Катя согласилась, попросила только не обсуждать по дороге подругу. Утром они встретились возле остановки, купили кофе и впервые за долгое время разговаривали о свадьбе, гостях и предстоящей поездке после регистрации.

На последней примерке Зоя попросила пройти к окну. Катя повернулась, посмотрела на юбку в дневном свете, осторожно провела пальцем возле новой отделки. Получилось аккуратно, повреждений почти нельзя было заметить. Мать, приехавшая вместе с ней, долго поправляла рукав, потом попросила улыбнуться. Катя усмехнулась, наконец увидев себя целиком, а не отдельную дырку. Дома повесила чехол в шкаф и больше до свадьбы его не открывала.

Утром перед регистрацией Таня помогала застегнуть пуговицы на спине. Саша ждал внизу, несколько раз звонил, спрашивал, не забыл ли кто-нибудь кольца. Катя стояла перед зеркалом, придерживала юбку и слушала, как мать в соседней комнате ищет очки. Телефон на столе мигнул, пришло сообщение от Леры: поздравляю, надеюсь, все получилось как хотела. Катя прочитала, ответила спасибо, убрала телефон в сумку. 

Ещё больше рассказов здесь  

Лайк даёт + 10 к лёгкости жизни, комментарий + 15 к личной карме, подписка на канал + 50 к радости, а репост вообще обожествляет ;))