Свернуть поиск
Дополнительная колонка
Правая колонка
41.
— Василич, здоров! — услышал он бодрое и, оглянувшись, увидел соседа, обычно жившего на даче круглый год.
— Привет, Романыч! Не собрался еще в город?
— Какое там!
— Как тут у нас дела? Что слышно?
— Да ничего. Все слава Богу, живем, не тужим.
— Чужих не видел?
— Это ты про бомжей? Да нет. Нынче тихо. Ты же знаешь, я целый день на улице, да и вечерком чай у самого окна пью. Поглядываю.
— А возле моего дома? Никто не ходил?
— Если только ночью, но утром я мимо тебя на колонку ходил. Следы, как пить дать, заметил бы. А что? Пропало что-то?
— Да нет. Просто я уже до весны, так, на всякий случай. Волноваться или нет.
— Не тревожься, Василич. Я на посту. Веришь?
Пухов кивнул. Да, чужого Романыч заметил бы. Чужой не знает, как подойти к дому незаметно. А вот свой…
— Я баню топить собрался, — сообщил сосед. — Приходи! Чего две топить!
Романычу было под семьдесят, но Николая он держал за своего и разговаривал как с ровней.
— Слушай, Романыч, не одолжишь на пару часиков свой БТР? — подошел Николай. — Мне бы холодильник привезти.
У Романыча был огромный внедорожник с рамным кузовом. Старый, но из тех, что легко даст фору молодым.
— Да легко! — махнул рукой сосед.
Особняки и хаты соединял утлый мостик. Не раз хотели заняться ремонтом, да все никак не могли решить, с кого собирать гроши. «Особняки» считали, что им на другой стороне делать нечего, и скидываться не хотели, хотя мостом пользовались довольно часто, а «хатам» вообще было не до того. Они и по полуразрушенному прекрасно перемещались.
На автомобиле добираться до особняков приходилось через соседнее село и пересекать трассу. Лишних почти двадцать километров. Однако переть двухметровый холодильник на горбу — удовольствие ниже среднего, а если заказывать доставку, придется сидеть на даче дня три. Впрочем, сидеть, судя по всему, все равно придется, так что неплохо что-нибудь разузнать о драгоценностях. Ну не может быть, чтобы Лика была не в курсе.
Припарковать внедорожник Романыча возле самых ворот не получилось, лишь метрах в пятидесяти. Пройдя вдоль глухого забора, Пухов нажал кнопку звонка.
— Назовитесь! — потребовал глухой голос.
— Пухов. За холодильником, — ответил Николай.
Домофон заурчал, пискнул, и калитка, приоткрывшись, выпустила дюжего охранника.
— Анжелика Леонидовна предупредили, только с машиной впустить не смогу.
— Это почему же? — опешил Пухов.
— Было распоряжение насчет одного человека.
— Так что же мне на себе эту бандуру переть? — возмутился Пухов.
— Холодильник на специальной тележке. Легко докатите до ворот, а там я помогу загрузить.
— Машина далеко.
— Ничего, подъедете.
Вот черт! Еще корячиться с холодильником на глазах хозяев!
Он уже жалел, что затеял эту возню, однако вошел внутрь и потопал к дому.
Холодильник выглядел шикарно. Не скажешь, что старый. И чего людям надо?
Пухов уже впрягся в тележку, на которой был закреплен агрегат, как вдруг услышал голоса. В доме спорили двое, и довольно громко. Много ума не требовалось, чтобы понять: собачатся Лика и ее муж Георгий. Жаль, слов не разобрать, но понятно, что тема у них в топе. Уж не о пропавших ли драгоценностях?
К нему никто не вышел, и это тоже о чем-то говорило. Вот только о чем?
Сноровисто подхватив тележку, Пухов докатил ее до ворот, потом с помощью охранника погрузил свое приобретение в кузов. Получилось неплохо. У Романыча даже нашелся брезент, которым Николай прикрыл холодильник.
— Спасибо, браток, — поблагодарил он охранника.
Тот махнул рукой:
— Сочтемся.
Пухов уже собрался отчаливать, как вдруг из ворот выехал белый «Мерседес» и покатил в сторону шоссе.
За рулем была бывшая жена. Его она не заметила. Просто не знала машину Романыча. Это же не «Мерседес»!
Долго размышлять Пухов не стал. Посмотрим, куда она так рванула.
Очень скоро стало ясно, что Лика на всех парах спешит в город. Уж не в полицию ли заявление о краже писать?
Оказалось, не в полицию, а в ресторан. Дома есть нечего?
Кое-как припарковавшись, Лика перебежала дорогу и влетела внутрь. Только пыль столбом. Идти за ней или нет? Заметит же, как пить дать! Не успел Николай на что-то решиться, как из двери заведения выскочили двое: Лика и незнакомый парень. Гадать, кем он приходится его бывшей, долго не пришлось. Первым делом добрый молодец попытался ее обнять и уже выпятил губы для поцелуя. Судя по всему, мальчик не обратил внимания, что дама сердца на взводе. Лика оттолкнула протянутые к ней руки и стала что-то быстро говорить. Пухову не было слышно ни слова, но с каждым мгновением глаза молодого любовника все больше выпучивались и наконец стали похожи на две сливины. Рот при этом открылся.
— Зачем ты спер драгоценности и куда их дел, — перевел Пухов беззвучный монолог.
Похоже, Лика уверена, что ее обокрал любовник, но сам он не в курсе от слова «вообще».
Занятно и непонятно.
Пухов ждал развития событий, но свидание быстро закончилось. Они поговорили еще буквально минуту, затем Лика, испуганно посмотрев по сторонам, подтолкнула любовника к двери, а сама побежала обратно к «Мерседесу». «Боится слежки», — догадался Пухов.
Лика давно укатила, а он все сидел напротив ресторана, пытаясь связать что-то с чем-то.
Итак, у Лики есть любовник, и он бывал в особняке. Что ж ты так неосторожно, Ликуся? На роль грабителя парень подходит идеально, и хотя потрясение от обвинения он изобразил весьма достоверно, реакция могла быть домашней заготовкой. Это первое.
Разумеется, о краже известно Георгию, и, похоже, об измене он тоже догадывается. Впрочем, не факт. Георгий мог обвинить Лику: дескать, разыграла ограбление, а на самом деле драгоценности прикарманила. Полицию вызывать не стали, скорее всего, это инициатива Лики, поэтому подозрение пало на нее. Георгий решил, что женушка собралась его бросить и таким образом собирает капитал для рывка.
Что-то маловато ты на этот раз протянула, дорогая. Всего два года.
Если так, то о любовнике Георгий не догадывается, а знает наверняка. Он далеко не дурак и понимает, что женщина в никуда не уходит. Особенно такая, как Лика. Ей нужна подушка безопасности. Пышная и довольно большая. Добрый молодец из ресторана — типичный альфонс, такого прокормить — денег надо много, вот Лика и стибрила драгоценности.
А что? Годная версия.
В нее укладывается и тот факт, что украденное спрятано в доме Пухова. Лика знает избу как свои пять пальцев, как и то, что в ноябре бывший муж на дачу уже не приезжает, поэтому драгоценности спокойно могут ждать своего часа.
Но тогда почему Лика не удивилась его звонку и предложению забрать холодильник? Должна была напугаться, занервничать, а ей, кажется, было все равно.
Да и грязные следы на полу не ее. У Лики тридцать седьмой.
Кто же влез к нему в дом? Любовник? Тогда только с Ликиной подачи, а это, судя по всему, не так. То, что внутрь можно попасть через окно в кухне, знает лишь тот, кто бывал в доме раньше. И не просто бывал, а часто — настолько, чтобы выяснить тонкости.
Такая возможность, кроме них с Ликой, была лишь у одного человека.
Георгий тогда только купил особняк и делал в нем ремонт, приезжая часто, но без ночевки. Николай столкнулся с ним в местной администрации. Оба оформляли какие-то разрешения. Пока сидели в очереди страждущих, разговорились. Оказалось, Георгий не чужд научной среды: вырос в семье известного академика. Слово за слово, и вот уже наивный Коля приглашает нового знакомого домой. И не просто посидеть, а переночевать. Тому же негде! О том, что Георгий почти сразу стал встречаться с Ликой, он, как и положено мужу, узнал последним. Собственно, не узнал, а ему объявили: так, мол, и так, я полюбила другого, это чувство выше моих сил.
Он тогда тоже стоял со сливами вместо глаз и открытым ртом — совсем как мальчик из ресторана, — такой с ним случился пердимонокль.
Кроме как в их с Ликой доме встречаться им с Георгием было негде. Ремонт в особняке закончился через полгода, и Лика сразу же выпорхнула из гнезда.
Помнится, сначала брошенному мужу очень хотелось уйти в запой или вообще — спиться, но в лаборатории наметился аврал, и о душевных страданиях пришлось забыть. С тех пор Пухов усвоил важную истину: все страдания от безделья. Потом, правда, он не раз удивлялся тому, как легко выбросил неверную жену из головы. Вроде любил, а забыл так, словно они были шапочно знакомы. Со временем, однако, понял и эту странность. Человеческий мозг гораздо умнее самого человека. Мозг осознал, что в эту дверь его больше не впустят, и закрыл ее наглухо. Умница мозг помог своему подопечному.
Теперь Пухов смотрел на Лику как на знакомую, которую приятно встретить, но, стоит распрощаться, желание увидеться снова не возникает.
Получается, драгоценности притащил Георгий. Украл у жены, точнее, у самого себя, приперся к бывшему мужу и сунул ворованное в печку. Вот только зачем ему эта докука?
Тут без ста грамм не разобраться.
Пухов завел мотор и неторопливо, чтоб не растрясти холодильник, поехал домой.
Романыч, видимо, уже давно ждал его появления, потому что не успел Николай подъехать к дому, как сосед выскочил помогать разгрузиться. Возражать Пухов не стал, старик еще крепок и кряжист. Всем бы в семьдесят такого здоровья!
— Давай затаскивать — и в первый пар, — деловито сообщил Романыч, подбираясь к холодильнику.
Вошли они в первый пар, а вышли с последним. Париться Романыч любил и умел, спуску Николаю не давал, и при таком подходе к делу анализировать происходящие события у того не оставалось ни времени, ни сил.
Только через час, когда тело немного остыло и мозг вернулся в нормативное состояние, Пухов налил себе рюмочку коньячку, который оставался в доме, и призадумался.
Итак, в главные подозреваемые вышел Георгий. Гога. Гоша. Нет, все-таки Гога. Так приятнее. Чего он хотел добиться? В чем стратегический замысел?
Вариантов, как ни странно, немало. Обвинить в краже любовника и засадить того далеко и надолго. Этот сценарий лежит на поверхности. Судя по опыту, Лика приводила любовника к себе домой, значит, наследил он немало. Даже неважно, найдут драгоценности или нет. Любовник — самая подходящая кандидатура, и при известных усилиях Гоги другую искать не станут.
Продолжение...

Присоединяйтесь — мы покажем вам много интересного
Присоединяйтесь к ОК, чтобы подписаться на группу и комментировать публикации.
Нет комментариев