Олег Герасимов

Гроб закрыли наглухо и везли в Петербург полтора месяца — а перед погребением открывать его не велели. Александр I, тот самый император, что в 1814-м въехал в покорённый Париж на белом коне, умер в Таганроге осенью 1825-го, и тело его никто из родни почти не видел. Ему было сорок семь. А через одиннадцать лет в Сибири объявился странный старик, который знал придворный этикет, говорил по-французски и сжигал каждую бумагу, на которой писал. Победитель Наполеона. Тот, кого Европа называла Благословенным. Человек, у которого было всё — корона, слава, обожание целого континента. И именно он то ли умер от лихорадки в провинциальном приморском доме, то ли тихо ушёл из своей собственной жизни. Эту загадку в России не могут закрыть двести лет. Он рос между бабкой и отцом, и это его сломало раньше, чем он успел повзрослеть. Екатерина II забрала внука почти от колыбели, растила сама, готовила в наследники в обход родного сына — будущего императора Павла. И маленький Александр научился жить на д