Death Eaters.In Voldemort’s Shadow.

ㅤㅤㅤㅤЧасть 2 « Том Реддл »

ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ— Большой зал —

— Тяжелые дубовые двери замка со скрипом отворяются, впуская дрожащих от недавней сырости детей в обволакивающее тепло каменных стен. Воздух густ от ароматов древней магии, старого пергамента и запеченного мяса. Но за этой сказочной, почти праздничной фасадной роскошью чувствуется нечто монументальное, давящее. Первокурсники завороженно идут за старшими учениками, пока перед ними не распахиваются главные двери. Большой зал. Золотые тарелки блещут в свете парящих свечей, отражая блеск тысяч глаз со всех четырех длинных столов. На возвышении восседает директор Арманд Диппет, статный, с длинной серебристой бородой, облаченный в мантию цвета т

ㅤㅤㅤㅤЧасть 1 « Том Реддл »

ㅤㅤㅤㅤㅤㅤ1 сентября 1938 года

— Камера скользит сквозь плотную, клубящуюся пелену паровозного дыма на платформе девять и три четверти. Воздух гудит от пронзительных детских голосов, звонкого стука колес, лязга металла и восторженных криков. В самом эпицентре этого хаоса, словно вырезанный из другой реальности, стоит одиннадцатилетний Том Реддл. Крупный план, его пальцы мертвой хваткой вцепились в ручку потертого, видавшего виды чемодана. На нем простая, лишенная любых излишеств одежда, каждый шиллинг из школьного фонда был тщательно подсчитан. Он сам добрался до Косого переулка, сам отыскал нужные лавки по пергаментному списку. Ни единой живой души рядом, кто помог

ㅤㅤㅤㅤㅤ«Том Марволо Реддл »

ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ— 1938 г —

— Лето 1938 года выдалось душным и пыльным. В замке Хогвартс царила непривычная тишина каникул, нарушаемая лишь шорохом пергаментов в учительской башне.
Альбус Дамблдор, в то время еще нестарый профессор трансфигурации с темно-рыжей бородой и живым, проницательным взглядом за очками-половинками, склонился над массивной Книгой Доступа. Волшебное Перо Приема аккуратно вывело на плотном листе очередное имя:
«Том Марволо Реддл. Приют миссис Коул, Лондон».
Фамилия «Реддл» не принадлежала ни одной известной магической семье Британии. Однако второе имя «Марволо» заставило Дамблдора нахмуриться. В памяти всплыло воспоминание о захудалой, вырождающ