Бумажный Слон

Алессия, бросив быстрый взгляд на Маттео, курившего у окна, достала из алюминиевого тазика бежевую сорочку и отжала ее до шелкового треска, вложив в ладони всю свою злость. Словно хотела наказать сорочку. За то, что, еще в прошлой жизни, та, повиснув на острых плечах Алессии, терлась о пружинистую грудь Маттео. И за то, что эта сорочка и сейчас вместе с ним, молча упрекая Алессию: «А ты что же?» Алессия и Маттео так договорились. Если она вешает на веревку бежевую ночнушку – все в порядке, встреча будет, если красную – отмена, или опасность. Алессия, сжав бежевую сорочку в кулаке, с силой шлепнула кружевным подолом о ладонь второй руки. За то, что эта лживая сорочка сейчас окажется такой же тварью, как и она. Алессия вздрогнула от детского визга, тяжело вздохнула, села на лавочку и стала вспоминать. Как Вито Кальдарези еще ребенком забрал ее из бродячего цирка. Он пришел на представление со своей дочкой Мартой, лениво достающей попкорн из шуршащего пакета. Алессия тогда стояла у сцены

Привет! Я Настя. Мне скоро тридцать три. У меня любящий муж, двое сыновей — шести и восьми лет, папа и младшая сестра. Ещё совсем недавно я была зациклена на тяжком бремени старшей женщины рода. Так бы гордо и несла свой крест и, наверное, к годам сорока надорвалась, обзавелась нервным тиком и лишним весом. Но у жизни на меня были другие планы. — Пап, ты чего такой задумчивый? Случилось что-то? — Да нет. Всё в порядке. Помнишь, в «Алхимике» продавец хрусталя желал только мечтать о Мекке? Он представлял, как пересечёт пустыню, как придёт на площадь, где стоит священный камень, семь раз обойдёт вокруг и лишь потом прикоснётся к нему… Но не двигался с места, потому что боялся, что его постигнет ужасное разочарование… Мама тоже мечтала… О Париже. Она перед уходом сожалела, что вместо всех процедур и химиотерапий не махнули во Францию, пока силы были. — И? — Я больше не боюсь. — Поясни. — Не боюсь разочарований. Пойду на Камино. — Дело только в разочарованиях? А рубцы на сердце после двух и

- Ритуля, что с тобой? – глухой голос раздается у меня над ухом. Не реагирую. Я пришла на работу, сижу в ординаторской и не понимаю, как жить дальше. Что делать, куда идти. Единственная отрада – работа, куда я и пришла. Нанять адвоката, чтобы бороться с мужем нужны деньги, которых у меня нет, потому что Озеров обнулил наш общий семейный счет, к которому у меня был доступ. Остается одно, подать заявление в полицию в отдел по борьбе с экономическими преступлениями, обвинить Влад в мошенничестве. Взяв у меня генеральную доверенность, он продал компанию и дом. Теперь у меня ничего нет. - Что?.. - Тебе плохо? – на меня заботливо смотрят глаза Майи Михайловны. - Всё хорошо, - отвечаю убитым голосом. Встаю. Хочу уйти, сейчас то самое время, когда в ординаторскую стекаются врачи перед началом рабочей смены. И я не желаю, чтобы все разглядывали мое лицо, опухшие глаза от слез, которые я лила всю ночь, и искусанные губы. Надо сбежать, спрятаться у себя в кабинете. Так будет лучше для всех. Доста

— Вы пришли сюда, чтобы допрашивать меня по поводу прорыва на ГЭС? — тощий, неимоверно заросший мужчина, на вид лет пятидесяти, сидел на табуретке посреди комнаты и корчил гримасы, щурился, словно усиленно пытаясь рассмотреть стоящего перед ним. — И про аварию в том числе, — ответил молодой человек с короткой стрижкой, присаживаясь на деревянный стул напротив бородача. — Ведь я всё уже рассказал вашим, милицейским, — буквально взвыл мужчина. — Я ни в чём не виноват, я был тогда ребёнком, мальчиком. Скажите, товарищ капитан, сколько уже можно истязать человека?! — он вдруг быстрым движением закусил свой кулак, словно наказывая себя за излишнюю разговорчивость. — Я никакой не капитан, и вас тут никто не истязает, Алексей Сергеевич, поверьте мне. Бородач демонстративно расхохотался: — Да? А что тогда вот это такое? — он указал пальцем на плинтус в углу комнаты. — Как вы это объясните? Даже здесь — отверстия для быстрого наполнения комнаты водой! Пытки кратковременным утоплением. Думаете,

Это был один из тех чудесных вечеров накануне Нового года, когда до праздничной ночи оставалось совсем немного. Город, как обычно, внезапно захваченный зимой, отчаянно барахтался в сугробах ногами и колесами, скользил, падал, чертыхался, сталкивался бамперами и боками, проклинал коммунальные службы и судьбу, но все же радовался этому чуду: великолепным огромным хлопьям, валившим с неба не переставая уже четвертые сутки. Четыре дня и четыре ночи практически непрерывного снегопада, превратили унылый и грязный Большой Город в сказочный сад. Крыши домов, встретившие первыми волшебное прикосновение зимнего неба, были покрыты толстым слоем снега, и напоминали верхушки пасхальных куличей. Деревья, совсем недавно черными растопырками веток беспомощно взывающие к небу, оделись в нежнейшие белые кружева и затихли довольные, и красивые. Уличные фонари примеряли на свои головы кокетливые белые шляпки, и светили из под них теплым желтым на тротуары и проезжую часть, на которых тысячи уставших ног и

Я стою у машины и тяну время так отчаянно, будто если задержусь ещё на минуту, вселенная передумает и вернёт меня в мою однушку. – Подожди, – спохватившись вспоминаю про сына. – А… как же Дима? – Дима уже здесь, – отвечает спокойно Марк, будто этот вопрос был у него в списке заранее. – В своей комнате. – В… своей? – В своей, – подтверждает он невозмутимо. – У него теперь есть комната. Меня одновременно накрывает облегчением и раздражением. – Ты… ты его сюда привёз без меня? – Я его привёз с тобой, – спокойно поправляет Марк. – Просто мы задржались на приёме, а парнь закончил раньше нас. Я открываю рот, чтобы возмутиться, но он продолжает: – Там есть всё, о чём обычно мечтают парни в пятнадцать. Консоль. Спутниковое. Музыка. Нормальный стол. И… – Князев чуть приподнимает бровь, – судя по его выражению лица, он абсолютно счастлив. – А я нет! – вспыхиваю спичкой. – Я мать вообще-то! И я должна все знать заранее. Марк даже бровью не ведет. – Тогда информирую. Заранее. Дима просил передать,

Пак Дон-Ин вышел из дома лишь поздним вечером, когда улицы практически опустели. Воздух наполнился свежестью, не оставив следов дневной жары и влажности. Он поднялся по ступенькам к небольшому мосту, протянувшемуся через шумную дорогу, перешел его неспешным шагом и очутился на бульваре, освещенном невысокими сутулыми фонарями. Посмотрев на часы и поняв, что времени до сна у него достаточно, Пак решил тут задержаться. Он прекрасно понимал, что раньше заснуть ему не удастся от переполнявших его впечатлений. Пак Дон-Ин перебрался в Сеул утром того же дня, покинув родной дом в маленьком спальном районе Инчхона. Он договорился с хозяйкой трехкомнатной квартиры недалеко от Хонгик, с которой была знакома его покойная мама, о том, что снимет у нее пустующую комнату. Жилье было скромным. Хозяйка занимала большую комнату, среднюю — ее дочь. Самую маленькую комнату отдали Паку. Сначала ему предложили комнату дочери, но он вежливо отказался — денег было в обрез. Прогуливаясь вдоль бульвара, он дал

#ВажноеБумажное: Базы данных Продолжаю работу над восстановлением сайта. Расскажу, что удалось сделать и какие планы на ближайшее время. 1. Базы данных Уже удалось найти и проверить резервную копию базы данных сайта за апрель 2023 года. Кроме того, в личном кабинете Beget неожиданно появилась база данных объёмом около 19 ГБ. Пока не знаю, что именно в ней содержится. База отображается, но доступ к её содержимому пока закрыт. Надеюсь, что это хороший знак. Сам Beget тем временем продолжает восстановление и выгрузку резервных копий. 2. Восстановление публикаций Сейчас запускаю одновременно три парсера, которые собирают сохранившиеся публикации и страницы «Бумажного Слона» из разных источников: - Веб-архив (Wayback Machine) - Google Search Console - Яндекс Дзен Сохранено уже более 20 000 страниц. Задача — собрать и сохранить как можно больше материалов, чтобы впоследствии вернуть их на сайт. 3. Что дальше? На выходных планирую попробовать развернуть базу данных локально и загрузить

#НапрягиИзвилины Все мы для кого-то питомцы. Задание №845 Напишите микро-рассказ из 7 слов или меньше (или больше), на тему "Питомец завел себе питомца". Свои варианты пишите в комментариях к этому посту. Также на всякий случай даём прямую ссылку на чат https://t.me/litclubbs_flood *** Предложить свою тему для марафона можно сюда @yaroshdobryi

Она была моложе его. Кофе. И всё. Больше перед ней ничего не было. За соседними столиками посетители сменились уже несколько раз, официант перестал подходить к ним, лишь иногда бросал спрашивающий взгляд: нужно ли ещё бутылку вина? - нет? хорошо... За окном падал первый октябрьский снег. - Ты куришь? - Уже нет. - Не верю, что бережешь здоровье. - Не верь. - Пай девочки порой оказываются совсем не пай-девочками. А дерзкие выдают вершины дерзости в покорности, - он помолчал. Вместе они смотрели в окно, в серый, осенний пейзаж, едва забелённый тающими снежинками. - ... мне тогда едва за двадцать перевалило... Взял бокал, сделал большой глоток. Может, алкоголь добавил решимости, может, возраст, но в несвойственной для себя манере пару часов назад он взял бутылку, бокал и пересел к ней за стол. - Я тогда делал, или, возможно, завершал первые шаги в Церкви. Дров было наломано не мало. Но был и огонь. Это важно. Всё в этом мире делают безумцы, те, кто отказывается от благоразумия, от здравого