— Ты хочешь стать писательницей? — спокойно спросил Дмитрий, когда жена поделилась с ним своими планами.
— Очень! — восторженно ответила Виолетта. — Уже давно. Всё откладывала, откладывала. Ждала чего-то. А недавно поняла. Чего ждать? У меня множество идей. Мне есть что рассказать людям. Зачем же откладывать? Правильно?
— И поэтому уходишь с работы?
— Совмещать не получится. Я уже думала об этом.
«Она точно повредилась рассудком, — подумал Дмитрий. — Сорок лет! Трое детей. Старший недавно женился. Средний — в институте. Младший в последний класс пошёл. Впору жизненные итоги подводить и готовиться к заслуженному отдыху, а она писательницей стать решила. И ладно бы если только это! Так она ещё и работу хочет бросить! Собралась лишить семью дополнительных ста тысяч в месяц! Смешнее ничего придумать не могла».
Но Дмитрий — человек сдержанный. Он, как никто, умеет скрывать чувства. И, конечно же, вслух он ничего этого не сказал.
«Зачем ей знать моё истинное отношение к её нездоровым фантазиям? — подумал он. — Не надо. В лучшем случае она обидится. А в худшем — назло мне сделает по-своему. Здесь следует действовать хитро. Осторожно. Я бы даже сказал, аккуратно».
— Ты всё решила правильно, — Дмитрий ласково улыбнулся и погладил Виолетту по руке. — Жизнь ведь для того и даётся нам, чтобы воплощать свои мечты. И я очень рад, любимая, что тебе есть что рассказать людям.
«А то без тебя им мало говорят, — злобно думал он при этом. — Тебя вот только им и не хватало. Без твоих слов им просто не обойтись. Писательница! Господи, куда катится этот мир. Уже столько всего написано, а они всё пишут и пишут, пишут и пишут. Зачем? И кому это надо?»
— Ты правда так думаешь? — обрадовалась Виолетта. — Знаешь, я так рада. Я боялась, что ты не одобришь.
— Почему? — искренне удивился Дмитрий.
— Я опасалась, что ты станешь переживать. Ведь наш семейный доход уменьшится. Думала, будешь меня отговаривать. Ведь неизвестно, когда я ещё стану зарабатывать как писательница. Но, чтобы ты знал, Дима, я уверена: у меня получится. Может, не сразу, но получится.
«Ничего у тебя не получится, глупая, — думал Дмитрий. — А мне после краснеть за тебя? Куда ты вообще лезешь? Писательницей она решила стать. Интересно, а чтобы она сказала, если бы я заявил подобное?»
— Я верю в тебя, любимая, — сказал Дмитрий. — И я всё сделаю, чтобы ты стала великой писательницей.
— Ты даже не представляешь, Дима, как я счастлива, что ты так думаешь. Ты — самый лучший муж.
— Не преувеличивай. Я — самый обыкновенный. И таких, как я, десятки. Может, даже сотни на нашей планете. Это ты — чудо!
— Я? Почему?
— Как почему? А если бы я пришёл к тебе и сказал, что бросаю свою высокооплачиваемую работу, потому что хочу стать, например, художником или композитором. Ты согласилась бы?
— Конечно! Я очень бы этому обрадовалась.
— Вот видишь. Я же говорю, что ты — чудо.
— А ты хочешь стать художником или композитором? — серьёзно спросила Виолетта.
— Нет, конечно. Это я так. Для примера.
— А что денег станет меньше, ты не волнуйся.
— Да я и не волнуюсь.
— И правильно делаешь. Нам хватит. Обещаю, что на меня нам вообще ничего не придётся тратить. Я буду отказывать себе во всём, пока не начну зарабатывать. А когда я стану писательницей, я буду зарабатывать намного больше, чем сейчас.
«М-да, — думал при этом Дмитрий, — а здесь всё намного серьёзнее, чем казалось в начале».
— О чём ты говоришь, любимая, — ответил Дмитрий. — Какие деньги? Когда речь идёт о твоей мечте. Даже если ты ничего не будешь зарабатывать — это не имеет значения. Главное, что ты воплотишь в реальность свою мечту. Правильно? Кстати, а ты уже уволилась с работы?
— Вчера заявление написала. Но две недели надо отработать.
— Вот и отрабатывай спокойно две недели, а о деньгах не беспокойся. Ведь у тебя есть я. Моей зарплаты нам хватит. Станем жить скромнее.
«Я знаю, как всё исправить, — думал Дмитрий. — Ты забудешь о своей мечте, как о кошмарном сне. Потому что с тобой поговорит Альбина. Она сумеет тебя переубедить. И ты заберёшь обратно заявление об уходе.
В мои планы ты не входишь как писательница. А твои мечты меня вообще мало волнуют. Тебе двадцать лет до пенсии. И я хочу, чтобы эти двадцать лет прошли без сюрпризов. Потому что если двадцать умножить на двенадцать и на твою зарплату, то получится серьёзная цифра.
Не разочаровывай меня, любимая. Я этого не люблю. А писателем можно быть и в свободное от работы время. Пиши сколько душе угодно. Слова не скажу».
***
И в тот же день Дмитрий позвонил Альбине.
— Надо встретиться, — сказал он.
— Вот уже пять лет, милый, мы встречаемся по вторникам, — сухо ответила Альбина. — А сегодня — пятница. Потерпи.
— Не могу терпеть, — ответил Дмитрий. — Я слишком взволнован. Мне необходимо тебя увидеть.
— Что-то серьёзное случилось? — спросила Альбина.
— Да. Случилось! Но... Это не телефонный разговор. Я хочу видеть твои глаза, Альбина. Я должен быть рядом с тобой. Прямо сейчас.
— Хорошо. Приезжай сейчас. Но знай. Ты отвлекаешь меня от работы. Я сейчас заканчиваю роман, который пишу уже пять лет. Если бы ты знал, любимый, какое это напряжение! Не было ни дня, чтобы я...
— Да знаю я всё! — не выдержал и повысил голос Дмитрий. — Не забывай, что эти пять лет я был с тобой рядом.
— Ах да, — вспомнила Альбина.
Прошло два часа, как Дмитрий приехал к Альбине.
— Мне пора, — сказал Дмитрий, начиная одеваться. — У меня ещё уйма дел. Да и на работу неплохо было бы заглянуть.
— Ты так и не сказал, зачем приезжал, — напомнила Альбина.
Дмитрий с удивлением посмотрел на Альбину, которая оставалась под одеялом.
— Что я хотел сказать? — спросил он.
— Не знаю. Что-то важное. Но по телефону не решился. Глаза хотел мои видеть.
— Точно. Хотел. Ты представляешь, Альбиночка, моя жена решила бросить работу. Писательницей хочет стать. Как ты.
— Как я? — удивилась Альбина. — Но это просто смешно. Я посвятила этому всю жизнь. А она? На что надеется? Думает, это так просто?
— По-моему, она вообще ни о чём не думает. Поговори с ней?
— Я?
— Ну а кто? Меня она не послушает. А ты у нас известная писательница. Расскажи ей, как это трудно. Пусть она узнает, что стоит за этим трудом. Убеди её в том, что у неё ничего не получится.
— Ты читал какие-нибудь её работы?
— Боже упаси. О чём ты? Я вообще книг не читаю, ты же знаешь.
— Может, она действительно талантливая?
— Кто? Моя жена? Талантливая? Не смеши меня. С какой стати?
— Ну, мало ли.
— Да я бы знал. Она самая обыкновенная серая мышь. Которая не ценит того, что имеет. Ей платят такие деньги на её работе, а она хочет всё бросить. Ей, видите ли, есть что сказать людям. Ты слышала что-то глупее?
— Мне приходилось слышать и не такое.
— В любом случае, Альбина, ты понимаешь, чем это для тебя опасно? Ведь если она уйдёт с работы, то все расходы лягут на меня. А значит, ты останешься без подарков. И этим летом мы с тобой никуда не поедем.
Но даже если допустить невозможное и признать, что она способна прыгнуть выше головы, — это не выход. Когда ещё она начнёт зарабатывать на своём таланте! Неизвестно. Да и начнёт ли вообще. Понимаешь? Ты вон свои романы по пять лет пишешь. Поговори с ней. Убеди отказаться. Очень тебя прошу.
— Ну хорошо, хорошо. Я поговорю с твоей женой. Устрой нам встречу.
***
Вечером Дмитрий разговаривал с Виолеттой.
— Ты должна поговорить с одной известной современной писательницей, — сказал он. — Я договорился и устроил тебе с ней встречу.
— Какой ещё писательницей? — не поняла Виолетта.
Дмитрий рассказал, кого он имеет в виду.
— Не хочу.
— Почему?
— А зачем?
— Она бы тебе рассказала много интересного о жизни профессионального писателя. Поделилась бы опытом. Мне кажется, тебе это было бы полезно.
— Не думаю, — ответила Виолетта. — Чужой опыт ничему не учит. Тем более, я даже не знаю её.
— Как не знаешь?
— Вот так.
— Но она очень известная писательница.
— И что? Я должна их всех знать, что ли?
— Нет, но я был уверен, что…
— Я не читала её книг, Дима. О чём мне с ней разговаривать?
— Так прочитай.
— Не хочу. У меня в плане совсем другие авторы.
— Вот как? — разочарованно произнёс Дмитрий. — А я уже договорился именно с ней. И это было не так просто. Через знакомых. Уговаривал.
— Зачем ты её уговаривал?
— Думал, так лучше для тебя. Получается, напрасно только человека потревожил. Она будет ждать тебя завтра в кафе. И если ты не придёшь... Что обо мне люди подумают? Скажут, что я несерьёзный человек. Может, ты всё же поговоришь с ней?
— Ну хорошо, — согласилась Виолетта. — Раз уж ты договорился.
***
Они встретились в кафе.
— Мы с вами говорим уже больше часа, — сказала Альбина, — а у меня такое впечатление, что вы меня не слышите.
«Как только Дима с ней живёт? — думала она. — Упрямая, вредная баба. Я ей — про Фому, а она мне — про Ерёму. Ещё писательницей стать хочешь. Какая же ты писательница, если советов не слушаешь».
— У вас чудная работа, — продолжала накручивать собеседницу Альбина. — Вас там ценят, уважают. Платят такие огромные деньги! А вы хотите в одночасье это всё взять и разрушить. Или вы думаете, что вас станут уважать как писательницу? Ха-ха. Вы глубоко ошибаетесь.
— Я устала вам объяснять, Альбина. Я хочу быть писательницей. Что здесь непонятного?
— Но вы не сможете зарабатывать этим трудом столько же, сколько зарабатываете сейчас.
— И что? Ну не смогу заработать, значит, не смогу. Вам-то что за печаль? Не смогу, и плевать на это. Зато скажу людям всё, что думаю.
«Ну ты посмотри на неё, — думала Альбина, — ни стыда ни совести. У неё на руках муж и трое детей, а ей плевать. Она собирается сказать людям всё, что думает».
— А кроме того! — продолжала Виолетта. — Почему вы так уверены, что я не заработаю на этом денег? Я уверена, что смогу заработать. И намного больше, чем зарабатываю сейчас. Вот вы сколько зарабатываете?
«Наглая, вредная, упрямая, — думала Альбина, — собралась лишить меня летнего отдыха. Как после всего этого она смеет задавать мне подобные вопросы?»
— Я — другое дело. Я — писательница с многолетним стажем. У меня наработанные связи. Меня везде знают. Я шла к этому долгие годы. Меня знают во многих издательствах.
— Это было раньше. Сейчас всё по-другому. Сейчас интернет рулит. А ваши издательства мне вообще не интересны. Издательства — это вчерашний день.
— Издательства — вчерашний день? — испуганно переспросила Альбина.
— Конечно, вчерашний. Как и союзы писателей.
— Вы знаете, что над своим последним романом я трудилась долгих пять лет, — продолжала говорить о своей трудной жизни Альбина. — И над каждым своим романом, а их у меня пять, я трудилась не менее пяти лет. Пять лет, Виолетта! Вдумайтесь в эту цифру. Пять!
«Да хоть десять, — думала Виолетта, — или двадцать. Трудись ты сколько хочешь. Может, у тебя манера такая — всё делать долго. Я-то здесь при чём. Странная женщина.
Такое впечатление, что она лично заинтересована в том, чтобы я не стала писательницей. И встретилась она со мной, только чтобы отговорить меня. Надо с ней аккуратнее себя вести. А то вон она уже злиться начинает. Кто её знает.
Может, великие писательницы — именно такие? И я тоже такой стану? А что. Всё может быть. Стану известной. И в каждой будущей писательнице стану видеть свою конкурентку. И тогда, конечно, я всех потенциальных конкурентов начну отговаривать. На всякий случай».
А Альбина продолжала говорить о тяжёлом хлебе писателя. Она приводила множество примеров из жизни других известных писателей, которые в изнурительной борьбе с издательствами вынуждены были еле-еле сводить концы с концами. И в результате навыдумывала такого, чего и не было никогда в действительности.
«Это ничего, что всё мною сказанное не соответствует действительности, — думала Альбина, — Виолетта всё равно не проверит мои слова. А для меня главное сейчас — отговорить её становиться на этот путь».
И Виолетта не выдержала.
— Вы меня уговорили, Альбина, — уверенно заявила она. — Я отказываюсь становиться писательницей.
«Лишь бы закончить поскорее этот бессмысленный разговор, — думала Виолетта. — Пусть думает, что её слова дошли до меня».
— Вы серьёзно?
— Серьёзно.
— Вы даже себе не представляете, Виолетта, как сейчас обрадовали меня. Теперь я могу спать спокойно.
— Спите спокойно, — сказала Виолетта, попрощалась и ушла из кафе.
Когда Виолетта ушла, Альбина тут же позвонила Дмитрию и обрадовала его.
— Это было не так просто, но я её уговорила.
— Я тебя обожаю, — ответил Дмитрий. — С меня — подарок.
А вечером за ужином Виолетта сказала мужу, что после разговора с Альбиной её желание стать писательницей стало ещё сильнее.
— Как сильнее? — испуганно спросил Дмитрий.
— Эта женщина обладает невероятной способностью мотивировать. Поговорив с ней всего каких-то полтора часа, я поняла, что стою на верном пути. Моя вера в собственные силы стала во много раз больше. Спасибо тебе, любимый, что свёл меня с этой женщиной.
Дмитрий понял, что переубедить жену не удалось, и смирился.
А вскоре вышел последний роман Альбины «Упрямая жена». И Виолетта решила прочитать его. А когда дочитала, это было в среду, всё сразу поняла. Состоялся серьёзный разговор с мужем.
— У тебя, оказывается, с Альбиной роман?! Уже пять лет!
— Вздор, — испуганно недоумевал Дмитрий. — С чего ты взяла?
— Альбина сама мне сказала.
— Когда? И что она могла тебе рассказать?
— Сегодня и рассказала. Тебя интересуют подробности?
— Хотелось бы услышать.
— Изволь.
И Виолетта рассказала, как Альбина и Дмитрий познакомились, как они встречались и как всё это время жили. Со всеми подробностями.
— Достаточно?
— Вполне.
— Может, ещё что-нибудь добавить?
— Не надо.
— Тогда пошёл вон!
***
— Зачем ты ей всё рассказала?! — кричал Дмитрий в телефон, когда вышел из подъезда с вещами. — Кто тебя за язык тянул?
— Я ничего не рассказывала, — оправдывалась Альбина. — Клянусь.
— Не рассказывала? — орал Дмитрий.
— Нет.
— Тогда откуда ей всё известно? Абсолютно всё! Со всеми подробностями.
— Понятия не имею. Наверное, она всё это время следила за нами. Или наняла кого-нибудь.
— Теперь это не имеет значения. Меня выгнали из дома. Мы разводимся.
— Мне очень жаль. Я жду тебя во вторник, — сказала Альбина и отключила телефон.
А через два года после развода и раздела имущества Виолетта зарабатывала как интернет-писательница в два раза больше, чем на своей прежней работе.
Автор рассказа:
Михаил Лекс © Благодарю за обратную связь и до встречи в новых рассказах,
#МихаилЛекс #РассказыДзен_mleks #рассказы #семейныеотношения #взрослыедети #квартира #житейскиеистории
Комментарии 17