-Федя, богом молю, не лупи ребенка, совсем дурная становится от твоих колотушек!
-Это всё ты потакаешь, совсем от рук отбилась! Где это видано, чтобы такая кобылица с ребятней в грязном озере бултыхалась? Вот поди и сейчас там прохлаждается. Эх, наказание с ней одно!
Мать жалела дочь, родилась последышем, неожиданно, под старость лет первой девчонкой среди старших братьев, что уже разъехались -кто на работу, кто на учебу, никто с родителями не остался, кроме Маришки.
Федор привык с пацанами, с ними по-проще, наказал- они слушают, батьку боятся. Да и у него нет страху за них, как бы не безобразничали, всегда своё место найдут в жизни и невесту себе без труда отыщут, а девке стоит раз оступиться, не угодное обществу натворить, всё, считай порчена репутация, еще сто грехов припишут, ни один приличный парень знамо, не посватается.
И надо же было, на склоне лет такой подарочек — все нервы измотала своими выходками, соседи пальцем показывают, сплетничают, словно в деревне и поговорить не о ком больше.
- Маришка Феофанова вчера слыхали, что учудила? На водокачку забралась оттуда ругательства кричала.
-В моего Витьку подсолнухами с поля кидалась, синяки остались.
-Ох наплачутся еще от неё мать с отцом.
Федор всю жизнь был в почете и уважении, как лучшего механизатора награждали грамотами, совхоз из соседнего села предлагал ему место хорошее, дом обещали двухэтажный, да не пошел из родной деревни, привыкши уже к соседям, местам близким сердцу, но перед своими односельчанами не раз хвастал, мол смотрите какой я замечательный человек !
Хороший семьянин, на добром счету, правильный, и сыновья тоже не оплошали, все трое учились справно, учителя хвалили, не хулиганили особо, отцу помогали, росли послушными, никогда их семью в разговорах не трепали, не полоскали дурным звоном имена.
Правы были бабы, что судачили — подросла Маришка, совсем стала своенравная, бесшабашная. Фигурой налилась, стала дюже видная, лицом красивая, парни заглядываются, а свататься не торопятся, мамки не велят, уж больно бедовая, бестолковая — вместо того, чтобы с порядочными девками рукоделию учится, носится с малышнёй, на рыбалке её видели, и за огородами, ветки старые жгла. Какая из неё невеста?
Федор сначала по вечерам не пускал её из дому, боялся, что попортят девку, характер у неё бесшабашный, да она и сама по ночам не рвалась шастать, больше днем с мальчишками бегала. Замужество её не интересовало, плевалась от этих разговоров и не старалась наряжаться как ровесницы, носила старые братские кальсоны, да залатанные рубахи.
-Катя, ты с дочерью хоть поговори, расскажи что да как. Она видно и не знает, что девкой уродилась. Надо бы найти ей жениха, замуж выдать и вздохнуть спокойно.
-Рано еще, Федя, умом еще совсем ребенок, в шестнадцать лет даже моя бабка еще у мамки жила.
-Ты глянь на неё, как яблочко наливное, небось уже и в мыслях скоро недоброе появится. Специально искать конечно не будем, но коли подвернется, не упустим жениха.
То ли после разговора с матерью, то ли время пришло, а стала Маришка задумчивая, скромная, друзей своих позабыла, у зеркала крутиться начала, платье из сундука достала, начала просится с подругами на вечер, прогуляться, у ворот посидеть.
Федор подивился переменам, дочь свою не узнает — сама кротость и послушание, а одета как, любо дорого поглядеть, даже соседи уже отметили, обсудили тему.
-Вот так, сосед, время пришло, и дочь образумилась. Вчерась иду с поля, навстречу мне Маришка нарядная, глаза опустила, с уважением поприветствовала. А еще недавно пробегала с гоготом, грязными пятками сверкая, еще и словечко ругательское вслед могла кинуть. Глядишь и сосватают так скоро.
Приятно Федору, уже и загордился, не собирается за кого попало выдавать такую прилежную красавицу. А то что в юности шалила, так это же ребенок, какой с него спрос? Сейчас-то совсем другой расклад — вон и с матерью пироги лепит, научилась вышивать, прибирать избу. Днём вся в делах, прямо сердце радуется, а вечерами, как и полагается, с подружками вечера сидит, разговоры девичьи ведет.
Мамка не нарадуется, всю жизнь о дочке мечтала, а тут такая умница-разумница стала, ну и пусть не сразу, ягода тоже не враз сладкая становится, времечко требуется. Да и они с Федорм повлияли — отец в строгости растил, а мать, всё больше разговорами. Хорошие они родители, грамотные.
Вернулся Федор с работ довольный, аж светится.
— Радуйтесь, бабы! Нашел жениха вам богатого, да статного. Уж такой пригожий, что сам бы пошёл за него, да Маришка ему наша приглянулась. Николай, тракторист знатный, давно уже наблюдает за ней, говорит характер у девицы сильный, редкий, по нраву ему. У самого пятистенка только отстроенная, две лошади держит, завидный парень, что ни говори.
Федор беззвучно засмеялся, тихонько сотрясаясь и мотая головой, а Маришка загрустила, в сени выбежала, рукавом слезы утирает. Екатерина успокоила встревоженного мужа, шепотом просила не догонять Маришу.
-Это она от радости, пущай поплачет, всё же в другую семью идти, переживательно, боязно.
Кто же мог подумать, что спустя пару дней, эта тишь да благодать сменится несусветным скандалом в доме Феофановых? Федор бегал с кочергой за дочерью, чуть не плача от негодования, его рыжий чуб растрепался, кепка упала наземь, а жена и Маришка прятались по двору — кто за баней, кто за бочкой с водой, опасаясь тумаков от взбешенного отца и мужа.
А случилось вот что.
Утром, Маришка с матерью лепили пельмени, готовились к ужину. Девушка десять пельменей слепит, один в рот отправляет, почти десяток так умяла. Ну, знамо дело, ей от мяса сырого поплохело, выворачивать стало, еле успела во двор выбежать, желудок опустошить. Мамка принялась ругаться, нравоучения читать.
-Бестолковая ты, Маришка, какой нормальный человек будет сырое мясо жевать? А вчерась я видела, как ты яблоки зеленые уплетала, как не в себя, конечно тута живот скрутит.
-Ну охота мне, прямо зубы сводит, жалко тебе что ли? И платья мне стали малы, надо бы новое пошить.
-Как раз есть отрез ситца у меня, пошли мерки сниму, к медовому спасу готово будет. Там глядишь и посватают тебя.
Стала Екатерина измерять веревкой мерной телеса дочери, так и присела, зажав рот рукой, на живот уставилась, глазам своим никак не поверит.
-Маришка, ты чего натворила, балда?
-Что не так? Немного в весе набрала, чего тут худого? Жених ваш спасибо скажет за ладную невестушку.
Сказала это обиженно, насупясь.
- За что спасибо-то? За приплод готовенький? Ты с кем спуталась, дурища?
-Как прознала? Вон оно что… А еще думаю, чего это мне худо по утрам, вот значит в чем дело… А с кем спуталась, тот пропал, не является мне больше. Обещал в жены взять, да видно наврал с три короба, пропал молодчик.
-Когда же успела столько дел переделать, ума не приложу!
-Дело нехитрое...Шла на вечера с соседками, а сама к Матвею убегала. Он красивый, до жути, черноволосый, кареглазый, смуглый, а речи так и льются, никто бы не устоял.
-Вот остолопка безвольная! Как отцу сказать теперича? Прибьет же нас обоих! Как бы из дому не выгнал, ох грехи мои тяжкие, только жизни порадовалась, как людям в глаза смотреть, позор какой!
Катерина запричитала, зарыдала, а вечером вернулся Федор, задал знатную трепку, огрел каждую, досталось и жене и Маришке, потом в сердцах закинул кочергу куда подальше, сел на крыльцо и пустил пару скупых, мужских слез. Обидно было вдвойне, только стало спокойно в доме, благостно, ждали сватов уважаемых и тут такое горе!
-Катька, посчитай по датам, может поторопим свадьбу, под шумок устроим всё, мол семимесячный родился, а?
Он с надеждой посмотрел на жену, а та потирая ушибленное место, скорчила гримасу.
-Уууу, и не думай даже, там уже рожать через месяца четыре, не скроешь. Срок такой, что даже за Илюшу-дурачка, прости Господи, уже не выдашь, и тот поймет.
Федор отправился в село, где Матвей, негодник проживал, да тот в отказ пошел, сказал «Ваша Маришка не только со мной гуляла, а на меня решили повесить! Не подходил и близко к ней, за клевету вас на суд отправлю, народный. Все помнят дочурку вашу, заровала с детства!» И зло так, черными глазищами на Федора зыркает, смуглый как черт.
«И чем только завлек дурёху!»
Вернулся домой, словно оплеванный, нарочно шел огородами, чтобы на люди не попасться, думал как быть теперь. Маришку убить готов был, с глаз долой куда подальше отправить. Зашел в избу мрачнее тучи, жену подозвал и на ухо свой план рассказал.
-Катерина, собирай Маришу, пусть едет к брату моему в город, ничего лишнего не болтай. Там разрешиться от бремени, выродка оставит, а сама вернется не опозоренная, соседям и сватам скажем что учится отправили девицу наукам всяким. Как рожать будет, поедешь, заплатишь всё что есть у нас, еще телку продадим, добавим, подговоришь акушерку, пусть Марише скажет, что померло дитё. Так, глядишь и честь не запятнанную удастся сохранить.
Пришел срок рожать Марише, Катерина уже неделю жила с ней, караулила. Доктора подговорила, денег отсыпала, мяса привезла, яиц полный таз. Разродилась Мариша, ребеночка унесли скорее.
-Надо его осмотреть, проверить всё ли как полагается.
Чуть позже зашла акушерка, глаза грустные сделала, сообщила молодой мамаше тяжелую весть. На душе было не сладко, но дело поправляли мысли о хорошем куше, выгодной сделке.
-Дайте хоть обнять поглядеть на ребенка, прижать к себе на прощание.
-Не стоит, дорогуша, сказано тебе помер, а ты молода еще, народишь себе кучу.
Врач задумалась, как представила сколько пирогов с мясом напечет, да яиц наварит, а потом еще на ярмарку пойдет, новую шубу себе да детям справит, да чуть не упала от того, что Мариша на неё, словно кошка набросилась, в волосы вцепилась, дерет без жалости.
Катерина как увидела, что дочь вытворяет, видно горячка послеродовая началась, кинулась спасать врачиху. Мариша замахнулась на мать, взяла бутыль что у кровати стояла кинула в неё, весь её характер боевой обратно вернулся.
-Кикиморы болотные, я вас сейчас голыми руками обоих придушу, отдайте моего ребенка, не доводите до греха! До главного вашего дойду, если надо и в город поеду, всем сообщу, закроют вашу больницу!
Акушерка смотрела на испуганную Катерину, сомневалась, но когда Мариша разбила еще одну бутыль и стала осколками перед ней размахивать, выскочила из палаты, принесла сына Маришкиного.
-Мы так не договаривались! Нам проблем еще не хватало!
Катерина понуро глядела на дочь, заикнулась про честь, про то что отец выгонит обоих, не пустит в дом, мол надо оставить приплод, да еле увернулась от запущенного в неё осколка.
-Пошла вон, мегера, и своему мухомору рыжему скажи, чтобы подавился своим домом. А коли явится с мыслями дурными, я сама его кочергой поколочу! Внука своего не признали, ироды!
Мариша, взглянув на сына сразу умилилась, бережно взяла на руки, приложила к груди и с невероятной любовью смотрела как жадно он пьет молоко причмокивая губками.
-Никитка, сынок мой! Не бойся, я тебя в обиду не дам!
Дед с бабкой, в день выписки стояли у ворот, опасливо поглядывая на дочь с ребенком, боялись подойти. Мариша сделала вид, что не видит их, ушла вперед, потом резко остановилась.
-Чего встали? Кто внука домой повезёт?
Федор с глуповатым выражением лица кинулся первее Катерины, опасливо взял кулек с внуком, откинул пеленку и не смог сдержать слез — на него смотрел белокожий мальчуган, голубыми глазками, а из под пеленки пробивались рыжие волосята.
-Мать, гляди-ка, это же мой внук! Копия -я!
-А я тебе сразу сказала, твоя порода, крепкий мужичок будет, с характером!
А Николай, тракторист, всё же посватался к Маришке, характер, говорит - уух, какой, аж сердце в пятки уходит!
Дорогие читатели, если вам понравился рассказ, поделитесь им, пожалуйста, с друзьями, так его прочитает больше читателей. Спасибо вам большое за ваше участие и за классы!
Приглашаю подписаться на мою группу по ссылке
https://ok.ru/group/70000003818103 . Так вы не пропустите новые публикации)
Нет комментариев