Свернуть поиск
Дополнительная колонка
Правая колонка
46.
Снова раздался звонок в дверь. Полина вздрогнула. Опять соседка? Однако за дверью оказался Вадик, ее двоюродный брат и сын тети Нины. После нескончаемых судов тетка полностью разорвала отношения с ненасытной племянницей, однако Вадик втихаря от матери периодически появлялся в жизни Полины. Говорил, что общее детство обязывает. Он несколько раз просил разрешения забрать из бабушкиной квартиры что-то на память, и Полина обещала, но все откладывала. И вот, стоило ей переехать, как Вадик тут как тут.
— Проходи. — Полина отступила на шаг, пропуская его в прихожую. — Какими судьбами?
— Был здесь рядом на вызове. — Брат настраивал компьютеры и целыми днями мотался по городу, выполняя заказы. — Промок до костей. Дождь-то какой! Вот и решил забежать к тебе, обсохнуть. Не прогонишь?
— Разумеется. — Полина пожала плечами. — Чай будешь?
— С удовольствием. Ты не против, если я пока посмотрю, что можно взять на память?
— Смотри. — Она снова пожала плечами. — Я пока ничего не разбирала, кроме секретера.
— Секретера? И что в нем?
Голос Вадика поехал куда-то вверх и вбок. Кажется, это называлось «дать петуха».
— Какие-то старые счета и бумаги. И еще связка писем деда. Ты их не трогай, пожалуйста. Это личное.
— Не буду, — с готовностью согласился Вадик. — Как скажешь.
Полина пошла на кухню и занялась приготовлением чая. Бабуля любила чай, разбиралась в нем и никогда не экономила. К примеру, в кухонном шкафчике стояла банка английского чая с васильками, стоившего, судя по ценнику, целое состояние. Впрочем, ценник был английский, в фунтах, и Полина мимолетно удивилась этому обстоятельству. Откуда у ее бабушки-домоседки мог взяться английский чай?
Впрочем, чего гадать, если ответ на этот вопрос все равно получить невозможно. Полина вскипятила воду, плеснула немного в старинный заварочный чайник, чтобы прогреть его, вылила кипяток, насыпала драгоценную заварку, залила водой до половины и закрыла крышкой, чтобы дать настояться. Из кабинета доносился какой-то шум, видимо, Вадик искал, что именно взять на память. Полина не собиралась ему мешать. Пусть берет, что хочет. Ей не жалко.
На девятый день, который они проводили здесь, в бабушкиной квартире, Вадик тоже ушел в кабинет и долго сидел там один. Полина не трогала его, искренне надеясь, что он горюет по бабушке так же сильно, как и она сама. А назавтра они по настоянию тети Нины сходили к нотариусу, там выяснилось, что все достается Полине, и тетя Нина сразу начала кричать и грозить судом. Да, девятый день был последним «мирным» в жизни их семьи.
Минут через пять Полина долила в заварочный чайник воды, снова закрыла крышкой. Поставила на стол сахарницу, полазила по шкафчикам в поисках какого-нибудь печенья. Хотя за год любое печенье точно стало несъедобным. Среди запасов нашлось только варенье, брусничное, которое бабуля любила и варила каждую осень. И в прошлом году сварила, незадолго до смерти. Глаза Полины наполнились слезами. Она быстро вытерла их ладонью, открыла банку, выложила варенье в небольшую вазочку. Сейчас они с братом будут пить чай и вспоминать бабушку. Пусть на дворе дождь и осень, от общих детских воспоминаний им станет теплее.
— Вадик, иди к столу! — крикнула она.
Брат появился на пороге, вид у него был взъерошенный и нахохленный, словно у большого воробья. Ну правильно, он же промок и наверняка замерз.
— Ну как, нашел что-нибудь?
— Что… нашел? — хрипло спросил он.
— Выбрал себе что-нибудь на память? Ты что хочешь? Посуду какую-нибудь?
— Какккую посуду? — Вадик даже заикаться начал.
— Ну, не кольцо же ты на память хочешь взять? — засмеялась Полина. — Хотя можешь и кольцо. Подаришь его своей будущей жене. Оно в шкатулке на столе. А вазы, бокалы и рюмки в гостиной, в буфете. Ну или книги… Они в кабинете, ты знаешь.
Во взгляде Вадика мелькнуло что-то странное. Полина не поняла, что именно. Или он злится, что ей досталась квартира, а она болтает про какие-то недорогие безделушки? Нет, квартиру она точно не готова больше обсуждать ни с кем из родни. Ей и так хватило этих бесконечных разговоров и столь же бесконечных упреков.
— Точно. Я возьму что-нибудь из книг, — запинаясь, проговорил Вадик.
— Ради бога. Садись, пей чай, а то остынет. Может, ты есть хочешь? Но кроме бутербродов ничего нет, я не успела купить и приготовить.
Вадик покачал головой:
— Не парься.
Он сел к столу, поднес ко рту чашку, сделал глоток:
— Вкусно.
Полина попробовала. И правда, вкусно. Английский чай с васильком был просто божественным. Они выпили чаю в молчании. Беседа не клеилась.
— Поль, ты выбери мне сама какую-нибудь книгу из библиотеки, — проговорил наконец Вадик. — Не хочу я хозяйничать. Тут теперь все твое.
— Не говори чуши, — резко сказала Полина. — Я же сказала, ты можешь взять все, что захочешь.
И снова странное выражение мелькнуло на его лице.
— Хорошо. Только чаю еще налью. Замерз, никак не могу согреться.
— Давай, я налью.
— Спасибо, я сам.
Вадик поколдовал немного рядом с чайником, после чего с чашкой в руках ушел из кухни в кабинет, оттуда снова донеслись приглушенные звуки выдвигающихся ящиков. Ищет, что поценнее? Да пусть. Она даже смотреть не пойдет.
Вадик ушел через час, унося с собой пятитомник советского фантаста Александра Беляева. Ну да, в детстве они оба зачитывались «Головой профессора Доуэля», хотя Полине больше нравился «Человек-амфибия». Там было про любовь.
— Это на сегодня раритет, — немного смущаясь, сказал двоюродный брат. — Стоит довольно дорого. Ничего, что я беру?
— Я же сказала, можешь взять что хочешь. — Полина вздохнула, потому что ей надоело говорить одно и то же. — Вадька, не заставляй ты меня постоянно оправдываться. Я перед вами ни в чем не виновата. Ты у бабушки лет десять не появлялся.
— Ну, так некогда было. И вообще, я тебя ни в чем не обвиняю. Старуха правильно сделала, что тебе квартиру оставила. Я так муттер и сказал. Ты же за ней ухаживала.
За бабушкой никто и никогда не ухаживал. Она прекрасно справлялась сама. А вот проведывать ее было можно и нужно. Но говорить об этом брату Полина не стала, чего толочь воду в ступе. Он ушел, и она с облегчением закрыла за ним дверь, убрала со стола в кухне посуду. Посмотрела в полупустой заварочный чайник, но мыть не стала, отставила в сторону. Нет, выливать такой прекрасный чай она не станет, вечером допьет.
Полина заказала продукты, наскоро приготовила яичницу с помидорами, которой и пообедала, вернулась к разбору вещей в кабинете, заодно наводя там порядок. Вытерла пыль, вымыла пол, разложила несколько своих коробок. К концу дня кабинет приобрел жилой вид, только бабулино письмо так и не нашлось. Или и не было никакого письма?
От муравьиной работы ее оторвал очередной звонок в дверь. Открыв ее, Полина обнаружила на пороге мужчину лет сорока, довольно приятной наружности. Совершенно незнакомого.
— Здравствуйте, — сказал мужчина.
— Здравствуйте. — Она недоуменно уставилась на него.
— Значит, вы и есть Полина.
Пришлось подтверждать, что это действительно так.
— А я — Артем. Артем Михайлович Басицкий. Приятно познакомиться.
Полина молчала, потому что пока не понимала, приятно ей это знакомство или нет. А еще она не понимала, кто он такой и что ему нужно.
— Я — ваш сосед сверху. Точнее, это моя бабушка ваша соседка, а я сейчас с ней живу.
Так, значит, перед ней тот самый замечательный и непревзойденный внук Полины Григорьевны, который регулярно отправляет старушку в санаторий. И что он хочет?
— Полина, мне нужно с вами поговорить.
— Проходите. — Она пропустила его в квартиру, теряясь в догадках, о чем может пойти разговор.
Но дверь закрыть не успела. На лестничной площадке вдруг материализовался Костя, мамин муж.
— Поль, привет. Я к тебе.
«Просто день открытых дверей какой-то», — в сердцах подумала Полина.
— С мамой что-то?
— Нет, с Надей все в порядке. Я просто… был тут неподалеку.
— Ну да. Сегодня все оказываются неподалеку от моего дома. — Полина хмыкнула. — Ладно, проходи.
Костя тоже шагнул в квартиру, где в коридоре уже мялся внук по имени Артем Михайлович Басицкий.
— У вас гости? — спросил он. — Ладно, если так, то я в другое время зайду.
— А вы зачем приходили?
— Это долгий разговор. — Басицкий вздохнул. — Не на бегу. Он обязательно состоится, но позже.
— Хорошо, как скажете. — Полина пожала плечами и закрыла за незваным гостем дверь.
По ее разумению, ничего нужного и важного он ей сообщить все равно не мог. Она повернулась к переминающемуся с ноги на ногу Косте.
— Так, а ты что хочешь? Проходи на кухню, что ли. Чай будешь?
— Нет, не буду, — покачал головой мамин муж. — У тебя это, коньяка нет?
У бабули всегда стоял в буфете небольшой лафитник с коньяком. Она иногда наливала в рюмку немного, буквально на глоток. Говорила, что коньяк ее бодрит.
— Тогда проходи в гостиную, — велела Полина. Зашла туда первой, достала лафитник и хрустальный коньячный бокал, плеснула щедрую порцию. — А что это тебе коньяк понадобился? Кость, случилось что-то?
Он одним махом опрокинул густую маслянистую жидкость в рот, тяжело подышал, сунув нос в рукав.
— Извини, лимона нет.
— Обойдусь. Поль, мне нужны деньги.
— Чего? — Полина изумилась так сильно, что даже рот приоткрыла. За десять лет, что они были знакомы, мамин муж никогда не просил у нее денег. — Костя, если ты о деньгах за проданную комнату в коммуналке, так я все вам отдала. Ты же знаешь.
Продолжение...

Присоединяйтесь — мы покажем вам много интересного
Присоединяйтесь к ОК, чтобы подписаться на группу и комментировать публикации.
Нет комментариев