Читаем Апостол. 16 ноября 2026
    0 комментариев
    1 класс
    Евангелие 16 ноября.Как Иона был знамением для Ниневитян, так будет и Сын Человеческий для рода сего
    0 комментариев
    2 класса
    Священномученик Косма Петриченко, пресвитер Дни памяти 7 февраля (переходящая) - Собор новомучеников и исповедников Церкви Русской 12 сентября (переходящая) - Собор Саратовских святых 16 ноября Сщмч. Косма Петриченко (1869-1937) родился в крестьянской семье в Саратовской губернии. Будучи глубоко верующим мирянином, прислуживал в храме. В 1928 году, уже в советское время, был рукоположен во священника к Христорождественскому храму в родной слободе Рыбушка. После закрытия храма в 1935 году продолжал тайно совершать богослужения на дому и крестить детей. В октябре 1937 года арестован по обвинению в антисоветской агитации. Виновным себя не признал. Расстрелян в Саратове 16 ноября 1937 года. * * * Святой священномученик Косма родился в слободе Рыбушка Саратовской губернии (ныне село в Саратовском районе) в 1869 году в крестьянской семье. До революции он занимался крестьянским трудом и не получил духовного образования. Будучи глубоко верующим человеком, Косьма Никифорович прислуживал в местной Христорождественской церкви и хорошо изучил богослужебный устав. После революции, несмотря на насильственную ломку основ русской жизни, он продолжал заниматься землепашеством, содержал хозяйство и в свободное время прислуживал в храме. В те годы становления новой деспотичной и атеистической власти отстаивание принципов религиозной жизни само по себе было уже подвижничеством. И Косьма Никифорович решается на такой жертвенный шаг. Он передает свое хозяйство дочери Анастасии, а сам подал прошение о принятии священного сана. Отец Косма был рукоположен во иерея в 1928 году незадолго перед тем назначенным новым Саратовским Владыкой, митрополитом Серафимом (Александровым), к Рыбушкинскому Христорождественскому храму. В 1935 году церковь в слободе Рыбушка была закрыта. В этих условиях усиленных гонений на Православие отец Косма не прекращал своей пастырской деятельности. У себя на дому он собирал прихожан, совершал богослужения, читал сельчанам духовную литературу, крестил младенцев – делал все, чтобы поддержать огонек веры Христовой. Его деятельность не могла оставаться незамеченной для властей. 31 октября 1937 года сотрудник районного отдела НКВД получил ордер на обыск и арест гражданина Петриченко Кузьмы Никифоровича. В этот же день отец Косма был препровожден в Саратовскую тюрьму. 2 ноября состоялся первый и единственный допрос, во время которого рыбушкинский настоятель категорически отверг все возводимые на него обвинения в антисоветской деятельности. На следующий день были допрошены пять свидетелей, которые дали нужные "следствию" показания. Вся следственная процедура носила откровенно подложный характер. 14 ноября было составлено обвинительное заключение "попа-кулака Петриченко Кузьмы Никифоровича", который "под видом религиозных молебнов в домах колхозников проводил антисоветскую агитацию". В тот же день заседание судебной тройки при Управлении НКВД по Саратовской области постановило Петриченко К. Н. – расстрелять. Этот приговор, увенчавший доброго пастыря отца Косму нетленным венцем мученика за имя Христово, был приведен в исполнение в Саратове 16 ноября 1937 года вечером, в 22 часа. Место погребения мученика осталось неизвестным. По материалу статьи Максима Плякина «Новый саратовский святой – священномученик Косма» https://vkvideo.ru/video-149668296_456243183
    0 комментариев
    1 класс
    СВЯЩЕННОМУЧЕНИК АЛЕКСАНДР ПАРУСНИКОВ, ПРЕСВИТЕР!
    0 комментариев
    1 класс
    Священномученик Александр Парусников, пресвитер Дни памяти 29 мая (переходящая) - Собор новомучеников, в Бутове пострадавших 5 сентября (переходящая) - Собор Московских святых 16 ноября Сщмч. Александр Парусников (1891-1937) родился в Московской губернии. Служил настоятелем храмов в селах Большое Ивановское и Кузьминское. Неоднократно преследовался властями: в 1929 году арестован по обвинению в контрреволюционной деятельности, в 1934 году семья была выселена из дома. В октябре 1937 года арестован после отказа сотрудничать с НКВД. На допросах виновным себя не признал. Расстрелян 16 ноября 1937 года на Бутовском полигоне. * * * Священномученик Александр родился 24 ноября 1891 года в селе Алешино Дмитровского уезда Московской губернии в семье священника Николая Васильевича Парусникова. Это была православная семья, и неудивительно, что Александр Парусников избрал именно священническое служение. Перед ним был пример его отца, дяди, священника Иоанна Парусникова, и старшего брата Николая, который учился в Вифанской Духовной семинарии. Александр окончил Рижское Духовное училище и в августе 1907 года также поступил в Вифанскую семинарию. Успешно окончив ее в 1913 году, 8 мая он был посвящен в стихарь и вскоре рукоположен во диакона и во священника. Незадолго до этого Александр Николаевич женился на дочери протоиерея Иоанна Муравьева Александре. Протоиерей Иоанн состоял инспектором школ Дмитровского уезда и был известен своей благотворительностью. Он часто устраивал детские праздники, содержал стол для бедных, и паства его очень любила. Он умер на Рождество после литургии. Хоронить его собрался весь город. Оба брата Александры Ивановны также были церковнослужителями, один – в сане священника, другой – псаломщика. В Дмитрове Александра Ивановна окончила гимназию. Трудно было найти лучшую спутницу жизни, с детства впитавшую христианские идеалы милосердия и самоотверженного служения. В 1914 году отец Александр Парусников был назначен настоятелем храма в селе Большое Ивановское Бронницкого уезда. Молодая семья переехала на новое место, где им предстояло жить ближайшие десять лет. В те годы Александра Ивановна работала учителем в сельской школе. У супругов родилось трое детей. Растить их помогала няня Прасковья. После революции Парусниковы не смогли платить ей жалованье, но она, привязавшись к этим добрым людям, сказала лишь: «И не надо, только не гоните» – и осталась в семье. Отец Александр часто служил, духовно окормляя многочисленную паству, однако революция 1917 года оборвала мирное течение жизни прихода. Последствия войны, голода, произвола властей испытала на себе и семья Парусниковых. Так, в 1918-1921 годах отца Александра периодически привлекали к тыловым работам, а в начале 1920‑х их с супругой лишили избирательных прав, что означало в те годы лишение и гражданских прав. В 1924 году отец Александр был назначен настоятелем Знаменского (с приделом в честь святых мучеников Космы и Дамиана) храма в селе Кузьминское Михневского района Московской области. Сюда, поближе к сыну, из села Алешино перебрались и родители отца Александра (отец Николай Парусников до самой смерти служил в храме села Хонятино Глебовской волости Коломенского уезда и вместе с женою был похоронен около Знаменского храма села Кузьминское). В Кузьминском у отца Александра с супругой родилось еще трое детей. Будучи настоятелем Знаменского храма, отец Александр был возведен в сан протоиерея и назначен благочинным Михневского района. Духовный рост священника по-своему отметили и власти: в декабре 1929 года он по обвинению в контрреволюционной деятельности был арестован Серпуховским окружным отделом ОГПУ и содержался под стражей в течение месяца. В это время в стране развернулось колхозное строительство. Хотя семья Парусниковых и была лишена земли, лошади и сельскохозяйственного инвентаря, но на многочисленные вопросы прихожан, идти ли им в колхоз, отец Александр отвечал, что «жить и работать надо при любой власти», и благословлял вступать в колхоз. В 1934 году многодетную семью Парусниковых выселили из дома, который к этому времени стал принадлежать колхозу. Сначала их переселили на кухню, а в остальной части дома устроили колхозный клуб, а потом и совсем выбросили на улицу. В этот тяжелый момент Парусниковых приютила прихожанка храма Наталья Николаевна Демидова. Они прожили у нее зиму, потом продали корову и на вырученные деньги построили деревянный дом. Большой семье было очень трудно прокормиться без коровы, и чтобы выжить, они купили теленка и вырастили его. Служение отца Александра в 1930-е годы можно без преувеличения назвать пастырским подвигом. Несмотря на непосильные налоги, преследования со стороны властей, отсутствие клира (единственный псаломщик – Александр Васильевич Протопопов не вынес этих трудностей и ушел в сапожники), отец Александр регулярно совершал богослужения. Часто ему приходилось служить одному в пустом храме. В 1930-х годах храм ограбили – украли серебряные сосуды. После этого случая батюшка стал забирать сосуды домой. Наступление на храм продолжалось, и уже незадолго до закрытия, примерно в 1935-1936 годах, с него были сброшены колокола. Отец Александр как благочинный много ездил по селам района. В те годы большинство храмов было закрыто, и он духовно окормлял эти приходы. Так, в 1930 году был арестован его близкий друг – протоиерей Павел Смирнов, настоятель храма в селе Ильинское, и отец Александр стал регулярно служить и там. Как позднее отметил в характеристике Парусникова председатель сельсовета Муравьев, «Парусников работает священником селения Кузьминское-Ильинское, обслуживает весь Барыбинский район». Волна репрессий 1937-1938 годов не могла обойти стороной такого ревностного пастыря, как отец Александр. Однако перед арестом органы безопасности решили склонить его к сотрудничеству. За две недели до ареста отца Александра забрали в НКВД и предложили стать осведомителем. Он решительно отказался, хотя прекрасно сознавал, к каким это приведет последствиям. Когда сотрудники НКВД пришли с ордером на арест, отца Александра дома не оказалось – он поехал прощаться с сестрами, поэтому арестовали его утром на следующий день – 30 октября 1937 года, в праздник святых мучеников Космы и Дамиана. На допросах 30, 31 октября и 13 ноября следователи пытались добиться от него признания в контрреволюционной деятельности и антисоветской агитации. Стойко и мужественно держась на допросах и никого не оговорив, отец Александр не признал себя виновным ни по одному пункту обвинения. «Я говорил только о том, что надо молиться Богу и быть честным тружеником», – сказал он. 14 ноября 1937 года тройка НКВД приговорила отца Александра к расстрелу. Протоиерей Александр Парусников был расстрелян 16 ноября 1937 года и погребен в безвестной общей могиле на полигоне Бутово под Москвой. Протоиерей Олег Митров «Жития новомучеников и исповедников Российских ХХ века Московской епархии. Ноябрь». Тверь, 2003 год, стр. 36-40. https://vkvideo.ru/video-55490878_456505162
    0 комментариев
    0 классов
    Священномученик Сергий Кедров, пресвитер Дни памяти 29 мая (переходящая) - Собор новомучеников, в Бутове пострадавших 5 сентября (переходящая) - Собор Московских святых 16 ноября Сщмч. Сергий Кедров (1880-1937) окончил Московскую духовную семинарию, с 1908 года служил священником в Троицком храме села Фаустово, где также заведовал церковноприходской школой. В 1922 году был арестован за сопротивление изъятию церковных ценностей и провёл полтора года в заключении. В октябре 1937 года арестован по обвинению в антисоветской агитации. Виновным себя не признал. Расстрелян 16 ноября 1937 года на Бутовском полигоне. * * * Священномученик Сергий родился 10 августа 1880 года в деревне Константиново Бронницкого уезда Московской губернии в семье священника Павла Кедрова. По окончании в 1901 году Московской Духовной семинарии Сергей Павлович был направлен учителем в Старниковскую церковноприходскую школу в Бронницком уезде, где проработал до 1908 года. 5 октября 1908 года в Троицком храме села Фаустово Сергей Павлович обвенчался с Людмилой Александровной, дочерью настоятеля этого храма Александра Григорьевича Зверева. Храм, в котором служил священник Александр Зверев, известен с XVII века и построен тщанием царя Алексея Михайловича. В этом храме служил священник Иван Афанасьев; его преемниками были священники Василий Иванов, Петр Васильев, Сергей Петров, Иван Сергеев, Филипп Иванов, Сергей Филиппов. После священника Сергея Филиппова с 1830 года в храме стал служить его зять, Григорий Афанасьевич Зверев, благодарная память о котором сохранялась среди жителей села как о священнике, много потрудившемся для благоустроения прихода. С 1870 года его место занял сын, священник Александр Григорьевич Зверев, чья дочь вышла замуж за Сергея Павловича Кедрова. 17 октября 1908 года Сергей Павлович был рукоположен во диакона, а через день, 19 октября, епископ Дмитровский, викарий Московской епархии Трифон (Туркестанов) рукоположил его во священника к Троицкой церкви села Фаустово Бронницкого уезда Московской губернии. В селе было два храма: Живоначальной Троицы с верхней холодной частью и с нижней теплой – во имя Благовещения Пресвятой Богородицы; другой храм, во имя соловецких чудотворцев преподобных Зосимы и Савватия, был холодным. Приход состоял из села Фаустово и расположенной в трех верстах от него деревни Юрасово и включал в себя двести сорок восемь домов, в которых проживало около тысячи шестисот прихожан. В селе была церковноприходская школа, которой заведовал отец Сергий, в ней училось около пятидесяти мальчиков и сорока девочек. В школе отец Сергий устроил особый певческий класс, где обучались дети, способные к пению и регентскому искусству; впоследствии из них составился прекрасный церковный хор, причем они оказались настолько верны своему храму, что и во время наступивших при советской власти гонений, преследований и угроз не оставили клироса. В 1922 году отец Сергий был арестован по обвинению в сопротивлении изъятию церковных ценностей и приговорен к пяти годам заключения в концлагере. В 1923 году власти амнистировали всех осужденных по процессам, касающимся сопротивления изъятию церковных ценностей, и отец Сергий после полутора лет, проведенных в концлагере, был освобожден и вернулся служить в Троицкий храм в селе Фаустово. В двадцатых годах отец Сергий заболел тифом и его положили в больницу в Бронницах. Людмила Александровна спросила врача, каково состояние здоровья священника, и тот ответил, что оно безнадежно. Матушка тогда дала обет Богу, что будет в течение некоторого времени ходить по воскресным дням в село за двадцать пять километров, где в храме был чудотворный образ Иерусалимской иконы Божией Матери. Матушка усердно молилась Матери Божией, и отец Сергий выздоровел. Матерь Божия спасла его тогда от смерти, сохранив для мученического венца. За двадцать с лишним лет служения отец Сергий стал родным для своих прихожан, и они называли его Сергием Фаустовским; он был для них заботливым отцом и усердным попечителем о спасении их душ. По большим праздникам священник посещал с молебнами дома всех сельчан; заходя к бедным прихожанам, он старался незаметно оставить в их доме милостыню. Однажды, отслужив молебен в доме, где жили сироты, он достал из кармана деньги и положил незаметно под блюдечко, а псаломщику, служившему с ним, тихонько сказал: «Не обижайся, это я свои деньги положил». За усердное и ревностное служение отец Сергий к Пасхе 1929 года был возведен в сан протоиерея и назначен благочинным 6-го округа Бронницкого уезда. Это был первый священник, награжденный саном протоиерея за всю историю существования храма в Фаустове. 19 апреля 1932 года отец Сергий был награжден крестом с украшениями. Он был усердным проповедником и неопустительно говорил на каждом богослужении поучения – ясные, конкретные и простые. Например, причастившимся Святых Христовых Тайн он в проповеди сказал: «Приняв таинство, что мы получаем и что должны далее делать? В этих таинствах мы получаем прощение грехов, примиряемся с Богом, делаемся достойными получать от Него всякие милости и помощь Его. Получаем, и даже часто сами чувствуем силу, которая нас укрепляет как в обыкновенных делах, так, в особенности, и в духовных. Мы более охотно покоряемся воле Божией, перенося разные житейские невзгоды, становимся более твердыми, чтобы устоять против греха. Молитва тоже бывает более чиста и более усердна. Надежда на Бога тоже укрепляется, и нас уже не так пугают всякие незадачи и бедствия. Поэтому, получив в этих таинствах помощь и укрепление духовных сил своих, мы не должны успокаиваться на том, будто нами все сделано и можно совсем забыть о посте, молитве и добродетелях. Нет, наоборот. Получив подкрепление в этих таинствах, мы должны со свежими силами идти далее по пути спасения. Раз мы раскаялись в своих грехах и дали обещание оставить их, то и должны более твердо стоять против грехов. Мы часто, раскаявшись и дав обещание бросить свои грехи, тут же опять их начинаем сначала. Почему так бывает? А потому, что думаем, что отговели, можно теперь и отдохнуть. Нет, напротив. После покаяния надо приносить, по возможности, благие плоды, то есть за каждый грех нести какое-нибудь наказание, за каждое такое дело делать какое-нибудь добро. Например, если ты имеешь привычку осуждать, гневаться, обижать, то впредь положи себе за правило, чтобы за каждый гнев, за каждую обиду и пересуд класть хотя бы по одному или несколько поклонов. Если ты имеешь привычку ругаться неподобными словами, в особенности при детях, которые невольно запоминают все эти матерные слова и с малых лет часто перегоняют в этом искусстве своих родителей, то, если желаешь бросить этот грех и совсем отстать от него, опять дай себе правило – за каждое матерное ругательство класть один или несколько поклонов. Так в борьбе со всяким грехом можно с успехом пользоваться таким способом. Конечно, может, кто скажет: все равно ничего не выйдет. Очень просто сказать, что ничего не выйдет. А может быть, что-нибудь и выйдет. В прошлый год не бросил грехов, может быть, в нынешнем году бросишь. Если всех грехов не бросишь, то хотя бы один какой-нибудь грех победишь и бросишь. Ведь если не брать совсем книжки в руки, то, конечно, и читать никогда не выучишься. Без труда ничего не сделаешь. По словам Спасителя, Царство Божие усилием приобретается и только усердные искатели входят в него. Притом если при всех твоих усилиях ты не отстанешь от худой какой-нибудь привычки, то и это одно уже хорошо, что ты трудился. Только не переставай трудиться – если не нынче, то завтра, рано или поздно Господь поможет тебе победить грех твой, только молись Ему усердно. Господь знает нашу человеческую слабость, потому терпит нас и прощает нам бесконечное число раз. Конечно, Бог не будет прощать нам, если мы не желаем и палец о палец ударить для Царства Небесного. Итак, раскаявшись во грехах, будем по силам нашим приносить плоды, достойные покаяния, чтобы покаяние наше было искреннее, а не простая формальность». Сотрудники НКВД арестовали священника 25 октября 1937 года, в ночь под празднование чтимой в этих местах Иерусалимской иконы Божией Матери, перед которой когда-то молилась его матушка, прося исцеления отцу Сергию от смертельной болезни. Накануне праздника протоиерей Сергий отслужил всенощную, а около двух часов ночи его пришли арестовывать председатель Фаустовского сельсовета и участковый милиционер. Они постучались. Отец Сергий вышел на крыльцо и поздоровался с ними. – Ну, давайте собирайтесь, – сказал милиционер. – Вы извините, но я еще не готов, сейчас я приготовлюсь, – сказал священник. – Подождите здесь, дайте мне Богу помолиться. И таково было уважение и любовь народа к священнику, что даже представители местных властей не вошли в дом, не стали устраивать обыск, но терпеливо ждали, когда пастырь выйдет, чтобы исполнить приказ об аресте. Отец Сергий долго и усердно молился и наконец, причастившись Святых Христовых Тайн, вышел к ним. На следующий день верующие пришли на литургию и узнали, что церковь закрыта, а священник арестован. Протоиерей Сергий был заключен в тюрьму в городе Коломне. На допросе он все воздвигнутые против него обвинения отверг. – Дайте показания о своей антисоветской деятельности! – потребовал от него следователь. – По этому вопросу дать показания не могу, так как никакой антисоветской деятельностью я никогда не занимался, – ответил отец Сергий. В поисках доказательств вины священника следователь стал вызывать на допросы жителей села. Одна из женщин показала, что хорошо знает священника, как проживающего в селе с давних лет. Сама она в храме в селе Фаустово за весь 1937 год была всего один раз на праздник Успения Пресвятой Богородицы. В тот день отец Сергий сказал проповедь, как он и всегда говорил, и в особенности в большие праздники. Он призывал укреплять веру, чаще ходить в храм, не забывать Бога. В заключение своей проповеди он сказал: «Православные, не забывайте православную веру и Церковь, ходите чаще в храм и молитесь Богу. Святые угодники и раньше жили в тяжелых условиях, но переносили все в надежде на милость Божию». Дом священника, показала свидетельница, расположен неподалеку от колхозного двора, и однажды в присутствии колхозников отец Сергий сказал, что, мол, много пишут и говорят о колхозах, что они улучшают материальное благосостояние колхозников, но в действительности дело обстоит не так, жизнь колхозников с каждым годом становится все хуже; по‑видимому, со временем колхозы изживут себя. Этим и ограничились все доказательства обвинения, которые удалось собрать против священника. 15 ноября тройка НКВД приговорила отца Сергия к расстрелу. Протоиерей Сергий Кедров был расстрелян на следующий день, 16 ноября 1937 года, и погребен в безвестной общей могиле на полигоне Бутово под Москвой. Игумен Дамаскин (Орловский) «Жития новомучеников и исповедников Российских ХХ века Московской епархии. Ноябрь». Тверь, 2003 год,
    0 комментариев
    2 класса
    сщмч. Владимир Писарев Священномученик Владимир Писарев, пресвитер Дни памяти 29 мая (переходящая) - Собор новомучеников, в Бутове пострадавших 5 сентября (переходящая) - Собор Московских святых 16 ноября Сщмч. Владимир Писарев (1881-1937) родился в Московской губернии. Рукоположен в диакона в 1911 году, служил в Тихвинском храме села Костино. В 1930 году стал священником. В октябре 1937 года арестован по обвинению в контрреволюционной деятельности, вину не признал. Расстрелян 16 ноября 1937 года на Бутовском полигоне. * * * Священномученик Владимир родился 11 июля 1881 года в селе Костино Дмитровского уезда Московской губернии в семье священника Александра Писарева, настоятеля храма Тихвинской иконы Божией Матери. После смерти отца мать, Серафима Федоровна, стала просфорницей в этом храме. В 1911 году Владимир Александрович женился на дочери священника Феодора Архангельского Олимпиаде. Позже ее отец переехал в Москву и служил в храме Смоленской иконы Божией Матери. В 1911 году Владимир Александрович был рукоположен во диакона ко храму Тихвинской иконы Божией Матери в селе Костино. У отца Владимира с супругой было трое детей – двое сыновей и дочь, которых они воспитывали в вере и благочестии. Старший сын в пять лет уже читал шестопсалмие и впоследствии стал прекрасным знатоком церковного Устава, и к нему многие обращались за советом. Последствия гонений на Русскую Православную Церковь затронули и отца Владимира. Его хозяйство было разрушено, и он, как священник, был лишен гражданских прав. Приход был небольшой и бедный, и отцу Владимиру приходилось много работать самому, чтобы прокормить семью. Часто он вставал в четыре утра, работал в поле, а потом шел служить. В 1930 году отец Владимир был рукоположен во иерея, в 1937 году стал протоиереем. В это время ему приходилось также окормлять приход соседнего села Горки. Отца Владимира арестовали 27 октября 1937 года по обвинению в контрреволюционной деятельности и заключили под стражу в Таганскую тюрьму. Обвинения в контрреволюционной деятельности он не признал. 15 ноября 1937 года тройка НКВД приговорила отца Владимира к расстрелу. Протоиерей Владимир Писарев был расстрелян 16 ноября 1937 года и погребен в безвестной общей могиле на полигоне Бутово под Москвой. После ареста священника храм в селе Костино закрыли, а дом сожгли, и вдова с детьми вынуждена была искать приюта у родственников. Протоиерей Олег Митров «Жития новомучеников и исповедников Российских ХХ века Московской епархии. Ноябрь». Тверь, 2003 год,
    0 комментариев
    1 класс
    Священномученик Александр родился 8 августа 1881 года в селе Фаустово Михалевской волости Бронницкого уезда Московской губернии в семье священника Александра Григорьевича Зверева. В 1909 году он окончил Московскую Духовную академию и получил назначение на должность преподавателя истории русской литературы в Вифанскую Духовную семинарию. Женился на девице Марии, которая была дочерью протоиерея Алексея Лебедева, настоятеля храма Николая чудотворца в Звонарях на Рождественке. Впоследствии у них родилось трое детей. В феврале 1913 года Александр Александрович был рукоположен в сан священника. В это время он состоял преподавателем истории русской литературы и практического руководства для пастырей в Вифанской Духовной семинарии. Летом 1918 года отец Александр переехал в Москву в дом умершего к тому времени тестя, протоиерея Алексея Лебедева, и стал служить в храме святителя Николая чудотворца на Рождественке. В сентябре 1918 года он был назначен помощником начальника Вифанских пастырско-богословских курсов Московской епархии, а в феврале 1919 года – настоятелем Никольской, что в Звонарях, церкви на Рождественке. В 1921 году отец Александр был назначен преподавателем Московских пастырско-богословских курсов по кафедре пастырского богословия. В том же году он был возведен в сан протоиерея. В 1922 году протоиерей Александр был назначен помощником начальника Московских пастырско-богословских курсов. 28 февраля 1922 года Патриарх Тихон обратился с посланием по поводу помощи голодающим и изъятия церковных ценностей, где, в частности, писал: «Мы допустили, ввиду чрезвычайно тяжких обстоятельств, возможность пожертвования церковных предметов, не освященных и не имеющих богослужебного употребления. Мы призываем верующих чад Церкви и ныне к таковым пожертвованиям, лишь одного желая, чтобы эти пожертвования были откликом любящего сердца на нужды ближнего, лишь бы они действительно оказывали реальную помощь страждущим братьям нашим. Но Мы не можем одобрить изъятия из храмов, хотя бы и через добровольное пожертвование, священных предметов, употребление коих не для богослужебных целей воспрещается канонами Вселенской Церкви и карается Ею как святотатство...» Это послание было прочитано протоиереем Александром с амвона. В начале марта в Москве были устроены благочиннические собрания, на них постановили открыть столовые для голодающих, которые должны были содержаться на средства нескольких приходов. Столовая, которую обеспечивал приход храма святителя Николая в Звонарях, находилась на Большой Спасской улице. За приходом был закреплен воскресный день. Столовая была открыта 19 марта и действовала в течение нескольких месяцев. В свой день приход кормил в столовой сначала около ста человек, а затем их число дошло до двухсот. С апреля 1922 года ОГПУ стало производить аресты и готовить судебные процессы по обвинению духовенства в сопротивлении изъятию церковных ценностей. По одному из процессов был привлечен к ответственности протоиерей Александр, его обвинили в чтении в храме послания Патриарха Тихона. 11 июля 1922 года сотрудники ОГПУ произвели в его доме обыск. 2 сентября ОГПУ вызвало отца Александра на допрос. Выслушав вопросы следователя, отец Александр написал ответы на них собственноручно: «...К посланию Патриарха отношусь отрицательно, нахожу, что правила приведены не к делу. Привлекаюсь к суду за агитацию Патриаршего воззвания, которая с моей стороны и состояла в том, что я единственный раз с амвона в конце службы, к моему сожалению, прочитал его... Идеологию «Живой церкви» признаю; проведение же в жизнь некоторых ее постановлений из боязни вызвать раскол находил бы лучшим проводить постепенно...» После допроса он был освобожден. В декабре 1922 года отец Александр предстал вместе с другими священнослужителями и мирянами перед революционным трибуналом по обвинению в сопротивлении изъятию церковных ценностей. Протоиерей Александр виновным себя не признал. Революционный трибунал приговорил его к двум годам заключения в исправительно-трудовом лагере. После семи месяцев нахождения в заключении отец Александр был освобожден по амнистии и вернулся служить в Никольскую церковь на Рождественке. В 1929 году протоиерей Александр был награжден митрой. Духовная дочь отца Александра вспоминала о нем. Отец Александр служил благоговейно, просто и смиренно, его служение поражало ощущением его живого предстояния Богу, Которому он со всей полнотой любви приносил прошения о всех предстоящих и молящихся в храме. Все люди, стоявшие в храме, были ему необычайно дороги, буквально каждый. Иногда после вечерней службы отец Александр говорил несколько слов о силе молитвы, о том, что самое большое и действенное – это молитва, и об этом никогда нельзя забывать. И самое главное – это Иисусова молитва. Своей пастве он дал правило: утром и вечером читать сорок раз молитву Иисусову, затем двадцать раз «Пресвятая Богородице, спаси нас» и десять раз «Все святые, молите Бога о нас». Он говорил, что все работают, всем трудно, но это то, что каждый может сделать. «И я прошу вас, если вы помните меня и любите меня, исполните мою просьбу и примите это правило мое на всю свою жизнь». Были грехи, которые отец Александр особенно умолял не совершать. Он говорил: «Надо покаяться. Надо оставить прежде всего прелюбодеяние, ибо Царствие Божие блудники и прелюбодеи не наследуют. Умоляю вас. Я ваш свидетель перед Богом. Призовет меня Господь, и я должен сказать Ему: “Се аз и чада мои, коих Ты даровал мне”. Что я скажу за вас там, если вы хотя бы не пожелаете это оставить? Господь намерения приемлет и желания целует. Милосердию Его нет предела... просите и получите... И Господь поможет, и вы будете всегда с Ним». По-видимому, еще во время его заключения в конце 1922–начале 1923 года власти стали усиленно склонять его к негласному сотрудничеству с ОГПУ. Толкало их к этому то, что отец Александр, казалось, слишком легко готов был критиковать Патриарха и соглашаться с предложениями живоцерковников. В этом сотрудники ОГПУ увидели возможность добиться успеха, если давить на человека, который готов покривить душой ради освобождения. В конце концов отец Александр дал обязательство быть секретным сотрудником ОГПУ. Эти обязательства оказались для него чрезвычайно тяжелы, так как, вызываемый к сотруднику ОГПУ, которому он должен был говорить о состоянии умонастроения в приходе и своих прихожан, он в силу нравственных причин не желал говорить то, зачем мог последовать их арест, и в то же время он не мог отказать сотруднику ОГПУ говорить о своих знакомых, потому что это, как он считал, могло привести к немедленному аресту его самого. И потому он рассказывал о прихожанах, стараясь не компрометировать их в политическом отношении. Но среди того же круга людей были и другие секретные сотрудники ОГПУ, которые дали о том или ином событии и разговоре другие сведения, и в конце концов стало ясно, что священник уклоняется от обязанностей секретного сотрудника ОГПУ. Этого было достаточно для его ареста. 13 февраля 1933 года накануне празднования памяти мученика Трифона власти арестовали отца Александра и заключили в Бутырскую тюрьму в Москве. Он был обвинен в том, что будто бы совместно с другими лицами «проводил систематическую антисоветскую агитацию, направленную к свержению советской власти». 16 февраля следователь допросил его, но отец Александр виновным себя не признал, сказав, что антисоветских разговоров в его присутствии не было. 8 марта следователь снова вызвал его на допрос и обрушился на него с упреками в неискренности, в ответ на это отец Александр сказал: «Взявши на себя добровольные обязательства быть секретным сотрудником ОГПУ, я дать ценные и нужные для ОГПУ сведения не мог, потому что добыть таковых я не мог. Среда, в которой я вращался, антисоветской деятельностью не занималась, и агитации против советской власти никто не проводил». Однако показания, которые давали арестованные по тому же делу, были совершенно иные, и, желая оправдаться в неисполнении секретных поручений ОГПУ, отец Александр в конце протокола допроса собственноручно написал: «Все, что мог, к выяснению антисоветского настроения, как в приходе, так и вне, я делал. Когда одна женщина пришла..... (Вам это известно). Говорил и о вне прихода». 2 апреля 1933 года Особое Совещание при Коллегии ОГПУ приговорило его к ссылке на три года в Северный край. В ссылку ему было разрешено ехать за свой счет вольным порядком. Из тюрьмы его освободили в Великий Четверг и велели до Пасхи выехать из Москвы. Освободившись, отец Александр сразу же пошел в церковь. В Великую Субботу он отслужил раннюю литургию и в тот же день уехал. Пасхальную ночь отец Александр провел в поезде, а на второй день пасхальной седмицы прибыл к месту своего поселения – в старинный русский город Архангельской области Каргополь, где до революции было около тридцати церквей и два монастыря, а после революции этот благочестивый город был превращен в один из центров лагерей и ссылок. Протоиерей Александр поселился в маленьком домике, принадлежавшем монахине Августе, которая в нем жила после закрытия монастыря. Дом был разделен пополам русской печкой. Хозяйка жила по одну сторону печки, а священник – по другую. В Каргополе протоиерей Александр пробыл три года, зарабатывая на жизнь пилкой дров, был рабочим, набивал силосную яму, молол ячмень. В феврале 1936 года власти освободили отца Александра, и 19 мая 1936 года он получил место священника в храме Рождества Богородицы в селе Возмище Волоколамского района Московской области. Протоиерей Александр был арестован на следующий день после престольного праздника в селе Возмище – Рождества Богородицы, 22 сентября 1937 года, и заключен в тюрьму в городе Волоколамске. – Дайте показания о вашей контрреволюционной антисоветской деятельности, – потребовал следователь. – Контрреволюционной антисоветской деятельности я не вел, – ответил священник. – Следствие располагает данными, что вы летом 1937 года в церковной сторожке вели контрреволюционные и антисоветские разговоры, касающиеся политики советского правительства в связи с новой конституцией, в присутствии священника Павла Андреева. – Это я отрицаю. Такого контрреволюционного разговора я не вел, за исключением разговора, который имел место летом 1937 года в комнате у меня. Он касался восстановления в должности учительницы Покровской, о чем была помещена заметка в газете «Правда», на которую я, прочитав, обратил внимание Андреева, сказав: «Как изменилась политика советского правительства по отношению к лицам религиозных убеждений». Но это мной было сказано не в контрреволюционном смысле, а как факт, связанный с вопросом о конституции. Что сказал по этому поводу Павел Андреев, я не помню. И во время всех дальнейших допросов отец Александр виновным себя не признал. В обвинительном заключении об арестованных священниках и монахинях было написано: «Будучи допрошены в качестве обвиняемых, члены вышеуказанной контрреволюционной группы виновными себя в контрреволюционной деятельности не признали, но сознались, что они регулярно собирались у себя на дому и обсуждали религиозные вопросы, а также с целью религиозной пропаганды ходили по домам и вели агитацию». 2 ноября протоиерей Павел и 10 ноября протоиерей Александр были вызваны на последний допрос. Им был задан всего один вопрос, признают ли они себя виновными в антисоветской агитации. Оба священника ответили, что нет, не признают. 14 ноября 1937 года тройка НКВД приговорила священников Павла Андреева, Александра Зверева и Димитрия Розанова к расстрелу. Протоиереи Павел Андреев и Александр Зверев были расстреляны 16 ноября, а священник Димитрий Розанов 25 ноября 1937 года и погребены в безвестной общей могиле на полигоне Бутово под Москвой. Игумен Дамаскин (Орловский) «Мученики, исповедники и подвижники благочестия Русской Православной Церкви ХХ столетия. Жизнеописания и материалы к ним. Книга 7». Тверь. 2002. С. 158-175 https://vkvideo.ru/video-55490878_456487274
    0 комментариев
    2 класса
    Священномученик Василий Архангельский, пресвитер Дни памяти 29 мая (переходящая) - Собор новомучеников, в Бутове пострадавших 5 сентября (переходящая) - Собор Московских святых 16 ноября Сщмч. Василий Архангельский (1874-1937) родился в Тульской губернии. После рукоположения служил священником, в последние годы – в храме села Люблино Московской области. В 1931 году был осуждён за неуплату налога, но оправдан областным судом. В октябре 1937 года арестован по обвинению в контрреволюционной агитации. Виновным себя не признал. Расстрелян 16 ноября 1937 года и погребён в безвестной могиле. * * * Vasiliy_Mikhailovich_Arkhangelskiy.jpg (43 KB)Священномученик Василий родился 20 января 1874 года в селе Русалкино Тульской губернии в семье диакона Михаила Архангельского. Окончил Тульскую Духовную семинарию и женился. Впоследствии у них с супругой родилось шестеро детей. Василий Михайлович был рукоположен в сан священника. В последние годы перед арестом служил в храме села Люблино Каширского района Московской области. В начале тридцатых годов власти, намереваясь закрыть храм и изгнать священника из прихода, предложили ему уплатить налог в виде сельскохозяйственной продукции. Отец Василий не смог этого сделать и в 1931 году был приговорен к трем годам ссылки. Видя свою абсолютную невиновность и несправедливые и незаконные действия местных властей, отец Василий подал прошение о пересмотре дела, и областным судом был оправдан. 27 октября 1937 года власти вновь арестовали священника. Сразу же начались допросы. Его обвиняли в контрреволюционной антисоветской деятельности. Отец Василий виновным себя не признал. – Следствию известно, что вы вели контрреволюционную агитацию среди населения об уничтожении коммунистов и обязательном посещении детьми церкви, – сказал следователь. – Я агитации об уничтожении коммунистов никогда не вел. С некоторыми женщинами в церкви я говорил и спрашивал их, приучают ли они своих детей молиться, а также и своих родственников, – ответил священник. 14 ноября тройка НКВД приговорила священника к расстрелу. Священник Василий Архангельский был расстрелян через день, 16 ноября 1937 года, и погребен в безвестной общей могиле. Игумен Дамаскин (Орловский) «Жития новомучеников и исповедников Российских ХХ века Московской епархии. Ноябрь». Тверь, 2003 год, стр. 41-43 https://vkvideo.ru/video-55490878_456485994
    0 комментариев
    3 класса
    Праведная Снандулия (Яздундокта) Персидская День памяти 16 ноября Мц. Яздундокта, мирянка из Ктесифона (Персия), прославилась подвигом милосердия во время гонений на христиан при царе Сапоре. Когда более ста верующих были заключены в тюрьму и приговорены к казни, она ежедневно кормила узников, спасая их от голода. Накануне казни устроила для мучеников торжественную трапезу и подарила им белые одежды. После казни тайно погребла их тела, сохранив останки от поругания. Персидская христианка Яздундокта жила в столице Ктесифоне. Во время гонения на христиан, когда более ста человек были арестованы и после полугодичного содержания в тюрьме, казнены, ее не арестовали. Арестовывали священников, диаконов, монахов и монахинь, а она была «всего лишь» мирянкой. Яздундокта кормила всех заключенных (тогдашняя тюрьма прежде всего пытала людей голодом). Узнав дату казни, она накануне организовала пышную трапезу и каждому подарила праздничную белоснежную одежду. Но только на следующее утро она пришла рано и сказала, что казнь состоится сегодня, попросила всех хранить верность Богу. Мучеников обезглавили, и Яздундокта сумела в ту же ночь украсть тела и захоронить, спася от надругательств. https://vkvideo.ru/video-22773667_456324675
    0 комментариев
    1 класс
azbukapr

Добавлено фото в альбом

Фото
Фото
  • Класс
azbukapr

Добавлено фото в альбом

Фото
Фото
  • Класс
azbukapr

Добавлено фото в альбом

Фото
Фото
  • Класс
azbukapr
Автор проверен
09:59
vkvideo.ru
  • Класс
azbukapr
Автор проверен
  • Класс
Показать ещё