Каким был Париж в IX веке

Париж 845 года очень сильно отличался от средневекового мегаполиса, каким мы привыкли его представлять. И уж точно это не был город влюблённых, искусства и круассанов, каким он представляется сегодня. Небольшой город, имевший тогда значение благодаря своему географическому положению, церковным учреждениям и историческому наследию.

Ну, вот если представить, что вы стоите в самом его центре, то вы на острове посреди реки Сены. Остров тот называется Сите. На левый и правый берег можно попасть по двум мостам, которые имели и важное оборонительное значение.

Слева от вас церковные владения, в том числе аббатство Сен-Жермен-де-Пре, основанное ещё в VI веке. Историческая достопримечательность даже для Средневековья. Справа — городская застройка, которая выходит за пределы острова. Париж не имел сплошной мощной системы укреплений, которая могла бы обеспечить надёжную оборону всей территории. Почему так? Историк Филипп Депре обращает внимание на то, что в IX веке Париж ещё не занимал того исключительного политического положения, которое приобрёл позднее. Поэтому особо оборонять его было не нужно.

Формальным правителем города был король Западно-Франкского королевства Карл II по прозвищу Лысый (843–877), почему он получил такое имя, мы точно не знаем, но догадываемся.

Это был человек из славного рода — внук Карла Великого. После Верденского раздела 843 года государство Карла оказалось лишь одной из частей прежней империи Каролингов. Сам Париж не являлся постоянной королевской резиденцией, а власть короля зависела от лояльности местной знати и способности собирать военные силы.

Именно политическая раздробленность франкского мира стала одним из обстоятельств, облегчивших викингам нападение.

Кто пришёл к Парижу

Флотом руководил скандинавский военный предводитель, которого франкские источники называют Регинхером (Reginherus). В некоторых исторических работах его имя передаётся как Рагнар, но соотносить его с легендарным Рагнаром Лодброком историки нас предостерегают.

Интересен и скандинавский взгляд на эти события. Нашёл я, что датский историк Нильс Лунд подробно разбирает поход 845 года и его связь с политикой датского короля Хорика I. Исследователь подчёркивает, что деятельность скандинавских военных предводителей нельзя рассматривать исключительно как разбой: она была связана также с борьбой за власть и политическим влиянием в самой Скандинавии. Естественно, хочется придать смыслы деяниям предков, поэтому и разбой облекается в политическую логику.

Кстати, в том же 845 году, пока одни викинги брали Париж, другие, под началом самого Хорика, на шестистах кораблях поднялись по Эльбе и разграбили Гамбург.

По факту, мы знаем, что викинги представляли собой вооружённые отряды скандинавских воинов, объединённых вокруг военного лидера. Они могли включать опытных мореходов, дружинников и людей, рассчитывавших получить добычу и известность. Их вооружение составляли мечи, топоры, копья, щиты и луки. Это были не регулярные государственные армии в современном понимании, но достаточно организованные военные формирования, способные проводить масштабные операции.

Важно понимать, что слово «викинг» обозначает прежде всего участника морского похода, а не отдельный народ. То есть, стать викингом мог и любой наш читатель, если б эти ребята взяли его с собой «на дело». В данном парижском случае речь идёт о скандинавском отряде, связанном именно с датским политическим миром.

Как викинги добрались до Парижа

Главным преимуществом скандинавов, помимо их смелости, были корабли. Длинные узкие суда с небольшой осадкой позволяли не только пересекать открытое море, но и подниматься далеко вверх по рекам. А значит, они не были ограничены в своих поисках наживы.

В отличие от крупных морских судов, они могли проходить сравнительно мелководные участки, высаживать воинов практически в любом подходящем месте и быстро менять направление движения.

Они разведали Сену. Река фактически превратилась в удобную дорогу вглубь франкских владений. Викинги не нуждались в завоевании прибрежных крепостей и длительном продвижении по суше. Зачем им рисковать и оставаться жить во враждебной среде? При этом их маневренность позволяла обходить многие оборонительные сооружения, наносить неожиданные удары и выбирать наиболее богатые поселения.

Поход на Париж не был первым появлением скандинавов в этих краях. Ещё в 841 году они нападали на Руан и другие поселения в долине Сены. В 843 году викинги разграбили Нант, а в 844 году проникли до Тулузы. Таким образом, к 845 году скандинавы уже хорошо представляли географию и возможности речных маршрутов Франкского государства. А вот франки не озадачились вопросами безопасности, надеясь, что викинги насытились за прошлые набеги.

Как проходило взятие Парижа

Согласно «Бертинским анналам», которые как раз в то самое время составлял епископ Труа Пруденций, в марте 845 года около 120 норманнских кораблей поднялись по Сене к Парижу. Историки оценивают число воинов на них больше чем в пять тысяч. Представьте себе эту флотилию, двигающуюся по реке на фоне ещё серых весенних пейзажей.

Отряды те по пути грабили по обоим берегам реки, практически не встречая сопротивления.

Флот достиг города 28 марта. Это Страстная суббота, канун Пасхи.

Карл Лысый знал о приближении врагов и попытался их остановить. Он собрал войско, но разделил его надвое: по отряду на каждый берег Сены. Викинги ударили по меньшему и разбили его. А дальше картина мрачная: 111 пленных франков они повесили на острове посреди реки, на глазах у второго отряда. Помочь несчастным второй отряд никак не мог и отступил. Пришлось вступать в переговоры с предводителем викингов.

Это происшествие называется «Осада Парижа», но события 845 года не выглядят героической осадой с многочисленными штурмами городских стен. Для викингов это была стремительная военная операция, в ходе которой скандинавы проникли в Париж и получили возможность беспрепятственно грабить городские и окрестные территории.

Викинги проникли в аббатство, где, по рассказу авторов, оскверняли церковное пространство и пытались повреждать имущество.

По сведениям «Бертинских анналов», Карл Лысый заплатил захватчикам 7000 фунтов серебра, чтобы они прекратили продвижение и покинули район Сены. Это была чрезвычайно большая сумма, свидетельствовавшая о серьёзности угрозы.

Сопротивляться дальше король не стал не только потому, что поражение в открытом сражении уже случилось, но и потому, что королевская власть была ослаблена внутренними противоречиями, а сбор достаточного количества войск требовал времени.

Заплатить за уход противника в сложившихся обстоятельствах казалось менее опасным решением.

Получается, что викинги добились успеха не столько благодаря взятию неприступной крепости, сколько благодаря сочетанию мобильности, внезапности и неспособности франкской власти организовать эффективную оборону.

Почему викинги ушли

Главная причина ухода была вполне материальной: скандинавы получили то, ради чего предприняли поход. Груженные богатой добычей, обретя огромный выкуп, они ощутили жгучее желание поехать домой, порадовать семью, похвастаться своей удачей. Удерживать Париж и пытаться управлять его населением было значительно сложнее, а пользы с того они не видели.

Это ж, представьте, викингам надо было бы создавать целую административную систему, содержать постоянный гарнизон и противостоять королевским войскам, будут же попытки освободить Париж. Нет уж, мсье франки, вы уж сами. А мы потом, может, вернёмся, когда вы вновь тут разживётесь.

Кстати, ряд учёных убеждены, что военная добыча — это не самоцель для викингов. Приобретённое влияние могло использоваться скандинавскими предводителями в борьбе за положение и власть на родине.

После ухода викингов из Парижа

После ухода из Парижа отряд продолжил нападения на прибрежные области. «Бертинские анналы» сообщают, что викинги вновь двигались вдоль побережья, грабя и сжигая поселения.

Мешки с добычей викинги взяли, а фортуну забыли. Сообщается о дальнейших тяжёлых потерях скандинавов и даже гибели их руководителя Регинхера. Чтобы неудача не распространялась на остальных, датский король Хорик распорядился (от греха подальше) освободить христианских пленников и вернуть их на родину. Но и это не все еще. Фортуна так и не подъехала, даже с опозданием: по франкским рассказам, уцелевших Хорик приказал казнить.

Монахи Сен-Жермен-де-Пре предложили собственную версию: святой Герман наказал викингов болезнями за осквернение обители, а сам Регинхер умер от последствий божественной кары. В действительности обстоятельства его смерти достоверно не установлены. Но, может быть, всё было именно так, как говорят монахи.

Любопытно, что похожее рассказывали и про самого Регинхера. По рассказу, дошедшему из посольства графа Кобо, которого Людовик Немецкий отправил к Хорику, вернувшийся домой вождь показывал добытое серебро и вдруг расплакался: единственным, кто оказал ему сопротивление, был давно умерший святой Герман.

Поход 845 года не стал последним появлением викингов у Парижа. В 856 году скандинавы вновь атаковали город и его окрестности. В 861 году нападения продолжились. Однако наиболее известным стало событие 885–886 годов, когда Париж выдержал продолжительную осаду. На этот раз оборону организовали граф Эд и епископ Гозлен. Город сумел выстоять, а противостояние стало одним из важнейших эпизодов истории поздней Каролингской эпохи.

Нападение 845 года продемонстрировало, насколько уязвимыми оказались богатые территории Франкского государства перед дерзкими морскими отрядами. Королевская власть, как оказалось, не всегда могла защитить даже важные города, а выплата выкупов становилась вынужденным способом решения военных проблем. Но это было сродни демонстрации слабости.

Да, Париж тогда ещё не был той великой европейской столицей, которой станет позднее, но именно такие события постепенно меняли представления франков о безопасности, войне и необходимости защищать свои территории.

Если дочитали, Вы молодец, таких мало. Напишите в комментариях, что вас удивило больше всего, сверим часы, так сказать.

С уважением, автор канала Буканев Николай