Свет в окне

Когда у Лены на кухне погас свет, она позвонила Мише.
— Только не говори, что опять вкрутила лампочку мокрыми руками, — сказал он вместо приветствия.
— Я вообще ничего не трогала.
— Это и настораживает. Сейчас приду.
Они дружили с первого класса. Миша знал, что Лена плачет от злости чаще, чем от обиды, и терпеть не может варёную морковь. Лена знала, что его «всё нормально» иногда означает «посиди со мной, пожалуйста».
Он пришёл через десять минут: с фонариком, отвёрткой и двумя пирожками.
— С капустой? — спросила она.
— Один с картошкой. Но я забыл какой.
Пока Миша возился у щитка, Лена светила ему телефоном. На подоконнике лежало письмо, которое она весь вечер перекладывала с места на место.
— Меня взяли, — сказала она.
Миша перестал крутить отвёртку.
— В мастерскую?
— Да. На год. В Петербург.
— Ты же об этом мечтала.
— Мечтала.
Он посмотрел на неё и улыбнулся.
— Тогда почему говоришь так, будто тебя вызывают к директору?
Лена тоже улыбнулась, но почему-то сразу захотела заплакать.
________________________________________
На вокзал Миша приехал раньше неё. Помог поднять чемодан в вагон, проверил, открывается ли окно, хотя открывать его было нельзя, и положил на стол пакет с едой.
— Там не только пирожки, — предупредил он. — Я способен развиваться.
До отправления оставалось три минуты.
Лена ждала, что он скажет что-нибудь важное. Что-нибудь, после чего можно будет честно признаться: страшно уезжать не из города. Страшно уезжать от него.
Но Миша спросил:
— Зарядку взяла?
— Взяла.
— Ну и хорошо.
Он обнял её неловко, мешая ремнём сумки, и вышел.
Уже за окном Лена увидела, как он сунул руки в карманы. Так он стоял всегда, когда не знал, куда их деть.
Она набрала сообщение: «Ты мог бы попросить меня остаться».
Посмотрела на него. Стерла.
Вместо этого написала: «В пакете шесть бутербродов. Я еду на год, а не в экспедицию».
Ответ пришёл сразу:
«Семь. Один на дне».
________________________________________
Сначала они разговаривали каждый вечер.
Потом у Лены начались срочные заказы, у Миши — ремонт в новой квартире. Иногда они отправляли друг другу только фотографии: смешную вывеску, кривую полку, кота в трамвае.
В ноябре Лена заболела. Ничего серьёзного, но в чужой квартире даже чайник шумел как-то неприветливо.
— Лекарства есть? — спросил Миша по видеосвязи.
— Есть.
— Ела?
— Не начинай.
Он помолчал.
— Поставь телефон на стол.
— Зачем?
— Я тут поужинаю. Ты там. Заодно расскажешь, почему у тебя за спиной сушится носок на настольной лампе.
Лена засмеялась и пошла разогревать суп.
В тот вечер они почти не разговаривали. Миша ел гречку, она — пересоленный бульон. И впервые за весь день ей не было одиноко.
________________________________________
Весной Миша не ответил на звонок. Потом ещё на один.
«Всё нормально», — написал он утром.
Лена позвонила снова.
Оказалось, его отец попал в больницу. Миша говорил спокойно, перечислял обследования, фамилии врачей, часы посещений. Только всё время повторял одно и то же, словно боялся что-нибудь забыть.
Лена купила билет.
Он встретил её на пороге своей квартиры.
— Зачем приехала? У тебя же выставка через неделю.
— Через восемь дней.
— Лен…
— Чайник поставь.
На кухне она достала из сумки хлеб, сыр и яблоки. Миша сел на табуретку и долго смотрел, как она раскладывает продукты.
— Я испугался, — сказал он наконец.
Лена села рядом.
— Знаю.
Он накрыл её руку своей. Она не стала говорить, что всё обязательно будет хорошо. Просто осталась до утра.
________________________________________
Летом её пригласили работать в мастерской постоянно.
Лена вышла после разговора на улицу и позвонила Мише.
— Поздравляю, — сказал он. — Это же здорово.
— Здорово.
— Ты сейчас опять стоишь с таким лицом, будто…
— Миш, подожди.
Она слышала, как на его стороне скрипнул стул.
— Я не хочу, чтобы ты снова спрашивал только про зарядку.
Он молчал.
— Когда я уезжала, — продолжила Лена, — мне казалось: если ты ничего не сказал, значит, для тебя мы просто друзья.
— А мне казалось, если я скажу, ты можешь остаться. И потом пожалеть.
— Ты мог спросить меня.
— Мог.
Мимо неё прошла женщина с огромным букетом сирени. Лена проводила её взглядом, собираясь с духом.
— Я люблю тебя, — сказала она. — И мне очень не хочется из-за этого потерять друга.
Миша тихо выдохнул.
— А я уже год репетирую, как сказать тебе примерно то же самое.
Лена засмеялась, закрыв лицо ладонью.
Потом они долго разговаривали. О работе, о двух городах, о билетах, которые опять подорожали. Ничего не решилось само собой от одного признания. Но теперь можно было хотя бы решать вместе.
________________________________________
В сентябре Миша приехал к ней на две недели — с чемоданом и рабочим ноутбуком. У двери он долго искал в кармане ключ.
Лена наблюдала с лестницы.
— Я же предлагала помочь.
— Я самостоятельный человек.
Ключ нашёлся в пакете с пирожками.
Вечером они поссорились из-за открытого окна, потом помирились, потом обнаружили, что забыли купить чай.
— Сходишь? — спросила Лена.
— Пойдём вместе.
Когда они возвращались из магазина, Лена остановилась у дома и посмотрела наверх. В их кухонном окне горел свет.
— Мы лампу забыли выключить, — сказал Миша.
— Ничего, — ответила она и взяла его за руку. — Сейчас придём.
Продолжение следует