Свернуть поиск
Дополнительная колонка
Правая колонка
Тараба
Слово это пошло от названия реки, на которой стоит деревня с одноимённым названием с приставкой «новая». Раньше её, вниз по течению, уже была образована деревня Тараба, а эта получила название Новая Тараба. Потом по изысканиям я обнаружил, что река эта до начала XVIII века имела значение «караба» - «чёрная вода». Так тюрки называли все реки, текущие на восток. Восток у тюрков ассоциировался с тёмными силами, мешавшими солнцу, а потому и реки, текущие на восток, относились к тёмным силам. Вот и река Чумыш, там, где поворачивает на восток, получила название Кара Чумыш. «Караба» с приходом русских на эту землю трансформировалась в «Тарабу».
Параллельно Тарабе, через село Порошино, протекает речка Хараба. Это название объясняется тем же самым.
Однако моё повествование не о гидронимах, а о том, какую роль сыграло это поселение в жизни многих жителей, проживающих в разное время в деревнях Ново-Кытманово, Семёновка, Зорниково, Петрушиха, Курья, Калиновка, Порошино. Долгое время ученики этих деревень после окончания начальной школы у себя, ездили учиться в Новую Тарабу, так как там была средняя школа. Перечисленные деревни (кроме Порошино и Калиновки) в то время входили в состав совхоза «Россия», центральной усадьбой которого было село Новая Тараба. Расстояние от деревень до Новой Тарабы было от 5 до 20 км.
В 12 лет дети, окончившие 4 класс отправлялись учиться в среднюю школу Новой Тарабы. Многие семьи из-за этого переезжали жить в другие населённые пункты. Оставшимся выпадала тяжёлая участь: в течение последующих 4-6 лет жить весь учебный год в интернате под присмотром воспитателей.
С этого возраста дети были лишены повседневного родительского внимания. Они учились обслуживать себя сами: заправлять постель после сна, убирать комнату, гладить рубашки и брюки, чистить обувь, экономно расходовать деньги на еду в совхозной столовой и думать, как после окончания уроков в субботу добраться до своего села. Приезжали за нами на машине по весне и осенью, когда ещё снега не было. Зимой нас возили на тракторных санях, которые были оборудованы по типу кибитки. Но часто, ох как часто, мы ходили пешком. Весной и осенью ещё ничего, но зимой… тяжело было. Мороз, буран, бездорожье не удерживали нас. Так хотелось домой. К вечеру добредали как могли, мылись в бане, наедались досыта, а в воскресенье в 11 часов нас увозили на тракторе в Тарабу. Из дома нам собирали «сумочки» - это набор продуктов: сало, мороженое молоко, немного картошки, мяса и ещё давали денег немного. В 1962 году я учился в 5 классе и мне давали 2 рубля на неделю. Что такое 2 рубля? Порция пюре картофельного в столовой стоила 2 коп, хлеба кусок – 2 коп, чая стакан – 2 коп, котлета (мечта наша) – 9 коп, блины фаршированные (запредельная мечта) – 20 коп, сметана (за всю учёбу её так никто и не попробовал) – 15 коп. пол стакана. Суп или борщ – 10-12 коп. порция (брали половинку). Утром мы брали две порции картошки – 4 коп, стакан чая – 2 коп. и хлеба два куска – 4 коп. Итого: 10 коп. В обед: суп – 5 коп, картошка – 4 коп, чай – 2 коп, хлеб – 6 коп. Итого: 17 коп. За ужином мы проедали 10 коп. Итого за день 37 коп. В обед в субботу есть было не на что. Но надо иметь в виду: мы были дети, и нам хотелось конфет. Поэтому, не стерпев иной раз, покупаешь конфет и потом голодом сидишь.
В 10-м классе мне давали 3 рубля на неделю.
Всегда хотелось есть. Весной и осенью мы решали эту проблему отчасти рыбалкой. После уроков уходили на речушку Топки, которая впадала в р. Тараба и ловили окуней. Их там уйма была.
В 1962 году, когда я пришёл учиться в Ново-Тарабинскую школу, здание интерната размещалось в старой школе. В этой школе в конце 30-х годов училась моя мать. Построено оно было в 1927 году. Стояло на возвышенности. К этому времени в Новой Тарабе была построена новая деревянная школа. Здание по тем временам смотрелось необычно. П-образный вариант со спортзалом, буфетом. Строили её жители Новой Тарабы. При школе построили столярную мастерскую, где мы под руководством Ивана Ильича Новикова постигали табуретное и другое ремесло. Отапливалась школа котельной, в которой работала женщина. Имя её я забыл, а вот фамилия – Титова. Топилась котельная углём. Было очень тепло. Когда мы уже подросли, то нас посылали подвозить уголь в котельную. Потом рядом со школой будет построен новый интернат. Из кирпича, двухэтажный.
Сейчас на месте старого интерната построена новая школа. Мы такую школу и представить себе не смогли бы даже при самых смелых фантазиях.
Учились мы в одну смену. Учителя в то время спрашивали строго. Я вот теперь сам учу детей, а так спрашивать не могу. Дети стали слабенькими, домашних заданий не учат совершенно и очень обижаются, когда им задают вопросы по уроку. У нас в ходе урока могли тебя спросить несколько раз. Особенно этим отличался Виктор Васильевич Афонасов – учитель физики.
Он выше четвёрки никому не ставил, как бы ему при этом правильно не ответил. А получить у него «4» это был подвиг. Он мне один раз за урок три «4» поставил. Я до сих пор как сейчас помню тот урок. Мы любили Васильевича – так мы его звали. Перед тем, как прийти к нам в школу, он два года отработал по обязательному распределению в детской колонии. Он с нами не сюсюкался,
говорил как со взрослыми. Знал, конечно, про наши дела. Знал, что мы всегда есть хотели. И часто было, как он приносил нам молоко и хлеб. Он был не женат, Учителям положено было молоко, а он копил его и нам приносил. Станет Заслуженным учителем России. К сожалению, у меня не сохранилась нормальная фотография Виктора Васильевича.
Были, конечно, учителя. Которые не понимали нас, а мы, в свою очередь, не могли терпеть их. Мне в 9-м классе по математике выше двойки не ставили. Как бы я ей не отвечал. В первом полугодии я получил неуд за полугодие, а во втором полугодии я наизусть учил страницы учебника. Это и "помогло" мне за год получить «3». Математику я понимал и ненавидел. Потом, когда я поступал в военное училище, то на экзаменах по математике и письменно, и устно получил «5». Это была её заслуга.
В целом же я благодарен учителям. Директор школы Шатохин Алексей Григорьевич серьёзный мужчина был. Но гонял он нас по делу. У него был сын – Валерка. Он поступил в Барнаульское лётное училище. Службу закончит в звании полковника, начальника штаба авиационной дивизии. Алексей Григорьевич работал директором с 1964 по 1983 год, участник Великой Отечественной войны, Отличник народного образования. Умер в г. Жигулевске 25 мая 2007г.
Мы много тогда занимались спортом. Особенно футболом. В почёте был баскетбол, ручной мяч, волейбол. Тренировал нас Виктор Васильевич. Мы при нём стали вторыми в районе по футболу, волейболу. Как только выпадало свободное время мы тут же выходили на площадки. В 1965 году рядом со школой построили новое здание интерната. Рассчитано оно было на 150 человек. Здесь же во дворе школы силами учеников обустроили спортивные площадки. Вот на них-то мы и пропадали. В Новой Тарабе было футбольное поле, на котором команда совхоза принимала команды других совхозов на первенстве района. 4-6 человек учеников всегда играли за совхозную команду.
В наше школьное время мы тоже увлекались модой. До нас, конечно, не всё доходило. Но узкие, а потом расклешённые брюки дошли. И привезли эту моду Николай Ремизов, Михаил Дегтярёв, Сафрошкин Анатолий – учащиеся Косихинского ПТУ. Что только с брюками мы не вытворяли. Ушивали до такой степени, что нога не пролезала. Мылили ноги, капрон надевали, чтобы только просунуть ногу в штанину. Старики над нами смеялись, учителя и директор поругивались. Причёски тоже были в моде. Надо было отрастить волосы и либо зачёсывать на висках, либо «канадку» завести. Волоса упрямо не желали ложиться, но мы их мазали и вазелином, и бриолином. Подстригали друг друга сами. Хорошо стриг Иван Дегтярёв. Носить длинные волосы быстро надоедало, так как мыть голову было негде, а мытьё головы один раз в неделю в бане по приезду домой было явно недостаточно. Волоса были грязные ,и от постоянного чесания головы на коже появлялись расчёсы. Мы по этой причине носили короткие волосы.
С 8-го класса нас пытались заставить носить галстуки. В интернате обычно был один на всех и его использовали для фотографирования. Как-то сей атрибут не прижился.
Где-то после 1965 г. у некоторых ребят стали появляться мотоциклы. Велосипеды к этому времени уже перестали быть редкостью. И нам легче стало домой ездить. Мотоциклы были марки «Ковровец» и «Иж». Шиком считалось проехать на мотоцикле в чёрных очках. Не знаю, откуда эта мода пошла. У нас Саня Сафрошкин любил так проехать
На велосипедах мы могли ездить на любое расстояние. Пешком ходить домой стали меньше. Что запомнилось особенно: до Нового года в столовой хлеб давали бесплатно. Он нарезанный стоял на столах. К тому же пекарня в Новой Тарабе была своя и хлеб был всегда свежий. А потому мы приходили в столовую, наедались хлеба с солью, запивая водой, заедали это дело картофаном и сдабривали себя чайком. Одним словом, жить становилось веселей.
Девчонки точно так же жили. Им не было никаких послаблений. И пешком они домой ходили наравне с нами, и мёрзли так же, и голодали. Но мы их защищали.
Влюблялись ли мы? Да, конечно же, влюблялись. От этого никто не ушёл. Но у нас совершенно другое отношение было к этому вопросу. Мы стеснялись своей влюблённости. Мы тогда говорили «дружить», «ходить». Это если касалось встреч с девушкой. Чисто и трепетно мальчики относились к девочкам. После отбоя в интернате мальчишки вылазили через окно и уходили дружить. Это обычно выглядело так. Придёт парнишка к дому, где его девчонка проживает, свистнет в два-три пальца, она выскочит на 5 минут, постоят они, ни о чём не говоря, и он назад тем же порядком идёт. Но в глазах мелюзги интернатовской этот ухажёр выглядел настоящим взрослым парнем...

Присоединяйтесь — мы покажем вам много интересного
Присоединяйтесь к ОК, чтобы подписаться на группу и комментировать публикации.
Комментарии 14
У меня дочка
двоюродной сестры замужем в Турции. Девочка умная, грамотная. Знает языки и
культуру. Вот что она пишет: "Тараб» это музыка с очень сложным ритмом и
сложным пением. Исполняется только группой музыкантов. Тараб есть старый, есть
новый. Под старый не принято танцевать вообще. Это единение души, ума и тела. Бывает
весёлая, бывает грустная. Примерно в 10 веке был такой инструмент Ауд, затем
его стали называть Тараб. Тараб выдолблен из одного куска абрикосового дерева,
сверху натянута козья шкура. Три двойных струны из козьих кишок и одна
металлическая. Старая по-турецки будет - эски, новая - йени, улус - родовая
община. Правильное ударение ТарАба.