Собаке нашли новый дом, где ей было плохо, а потом приехал волонтер. Собаке стало еще хуже

Вчера утром у нас были проводы. Лиззи прожила в приюте шесть лет и, несмотря на яркую внешность, обладала очень незаметным характером. Она старалась не выделяться, а если её всё же замечали — например, брали на прогулку или встречу с гостями, — она обязательно надевала свою импровизированную шапку-невидимку.

И вот вчера наконец-то была написана её счастливая история

А сегодня мы хотим продолжить этот рассказ: показать, как такие собаки обживаются в новом мире, и поделиться тем, что увидели, когда нагрянули к ним в гости спустя год и два месяца.

Когда мы оставили Лиззи у Оли и уехали, собака ещё больше погрустнела и мечтала слиться с плинтусом. Мало того, что мир перевернулся, так ещё и кот пристает!

Знакомится утром, днём и вечером. Мы-то знаем, что это просто общительный кот, но Лиззи за свои шесть лет в вольерах таких зверей в глаза не видела. Сказать ему лишнего слова она боялась.

Потянулись дни и ночи принуждения. Ну, как принуждения… По нашей рекомендации хозяйка перевела собаку на видотипичное питание.

Многие наши волонтёры содержат домашних собак на сыром мясе, и мы предложили Оле: «Не будете против кормить так же? Во-первых, мы уменьшим процент стресса — в этом новом доме хотя бы вкусно во рту. А во-вторых, это правда полезно».

Ох, видели бы вы, как ела Лиза это мясо… С таким одолжением, будто ей подсовывают просроченную брокколи.

Она всего боялась. И мяса тоже боялась.

Для вас приют — это временная остановка.
Для них — это дом.

Это для нас с вами дом — диван, коврик, лежачок.
У наших собак зона комфорта — это тесный вольер и пропахший псиной зимник.

Плюс железное расписание, к которому они привыкли годами. Да и многие в городе никогда не были, тем более в квартирах. Что такое лифт, они думают примерно то же самое, что мы думаем о телепорте: страшная гудящая коробка, которая сейчас её сожрёт.

Поэтому Лиззи наша и в приюте была уныленькая такая. А попав в квартиру к Оле, совсем пригорюнилась. Ушла в глухую оборону. Оля, конечно, тоже пригорюнилась. Дома собака, которая писается от хлопка двери. Сначала мы её подбадривали и напоминали: «Красивая собака — это не значит комфортная собака сразу».

В общем, Лиззи была не рада этим нашим переменам. Вообще. Ни разу. Шаг за шагом, миллиметр за миллиметром она начала чуть меньше дёргаться на улице.

Оля, само собой, была в расстроенных чувствах. Потому что её картина мира («мы гуляем в парке, я ем круассан, она ловит снежинки») вообще не совпадала с тем, что происходило дома.

Громко разговаривать нельзя — собака замыкается.

Хлопнуть дверцей шкафа — трагедия вселенского масштаба.

Уронить ложку — риск забастовки и отказа от еды.

На улице ни с кем не дружит, лапы ставит так, чтобы никого не касаться. Опять замыкается.

Дошло до того, что Оля сказала нам те самые слова, которых боится любой куратор: «Может, я поторопилась? Я, кажется, не готова к собаке…»

А вот здесь — минуточку внимания. Именно ради этого момента мы часами рассказываем новичкам о подводных камнях адаптации. Чтобы человек мог выдохнуть, позвонить нам ночью в слезах и услышать: «Спокойно, дышите в трубочку, это норма. Мы вас ведём круглосуточно». Щёлкнуть пальцами и изменить природу животного не в наших силах. Только время. Иногда его требуется цистерна.

И вот, значит, мы заваливаемся в гости спустя год и два месяца. Оля улыбается, самой интересно, как отреагирует её собака.

Может, обрадуется?
Или плохо ей у неё.
Мясо уговаривают есть (сухой корм, кстати, тоже), гулять первые месяцы насильно заставляли, в городе какие-то все дураки (это про встречных собак). В общем, слава богу ты, волонтер, приехал. Забери меня отсюда!

Ага. Забери.

У Лиззи вся жизнь пролетела перед глазами. И приют, и домашняя жизнь. Но понюхать подошла. Ещё раз проверить, точно эта карга приехала, которая её здесь и оставила.

Точно. Она.

И еще больше расстроилась. Ушла на всякий случай на кухню, но всё равно искала взглядом глаза Оли. Искала там всего лишь один ответ: «Всё... Прощаемся...» Оля в ответ улыбалась еще загадочнее, что Лиззи вообще покой потеряла.

А волонтёра пригласили на кухню и по традиции, конечно, начали про собаку разговаривать, а потом нить разговора унесли две девчонки в быт, то есть в стиральную машину. Оказалось, у Оли машинка сломалась, а потом выяснилось, что и у волонтера недавно случилась подобная ситуация.

— А я вот такую купила!

— А говорят, так себе такая.

— Вот расклад, почему не всё так плохо.

— Покажи, где купила.

И всё в таком духе. До такой степени, что вообще про собаку забыли. Чай пили, смеялись, про девчат и мастеров бытовых услуг сплетничали.

И тут волонтёру Бог в висок как хряснет!

Приехала к собаке, а с собакой кто общаться будет?

Лиззи в этот момент собачьему богу гримасы строит: «Не трогай ты их ради бога. Щас поболтает эта, чаю напьётся, про меня забудет и свалит».

А мы с Олей снова заговорчески улыбнулись и пошли к входной двери. С собой позвали Лиззи. Зря, конечно, так сделали. Лиззи подошла к Оле и так на неё посмотрела, что мы извинились и бегом оттуда ретировались. Кажется, кто-то окончательно поверил, что этот мир и ей тоже принадлежит.

А когда чай допивали, спросили, как сейчас, тяжело было? На что Оля просто ответила: «Было тяжело… Но сейчас я так довольна. Мы с Лиззи идем вдвоем, и нам никто не нужен. Мне нужна была спокойная собака для прогулок, а Лиззи ни к кому не лезет, ни на кого не гавкает, и мы с большим удовольствием гуляем вдвоем. Это моя идеальная собака!»

Кстати, у кого есть или были такие «замороженные» собаки — поддержите Олю в комментариях! Как ваш путь проходил? Сколько времени потребовалось, чтобы собака «оттаяла»? Как вела себя питомец в первые месяцы и как живёт сейчас?

Спасибо, что дочитали Часть 2 про нашу нежную Лиззи. Любая ваша реакция для нас — большая благодарность. А здесь Часть Первая: Собака мариновалась в приюте, а потом еще год в новом доме. История одной лисички. 

А если вы хотите поддержать друзей Лиззи, которые остались в приюте и тоже ждут свою счастливую историю подарком. Заходите в ВИШЛИСТ, выбирайте помощь по силам. Очень приветствуются консервы для собак, любые.
Ozon: Москва, ул. Никитина, д. 10
Код волонтеру по телефону с пометкой «для приюта»: 89263303551

Или поддержать материально:
5228600573081124 Владелец: Наталья Валерьевна С.
Пожалуйста, подпишите помощь «Благотворительно».

НЕ теряйте наш канал, подписывайтесь в: ТелеграмВКонтакте Дзен МАХ Рутуб 

Наш сайт