МИХАЙЛОВКА
(из воспоминаний жительницы деревни Маркеловой Нины Александровны, запись на тетрадных листочках)
«Наша деревня Михайловка начала строиться в 1911-1912 годах. В глухом лесу вырубали лес и строили дома. Первым строительство начал Кулябин Михаил, поэтому и деревню назвали “Михайловка”. Мой свекор тоже был в числе первых. Где-то был колодец. Свекровь пошла, чтоб воды набрать, и заблудилась. Вышла в Борзикову. Вот такой сплошной, густой лес был, полей еще не было.
Строились каждый для себя как единоличники, организаций никаких не было. Потом постепенно начали собираться вроде бригады. Хотя были свои хозяйства, но решили все же бригаду организовать, а потом колхоз. Задумали строить конный двор, хотя было жалко сдавать скотину. Конный двор был у нас на задах, и свекор мой был конюхом. Начали работать все для себя: поля разрабатывать, сеять и получать зерно, и получилось у них общее хозяйство. Очень трудно было, но куда денешься. А потом стали кругом поля. В Трошковой земли не хватало, так разрабатывали у нас в Михайловке Шахтарин Иван Иванович и Шахтарин Иван Павлович, как звали Иван-король.А жить даже у нас жили хорошо, уже построена была баня, амбар и всем места хватало. Лес весь шел на строительство, а корни корчевали, делали смоляную печку и гнали смолу. Она очень нужна была на строительство. Строили не так, как сейчас. Окладники просмолят, дак веку нет домам-то. А сейчас из сердевины сложат, даже паклю-то не везде положат, лишь бы с рук сошло. Организовали колхоз всеми силами.
Молодежь подросла. Только у нас в семье было 9 детей (раньше-то детей не выкидывали). Свекор мой был австриец. Их потом начали забирать и у нас его забрали и ни звука, как камень в воду. Был между Зубковой и Трошковой поселок “Красные Орлы” по 8 дворов. Ну и на поселок вернулся дед, как-то отпустили его оттуда, сам удивлялся: «Видно, умирать». Дак к нему издалека приезжали, спрашивали, куда их угнали. Он рассказывал: «…есть такой город Комсомольск-на-Амуре, там железная дорога была на наших костях. Землю поднимали, клали шпалы, рельсы, кто концы отдаст (умрет) - туда же прикладывали и шли дальше. Вот такой был приказ Сталина».
К нам в колхоз начали приезжать уполномоченные на уборку. Один раз Коршунов Ф. сидит с мужиками, разговаривают. А он был в плену в Германии в Первую мировую войну. А там люди жили лучше, ну он и сказал: «Было бы у нас так, как в Германии». Уполномоченный услыхал и донес на него. Приехали, забрали, дали 10 лет за эти слова, и он отсидел все 10 лет.
Когда я вышла замуж в 1947 году, тут уже был колхоз, потом совхоз. Работа шла хорошо. Работали, не ленились, безработицу вообще не знали. Привозили рабочих с Юшалы, Свердловска и свои, и стар, и мал работали: пололи поля от сорняков, сажали картошку под лопатку, окучивали, копали вручную. Работы было очень много. Покос, уборка – это все надо делать вручную, не как сейчас. Гребли грабельцами на конях, возили волокуши, мужички метали в зарод, а то и бабы не откажутся. На конный двор собирались, ехали с песнями в поле, наработались, сели на телеги домой ехать и опять: «Ну, запевай!». А на обед собирали хлеб, какой есть и, если кто свеклу сварит, бутылку молока. За любу душу съешь, наработаешься, дак все вкусно. Неделю проработаешь - составят ведомость муку давать. Сходишь на склад, получишь и в Гурину везут молоть на муку. Пеки хлебушко.
А сейчас ничего делать не хотят, только гулять да пить, так где же будет жизнь хорошая?»
Благодарим музей Двинской СОШ № 28 (с. Трошково) в лице его заведующей - Галины Косковой (Кокшаровой) за нахождение, набор текста и разрешение опубликовать материал.
Комментарии 2