ПОДВИЖНИК

Икона Богородицы Озерянская Недалеко от Харькова, в Преображенском Куряжском монастыре хранился чудотворный образ Божией Матери Озерянской. По преданию, образ был явлен в конце XVI века возле села Озеряны – отсюда и название иконы; впоследствии на этом месте возникла обитель, также получившая название Озерянской. Рассказывают, что некий украинский крестьянин косил траву и рассек образ Божией Матери косой пополам... Осознав, что его поступок, пусть и не преднамеренный, страшен для него и для окружающих, человек поднял две половины иконы, с благоговением поместил у себя в молитвенном углу, зажег перед нею свечу, а утром обрел икону целой, остался лишь тонкий след от рассечения. В 1794 году Озерянская икона была перенесена в Куряжский монастырь, а после его закрытия 8 лет находилась в харьковской Покровской церкви. В начале XIX столетия монастырь был восстановлен, и святую икону Божией Матери по просьбе братии возвратили в обитель. На поклонение этому чудотворному образу стекалось множество богомольцев из Харькова и окрестных селений, от нее по горячим молитвам верующих происходили многочисленные исцеления страждущих. В Озеряну доставили пожилую женщину из Днепропетровской области. Болезнь лишила ее возможности самостоятельно передвигаться. После молитвы и омовения в целебной воде источника больная встала на ноги и самостоятельно дошла до автомобиля, чтобы ехать домой. Жительница города Сумы приехала в Озеряну с сыном, который после травмы на химическом производстве потерял зрение. С любовью и надеждой молились они Богородице, и после омовения лица целебной водой источника сумчанин начал прозревать – различать предметы, ориентироваться на местности. В 1833, 1848, 1871 годы, во время эпидемий холеры в Харьковском уезде, Озерянскую икону возили по домам, перед ней служили молебны на площадях, после чего болезнь шла на убыль. Среди чудес зафиксированы многочисленные исцеления. 30 сентября каждого года (начиная с 1843-го) чудотворный образ Пресвятой Богородицы крестным ходом переносился в г. Харьков, где находился всю зиму, а 22 апреля таким же путем возвращался в монастырь. Озерянская икона была украшена дорогой ризой из червонного золота старинной работы, написана на холсте древним малороссийским письмом. Особенности иконографии Озерянской иконы позволяют в качестве ее протографа рассматривать один из списков Ченстоховской иконы Божией Матери. В годы богоборчества Озерянская икона Божией Матери, которая считается покровительницей Харькова и всего Слободского края, была утеряна. Сохранился лишь список, сделанный по всем церковным канонам и обладающий, как утверждают священнослужители, такой же чудотворной силой, как и оригинал. Тропарь, глас 3 Твоего́ предста́тельства увере́ние/ и милосе́рдия Твоего́ явле́ние/ ико́на Озеря́нская нам, Влады́чице, показа́ся;/ пред не́юже ду́ши на́ша в моли́тве излива́ем/ и ве́рою Тебе́ вопие́м:/ воззри́, Милосе́рдая, на лю́ди Твоя́,/ вся ско́рби на́ша и печа́ли утоли́,/ утеше́ние благо́е в сердца́ на́ша низпосли́// и спасе́ние ве́чное душа́м на́шим, Пречи́стая, испроси́. Кондак, глас 5 Не отри́ни, о, Милосе́рдая Ма́ти,/ слез и воздыха́ний на́ших,/ но проше́ния на́ша ми́лостивно прии́мши,/ пред ико́ною Твое́ю моля́щихся люде́й ве́ру укрепи́,/ умиле́нием сердца́ их испо́лни и крест земна́го жития́ носи́ти им помози́;/ ели́ка бо хо́щеши, мо́жеши.

Преподобный Иов Почаевский, игумен Преподобный Иов, игумен Почаевский, родился в Галиции, в Покутской области, от благочестивых родителей по прозванию Железо (около 1551 г.) и наречен был во святом крещении Иоанном. Жизнь в родительском доме, как ни была она кратковременна, имела сильное влияние на образование благочестивых наклонностей и всего нравственного характера преподобного. Едва он выучился читать, как уже, конечно, не без руководства родителей, стал знакомиться с высокими образцами нравственной жизни, какие он находил прежде всего в жизни тезоименитого ему Предтечи Господня Иоанна и потом в творениях преподобного Иоанна Лествичника и в житиях преподобных Саввы Освященного и Иоанна Дамаскина. Чтение таких образцов высоконравственной жизни не могло не оставить следа в душе Иоанна. Можно с уверенностью сказать, что под влиянием такого чтения еще в родительском доме возникли в нем те духовные стремления к подражанию высоким образцам древнего подвижничества, осуществлением которых служит вся последующая жизнь преподобного. Правда, преподобный был в то время еще малолетним; но, нужно заметить, что он отличался от обыкновенных мальчиков и, будучи “мал возрастом”, был, по словам писателя жития его Досифея, “совершен разумом”. Кроме чтения душеспасительных книг, на преподобного во время пребывания его в доме родителей, конечно, оказывала влияние и вся вообще нравственная обстановка в семье, живой пример добродетельной жизни его родителей. Так, в юную душу преподобного с ранних лет всеяны были семена строго нравственного характера, какими отличался он всю свою жизнь. Никогда слово и дело, знание и поступки не шли у него врозь, но всегда было между ними полное соответствие. Духовные стремления, какие проявились в преподобном в родительском доме, не могли получить там полного удовлетворения. Преподобного влекло к уединению, к пустынной подвижнической жизни. Влечение это было в нем так сильно, что взяло верх над сильной любовью к родителям, и он решился оставить их, чтобы удалиться в монастырь. Ему в это время было всего десять лет. Преподобный ушел из дома и прибыл в Угорницкий Спасо-Преображенский монастырь, находившийся там же, в Галиции, в Карпатских горах. Припав к ногам игумена этого монастыря, он умолял его принять в число братии. Черты лица преподобного показывали в нем юного избранника Божия, таким, по крайней мере, показался он игумену, и потому тот с радостью принял его в свою обитель. С вступлением в монастырь начинается для юного Иоанна новая жизнь. И в доме родительском привык он к благочестивому образу жизни, имея перед собой живой пример в лице родителей, но то были люди мирского благочестия. Здесь же, в монастыре, предстали ему люди, в своем житии старающиеся наглядно отобразить тот путь жизни, какой нарисовался в уме Иоанна от чтения душеспасительных книг, люди благочестия подвижнического. Иоанн почувствовал, что он попал в ту среду, куда влекли его духовные стремления, и вот он дал им полную волю, с увлечением начав проходить первые ступени подвижнической жизни. Не довольствуясь одним послушанием, на которое поставил его екклесиарх, юный Иоанн каждому иноку старался угождать разными услугами. Он возрадовался, что пришло наконец время вполне воспользоваться теми уроками богоугодной жизни, какие получил он при чтении образцов ее. Он вспомнил, что и Иоанн Лествичник, пришедши в монастырь в юных летах (15 л.), услуживал братии, и что то же самое раньше его делал преп. Иоанн Дамаскин. Пример же преп. Саввы Освященного побуждал его к подражанию другим чертам иноческой жизни. Имея пред собою такой пример, юный Иоанн всякое дело старался исполнять с кротостию и смирением и вообще подвизаться добрым житием и успевать в добродетели. И такие старания его не были тщетными. Видя благонравие, примерную кротость и глубокое его смирение, игумен с общего согласия постриг его в иноческий чин, когда ему было двенадцать лет, и назвал его Иовом. С этого времени просветленному уму юного инока предстал новый нравственный образец для подражания. То был образец жизни ветхозаветного праведника – многострадального Иова. Юный инок изучил этот образец и много нравственных черт из жизни ветхозаветного Иова осуществил в своей собственной иноческой жизни. “Не именем только, – говорит о юном Иове писатель жития его Досифей, – но и самым делом многоболезненному оному в Ветхом Завете Иову блаженнейший отец наш Иов не только уподобился, но, лучше скажу, во всех противностях жития далеко превзошел. Потому что у того скорбь от скорби, болезнь от болезней рождались попущением Божиим; этот же добровольно, по собственному своему желанию, томился, не щадя себя, при прохождении степеней жесточайшего подвижнического жития”. Жизнь преп. Иова по принятии им иночества, настолько была чиста и безукоризненна, несмотря на всю тяжесть иноческого подвига, что Досифей в написанном им житии преподобного уподобляет его Ангелу. “Был, – говорит он о преподобном, – инок весьма искусный, не так летами, как добродетелями украшенный, живя посреди братии, как Ангел... и с каждым днем все более и более совершенствуясь в добродетели”. Так умудрился преподобный и, несмотря на юный возраст, стал примером и образцом для братии, своим поведением давая им видеть достоинства и недостатки их, или, как говорит Досифей, “быв всем на позор и на пользу”. Такое житие преподобного инока в Угорницком Преображенском монастыре прославило его во всей Галиции. Не только простой народ, но и многие знатные вельможи стекались в Угорницкий монастырь, чтобы взглянуть на преподобного и получить от него совет для душевной пользы и назидание или же испросить от него благословения и молитв. Преподобный не отказывал в просьбах и назидал всех примером высокого благочестия. Преуспевая день ото дня в добродетели и достигнув совершенного возраста, т. е. 30 лет, преп. Иов возведен был на степень священства, хотя по глубокому смирению и долго отказывался от этого сана; и с тех пор свет подвижнической и благочестивой жизни его воссиял еще более. Он стал известен не только в Западной Руси, но и в стране Польской. Между тем в Западной Руси по попущению Божию последовало тяжкое испытание для православной церкви. В 1566 г. в Польше и Литве появились иезуиты. Эти фанатические приверженцы католичества вместе с неразумными ревнителями по вере – польскими магнатами начали преследовать православие и православных, вводить среди них унию, т. е. стараться обратить их в католичество. Православные христиане и их храмы предаваемы были поруганию. Только святые обители были убежищем и оплотом гонимому православию против ревнителей латинства. Поборник православия Константин Константинович, князь Острожский и Дубенский, ввиду этого последнего обстоятельства обратил свое особенное внимание на внутреннее и внешнее благоустройство православных обителей и главным образом на поддержание в них духа истинно христианского православного монашества. Ему хотелось видеть в иноках, находящихся в этих обителях, истинных монахов, какими они должны быть по указаниям законоположников монашества, – людей в особенности твердых в вере и проводящих свои убеждения в жизнь, – т.е. людьми с полным соответствием слова, чувства и дела, стойких против соблазнов иноверия и ересей. Он желал сделать православные монастыри, находящиеся в его обширных владениях, рассадниками таких истинных представителей православного монашества, и противопоставить их, с одной стороны, протестантским общинам, с другой – католическим монашеским орденам, и в особенности иезуитскому. Таким целям князя Острожского всего более соответствовала богоугодная жизнь пр. Иова. Князь Острожский знал, что преподобный с детства любил заниматься книжным чтением и старался подражать в своей жизни высоким образцам древнего монашества. Зная это, он не раз обращался к игумену Угорницкого Преображенского монастыря, усердно прося его отпустить блаж. Иова в Крестовоздвиженскую обитель, находившуюся в городе Дубно, на острове, – для того, чтобы он своим примером показал инокам этой обители “образ трудолюбного и богоугодного жития”, чтобы назидал братию и руководил ее в духовной жизни. С прискорбием выслушивал эти просьбы князя игумен Угорницкий; но так как они повторялись непрестанно, то должен был отпустить с миром блаженного подвижника в Дубенскую обитель. В Крестовоздвиженском монастыре, конечно, уже знали о святой подвижнической жизни преподобного Иова по слухам, и потому вскоре после прибытия туда по настоятельным просьбам всей братии он был избран игуменом этого монастыря. Это звание налагало на преподобного новые обязанности, которые были в особенности тяжелы из-за угнетенного состояния православия в западном крае в то время и особенного положения Дубенского Крестовоздвиженского монастыря. Крестовоздвиженский монастырь находился возле самого города, одного из видных центров тогдашней общественной жизни, и по необходимости долженствовал быть светильником для окрестного населения. Однако, несмотря на все тягости игуменского служения в Крестовоздвиженском монастыре в то время, преподобный Иов согласился посвятить себя этому служению, ибо на то и зван был он сюда князем Острожским. Став игуменом, преподобный Иов прежде всего стал заботиться о восстановлении порядка в монастырской жизни, который находился в крайнем упадке в то время не в одном только Дубенском, но и во всех юго-западных монастырях того времени. Современник преподобного Иова, бывший игумен Троице-Сергиевой Лавры старец Артемий, писал о тогдашнем общежитии следующее: “о общежительном чине обретохом писано от святых, яко прежде многих лет разрушися таковое жительство”. Стремясь к восстановлению порядка в общежитии монастыря, преподобный обратился к Студийскому уставу, который строители монастыря положили в основу устроенного ими монастырского общежития. Понятно, что при тогдашнем состоянии общежития он нашел много отступлений от основного устава монастырской жизни во вверенном его попечению монастыре. В Студийской обители преподобного Феодора Студита, по образцу которой первоначально устроена была обитель Крестовоздвиженская, с наступлением Великого поста монастырские врата затворялись и открывались для мирян только в Лазареву субботу. В Афонском уставе 971 года, составленном под редакцией Студийского игумена Евфимия, имеющем сходство с Студийским уставом, предписывалось и для скитников и для общинножителей, чтобы в Святую Четыредесятницу все, как подвизающиеся наедине, так и живущие общинно, пребывали в безмолвии и не ходили бы друг к другу без благословной причины, или без крайней нужды, или без потребности врачевания худых и срамных помыслов. Да и самим игуменам не разрешается в эти святые дни, кроме суббот, производить работы или явно делать что-либо другое, кроме духовного. Вряд ли соблюдалось все это в Крестовоздвиженском монастыре до игуменства Иова; между тем он восстановил этот порядок жизни в монастыре во время Святой Четыредесятницы. Есть предание, что князь Константин Острожский, питая особенное уважение и любовь к Дубенскому Крестовоздвиженскому монастырю, на первой неделе Великого поста удалялся сюда для молитвы и поста, приготовляя себя к исповеди и Святому Причастию, здесь сбрасывал с себя княжеское одеяние и облекался в иноческое. Заботясь о возвышении общего уровня внешней иноческой жизни в Крестовоздвиженском монастыре и подавая инокам своею собственною жизнью благой пример для подражания, преподобный Иов обратил также большое внимание на поднятие внутренней, духовной иноческой жизни во вверенной ему обители. Поставив на надлежащую высоту иноческую жизнь с внешней ее стороны и прилагая усердные старания к возвышению ее со стороны внутренней, духовной, неутомимый труженик и св. подвижник, игумен Иов не останавливался на этом. Наплыв иноверцев, еретиков и сектантов, волновавших современное преп. Иову православное русское общество, указывал ему на новое поприще для его деятельности, которое он не считал для себя чуждым. Он был далек от той мысли, что игуменское звание обязывает его к попечению об одних лишь исключительно монастырских нуждах, хотя попечение о них считал первою своею обязанностью: он считал своим долгом стремиться к тому, чтобы вверенный ему монастырь не одною только добродетельной жизнью иноков поучал окружающее мирское общество, но и учительным словом, применительно к обстоятельствам и положению этого общества. Поэтому он приложил много усилий к обличению иезуитской проповеди, католичества, резко восставая против учения о совершении Таинства Евхаристии на опресноках и защищая употребление квасного хлеба. Еще более усилий направил преподобный Иов к обличению протестантствующих сект, стараясь предохранить от них православное общество. Такая деятельность преподобного Иова в звании игумена Дубенского Крестовоздвиженского монастыря возвысила этот монастырь над другими Дубенскими монастырями и принесла ему громкую известность. Православные князья, господа и народ с разных мест стекались в Дубенскую обитель, в особенности же к самому блаженному игумену ее, “стужая ему, – как говорит писатель жития его, – честью и похвалами”. Но суетная слава мира сего начала смущать смиренного труженика и святого подвижника, не искавшего славы у человек и желавшего иметь свидетелем трудов своих и подвигов единого Тайнозрителя Бога. При том же личные наклонности преп. Иова влекли его к уединенной, пустынной жизни, где бы он мог подвизаться не в звании настоятельском, а как простой инок. К этому присоединились еще неудовольствие и некоторые неприятные столкновения с князем Дубенским Константином Константиновичем Острожским, который хотя и уважал преподобного, однако не всегда действовал согласно с его взглядами. Вследствие всего этого преподобный Иов, послужив по мере сил своих и возможности на пользу Дубенского Крестовоздвиженского монастыря и возвысив его перед другими дубенскими монастырями, оставил этот монастырь после двадцатилетнего управления им и удалился на Почаевскую гору, – в ту обитель, которая теперь известна под именем Почаевской Лавры. Преподобный Иов прибыл туда в то самое время, когда обитель на Почаевской горе только еще начинала благоустрояться после перенесения туда из дома благочестивой владетельницы Почаевской чудотворной иконы Богоматери. В обители не было даже игумена. Почаевские иноки чрезвычайно обрадовались прибытию преподобного и стали упрашивать его принять над ними игуменство. Но не для этого шел на Почаевскую гору Иов. Он искал места для уединенных подвигов, и Почаевская гора привлекала его своим сравнительно отдаленным нахождением от шумной городской жизни и пустынностью местности, тогда еще бывшей в безвестности и еще не успевшей прославиться чудною иконой Богоматери. Не думал препод. Иов игуменствовать в Почаевской обители, он хотел подвизаться здесь простым иноком; но по смирению своему не мог отказаться от предложения. К тому же он надеялся, что здесь, в Почаевской обители, при управлении ею, у него останется много времени и для пустынных уединенных подвигов, и что, следовательно, служа обители, он найдет возможность удовлетворять и заветным стремлениям своей души. И вот он согласился и избран был во игумена. Положение, в каком находилась тогда новосозидавшаяся Почаевская обитель, указывало преподобному Иову на занятия практического характера. В то время здесь, на месте бывшего пустынножительства, только еще начинало устраиваться общежитие. Преподобный прежде всего позаботился о построении каменного храма вместо деревянного, построенного древними иноками почаевскими вблизи скалы на доброхотные подаяния жертвователей и теперь пришедшего в ветхость. Позаботился также о прочном обеспечении средств на содержание монастыря, выхлопотав приписку к нему различных земель и угодий. Кроме того, прилагал старание к устройству в монастыре колодцев, прудов, огородов, садов и т. п. Во всех этих работах он сам с любовью принимал деятельное участие. Собственными руками насаждал он плодовые деревья, прививал их, окапывал. Устроенный им сад и до сего времени существует у подножия Почаевской Лавры. Сам же копал он и озеро, обнося его плотинами. Озеро это также существует и теперь за оградою монастыря Почаевской Лавры. В самом начале таких забот и попечений преподобного Иова, направленных к созиданию и благоустроению Почаевской обители, обитель эту постигло несчастье. По смерти благочестивой владетельницы Почаевской Анны Гойской, которая вверила монастырю хранение чудотворной иконы Богоматери, все владения ее перешли по наследству к бельскому каштеляну, впоследствии сандомирскому воеводе Андрею Ферлею. Он, будучи лютеранского вероисповедания, ненавидел Почаевскую обитель и обитавших в ней иноков. Поэтому всеми мерами старался делать им притеснения: отнял у них земли, пожертвованные им Гойскою, запретил даже давать воду, которую иноки брали в Почаеве, так как своего колодца в обители тогда еще не было; не допускал усердных богомольцев на поклонение иконе Богоматери и явно хулил саму чудотворную икону. Затем, наконец, желая совершенно уничтожить обитель Почаевскую, он задумал отнять у иноков икону, предполагая, что они, лишась ее, не останутся на месте и разойдутся в разные стороны. В 1623 году, 19-го июня, он послал своего слугу Григория Козенского с воинами-лютеранами в Почаевскую обитель с оружием, приказав разграбить ее. Григорий, ворвавшись в монастырь, устремился в храм и похитил чудотворную икону Богоматери и вместе с нею все церковные ценности, какие только нашел в храме: сосуды, священные одежды, золото, серебро, жемчуги и все серебряные изображения, принесенные в храм теми, которые по молитвам чудотворной иконе Богоматери исцелены были от разных болезней. Ограбив все сокровища монастыря, Григорий привез их вместе с иконою Богоматери в городок Козин в имение Андрея Ферлея. Ферлей чрезвычайно обрадовался такому безбожному делу и, не зная, что еще предпринять к поруганию святыни, решился на следующий кощунственный поступок. Он призвал свою жену, надел на нее священные одежды, дал в руки святой потир (чашу), и она в таком виде при большом собрании гостей стала хулить Богоматерь и дивную Ее икону. Тогда Сама Владычица пришла на помощь преподобному игумену Почаевскому Иову и братии. За кощунственное обращение со Своей иконой Она предала жену Ферлееву тяжкой болезни, которая не прекращалась до тех пор, пока чудотворная икона не была возвращена в Почаевский монастырь; утварь же и сокровища церковные так и остались в руках святотатца. Надеясь на помощь вышней Покровительницы горы, Иов с таким же усердием, как и ранее, по мере сил своих старался о воссоздании обители, и надежда не посрамила преподобного. Чудеса, которые снова стала источать икона всем, с верою к ней притекающим, стали с прекращением неприятельских нападений привлекать в обитель богомольцев. Снова возрастала обитель Почаевская. Многие благочестивые христиане сочувственно относились к трудам и заботам Иова об обители и помогали ей своими материальными средствами на благолепие ее и благоукрашение. Заботы преподобного Иова о благоустройстве обители не мешали ему, как ранее и предполагал он, предаваться подвигам подвижническим. Если уже в юном возрасте, подвизаясь в Угорницком Спасо-Преображенском монастыре, преподобный удивлял своих сподвижников и жил “как Ангел” среди монастырской братии, “быв всем на позор и на пользу”, то что сказать о подвигах его теперь, когда он уже умудрился в подвижничестве? Преподобный Иов, раз избрав себе образцы для подражания подвижнического, остался верен им и теперь. “Что сказать, – говорит о нем Досифей, – о нощных подвигах его молитв, которые совершал он с усердным коленопреклонением? В пещере, в которой он подвизался, до сих пор остаются следы его коленопреклонений. Часто уединяясь в эту пещеру, он иногда в продолжение трех дней, а иногда и в продолжение целой недели пребывал в молитвенных подвигах и посте, питаясь обильно слезами умиления, изливаемыми от чистого сердца, и прилежно молясь о благосостоянии и спасении мира”. Преподобный Иов по примеру древних молчальников был настолько молчалив, что по временам с трудом можно было услышать от него что-нибудь другое, кроме молитвы, которая постоянно исходила из уст его: “Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя”. Кроме поста, непрестанной молитвы, коленопреклонений, слез и молчания, – братолюбие, глубокое смирение, послушание, кротость и милосердие составляли отличительные качества блаженного подвижника. От постоянных трудов и подвигов плоть преподобного Иова была измождена, и тело его, и особенно ноги исполнены были язв, так что он с апостолом мог сказать: “аз язвы Господа Иисуса на теле моем ношу” (Гал.6,17). Строгий и взыскательный к самому себе, преподобный Иов по любви к ближним был снисходителен к немощам других и крайне незлобив. Вот доказательство его незлобия: однажды в глубокую ночь, проходя мимо гумна, увидел он человека, похищавшего монастырскую пшеницу, и так нежданно подошел к похитителю, что тот и шагу не мог сделать от наполненного пшеницею мешка. Застигнутый на месте преступления, похититель не столько испугался, сколько устыдился преподобного и в оцепенении стоял пред ним неподвижно, как камень. Потом пал к ногам его и умолял никому не рассказывать о его поступке, боясь прослыть за вора, между тем как ранее все считали его честным человеком и уважали его. Незлобивый старец не угрожал виновному ничем, но еще сам собственными руками помог похитителю поднять на плечо мешок с пшеницей, сделав ему при этом наставление о том, как предосудительно похищение чужой собственности и, приведши ему на память заповеди Божии и Страшный Суд Господень, на котором он должен будет дать отчет в своем поступке, с миром отпустил его. Так в подражании святым древним подвижникам Христовым подвизался преподобный игумен Почаевский Иов. Множество подвигов его, как замечает писатель жития его, “можно уподобить разве безчисленному множеству звезд на тверди небесной, и они известны единому Богу, прозирающему в тайные изгибы сердец человеческих”. Среди забот о благоустроении Почаевской обители и подвижнических трудов преподобный Иов находил время и для духовно-просветительской деятельности. Преподобный игумен Почаевский в 1628 г. принимал участие в Киевском Соборе, заставившем известного отступника от православия Мелетия Смотрицкого отречься от своих заблуждений. Вместе с другими лицами, присутствовавшими на соборе, Иов подписал соборное определение, в котором заявил, что он “твердо стоит в православной вере, не мыслит об отступлении в унию и под клятвою обещается не отступать и к тому же увещевать весь православный народ”. Преподобный Иов - в великой схиме Иоанн. Несмотря на неустанные заботы о монастырском благоустройстве, на жестокие подвижнические труды и на всю вообще полную неусыпной деятельности жизнь, преподобный дожил до 100 лет и, предсказав день смерти своей за неделю, тихо, без всяких страданий почил 28 октября 1651 г., оставив как в обители Почаевской, так и во всей стране Волынской благоговейное воспоминание о неусыпных молитвах, неподражаемом трудолюбии и высоких своих добродетелях. Почил он в уединении, так как под конец своей жизни, именно в 1649 г., чувствуя слабость сил своих, сдал игуменскую должность отцу Самуилу (Добрянскому), продолжая, однако, и после этого именоваться игуменом Почаевским. Тело преподобного после погребения оставалось в земле семь лет. Потом многие начали замечать исходивший из могилы его свет, и сам он трижды во сне являлся православному митрополиту Киевскому Дионисию Балабану и увещевал его открыть мощи, лежавшие под спудом. В 1659 г. 28 августа митрополит Дионисий с архимандритом Феофаном и с братиею обители открыли гроб преподобного, и святые мощи его обретены были нетленными. С подобающей честию, при многочисленном собрании народа, перенесены были они в великую церковь Живоначальной Троицы и положены в паперти. С тех пор от мощей преподобного Иова потекли исцеления, о чем можно прочитать в его житии. Со времени преподобного Иова утвержденная им обитель Почаевская испытала много бедствий. В особенности памятно для нее и никогда не изгладится из летописей ее одно: в период водворения унии в Юго-Западной России Почаевская обитель не устояла против униатов и в 1720 г. была отнята ими у православных – здесь поселились униатские базилианские монахи. Во владении униатов православная обитель находилась до 1831 г. В этом году почаевские базилианские монахи за их возмутительное поведение во время польского мятежа и за возбуждение народа к восстанию были удалены из Почаевской обители по повелению в Бозе почившего императора Николая Павловича, и обитель возвращена православным. Первым настоятелем Почаевского монастыря по переходе его к православным был преосвященный епископ Волынский Амвросий, который избрал своим наместником кременецкого протоиерея Григория Рафальского, впоследствии высокопреосвященного Антония, митрополита Новгородского и Санкт-Петербургского. Память преподобного Иова празднуется в Почаевской Лавре трижды в год: 19 мая – в день памяти Иова Многострадального; 10 сентября – в день обретения честных мощей преподобного Иова; 10 ноября – в день его кончины. (Даты указаны по новому стилю.) И в наши дни честные мощи обильно источают чудеса во славу Триипостасного Бога, Ему же подобает всякая слава, честь и поклонение, Отцу и Сыну и Святому Духу, ныне и присно и во веки веков. Аминь. Тропарь, глас 4 Многострада́льнаго пра́отца долготерпе́ние стяжа́в,/ Крести́телеву воздержа́нию уподобля́яся,/ Боже́ственныя же ре́вности обою́ приобща́яся,/ тех имена́ досто́йно прия́ти сподо́бился еси́/ и и́стинныя ве́ры был еси́ пропове́дник безбоя́знен:/ те́мже мона́хов мно́жества ко Христу́ приве́л еси́/ и вся лю́ди в Правосла́вии утверди́л еси́,/ И́ове преподо́бне о́тче наш,// моли́ спасти́ся душа́м на́шим. Кондак, глас 4 Яви́лся еси́ и́стинныя ве́ры столп,/ ева́нгельских же за́поведей ревни́тель,/ горды́ни обличе́ние,/ смире́нным же предста́тель и науче́ние:/ те́мже и ублажа́ющим тя грехо́в отпуще́ние испроси́,/ и оби́тель твою́ невреди́му сохрани́,// И́ове о́тче наш, многострада́льному подо́бный. Молитва О, преподо́бне о́тче И́ове, и́ноков трудолю́бнаго жития́ богому́дрый наста́вниче, кро́тости и воздержа́ния, чистоты́ и целому́дрия, братолю́бия и нищелю́бия, терпе́ния и бде́ния от ра́нней ю́ности до по́здней ста́рости неутоми́мый подви́жниче, ве́ры Правосла́вныя вели́кий ревни́телю и непреобори́мый побо́рниче, земли́ Волы́нския и Га́лицкия свети́ло благосве́тлое и святы́я Поча́евския оби́тели непобеди́мый защи́тниче! При́зри о́ком благоутро́бия твоего́ на нас недосто́йных чад твои́х, к тебе́ усе́рдно по вся дни прибега́ющих и на боголюби́выя лю́ди сия́, пред твои́ми духоно́сными и многоцеле́бными моща́ми собра́вшияся и благогове́йно к тем припа́дающия, и испроси́ предста́тельством твои́м ко Всевы́шнему Влады́це им и нам вся, я́же к животу́ и благоче́стию, поле́зная и благопотре́бная: боля́щия исцели́, малоду́шныя обо́дри, скорбя́щия уте́ши, оби́димыя заступи́, немощны́я подкрепи́ и пове́рженныя до́лу возста́ви, всем вся, благода́тию от Бо́га да́нною, да́руй, по коего́ждо ну́жде и потре́бе, во спасе́ние души́ и во здра́вие те́лу. Вознеси́ уго́дниче Бо́жий всемо́щную моли́тву твою́ о Росси́йской держа́ве, да бу́дет вы́ну мир и тишина́, благоче́стие и благоде́нствие, в суда́х пра́вда и ми́лость, в сове́тах му́дрость и благо́е преспе́яние, да утвержда́ется же во благи́х челове́цех ве́рность, в злых же страх и боя́знь, во е́же преста́ти им от зла и твори́ти до́брая, да та́ко в держа́ве Росси́йстей ца́рство Христо́во расте́т и мно́жится и да просла́вится в нем Бог, ди́вный во святы́х свои́х: Ему́же еди́ному подоба́ет вся́кая сла́ва, честь и поклоне́ние Отцу́ и Сы́ну, и Свято́му Ду́ху, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в. Ами́нь. Величание Ублажа́ем тя,/ преподо́бне о́тче наш И́ове,/ и чтим святу́ю па́мять твою́,/ наста́вниче мона́хов// и собесе́дниче А́нгелов.

Святитель Димитрий, митрополит Ростовский Святитель Димитрий, митрополит Ростовский (в миру Даниил Саввич Туптало), родился в декабре 1651 года в местечке Макаров, Киевский казачий полк Войска Запорожского, недалеко от Киева, в благочестивой семье сотника Киевского казачьего полка Саввы Григорьевича Туптало (1599—1703) и его жены Марии Михайловны Туптало и вырос глубоко верующим христианином. В 1662 году, вскоре после переезда родителей в Киев, Даниил был отдан в Киево-Могилянскую коллегию, где впервые раскрылись дарования и незаурядные способности талантливого юноши. Он успешно изучил греческий и латинский языки и ряд классических наук. 9 июля 1668 года Даниил принял монашество с именем Димитрий – в честь великомученика Димитрия Солунского. До весны 1675 года он проходил иноческое послушание в Киевском Кирилловом монастыре, где началась его литературная и проповедническая деятельность. Черниговский архиепископ Лазарь (Баранович) рукоположил Димитрия 23 мая 1675 года во иеромонаха. В течение нескольких лет иеромонах Димитрий подвизался, проповедуя слово Божие, в различных монастырях и храмах Украины, Литвы и Белоруссии. Некоторое время он был игуменом Максимовской обители, а затем Батуринского Никольского монастыря, откуда в 1684 году был вызван в Киево-Печерскую Лавру. Настоятель Лавры архимандрит Варлаам (Ясинский), зная высокую духовную настроенность своего бывшего ученика, его образованность, склонность к научному труду, а также несомненное литературное дарование, поручил иеромонаху Димитрию составление Четиих-Миней (житий святых) на весь год. С того времени вся дальнейшая жизнь святителя Димитрия была посвящена выполнению этого подвижнического, грандиозного по своим масштабам труда. Работа требовала огромного напряжения сил, нужно было собрать и проанализировать множество разрозненных источников и изложить их языком, достойным высокого предмета изложения и одновременно доступным всем верующим. Божественная помощь не оставляла святителя на протяжении его двадцатилетнего труда. По свидетельству преподобного, душа его наполнилась образами святых, которые укрепляли его дух и тело, вселяли веру в благополучное завершение его благородного труда. Одновременно с этим преподобный Димитрий был настоятелем нескольких монастырей (поочередно). Труды подвижника обратили на себя внимание патриарха Адриана. В 1701 году указом Петра I архимандрит Димитрий был вызван в Москву, где 23 марта в Успенском соборе Кремля был хиротонисан на Сибирскую митрополичью кафедру в город Тобольск. Но через некоторое время из-за важности научного труда и слабого здоровья святитель получил новое назначение в Ростов-Ярославский, куда прибыл 1 марта 1702 года в качестве митрополита Ростовского. Как и прежде, он продолжал неусыпно заботиться об укреплении единства Русской Православной Церкви, ослабленного старообрядческим расколом. В его вдохновенных трудах и проповедях многие поколения русских богословов черпают духовные силы для творчества и молитвы. Для всех православных христиан он остается примером святой, аскетической, нестяжательной жизни. По его кончине, последовавшей 28 октября 1709 года, у него не нашли никакого имущества, кроме книг и рукописей. Причисление святителя Димитрия, митрополита Ростовского, к лику святых совершилось 22 апреля 1757 года. Празднество ему установлено также 21 сентября, в день обретения мощей. Святитель Димитрий, митрополит Ростовский, прибыв в 1702 году на Ростовскую кафедру, прежде всего посетил монастырь святителя Иакова, епископа Ростовского (память 27 ноября и 23 мая). В соборной церкви в честь Зачатия Пресвятой Богородицы он совершил литургию, после которой при всех присутствовавших в храме определил на правой стороне место своего будущего погребения со словами: "Се покой мой, зде вселюся в век века". Преставился святитель Димитрий 28 октября 1709 года. Несмотря на желание святителя, выраженное в завещании, духовенство и жители Ростова просили прибывшего для погребения местоблюстителя патриаршего престола Рязанского митрополита Стефана Яворского совершить погребение в соборном храме города, рядом с предшественником святителя Димитрия, святителем Иоасафом. Митрополит Стефан, соблюдая завещание своего почившего друга, настоял на погребении тела святителя Димитрия в указанном месте. Однако до прибытия митрополита Стефана место погребения приготовлено не было, хотя со дня кончины прошло около месяца. В связи с неотложным отъездом митрополита Стефана из Ростова в выкопанной могиле был сделан наскоро заготовленный деревянный сруб, в котором 25 ноября было погребено тело святителя. Это обстоятельство, предусмотренное Промыслом Божиим, привело к скорому обретению мощей. В 1752 году производился ремонт в соборной церкви монастыря, и 21 сентября при починке опустившегося пола было обнаружено нетленное тело святителя Димитрия. Место погребения оказалось сырым, дубовый гроб и находившиеся в нем рукописи истлели, но тело святителя, а также омофор, саккос, митра и шелковые четки сохранились нетленными. После обретения у святых мощей совершалось множество исцелений, о чем было донесено Синоду, по предписанию которого в Ростов прибыли Суздальский митрополит Сильвестр и Симоновский архимандрит Гавриил для освидетельствования мощей святителя Димитрия и происшедших чудесных исцелений. Последовал указ Синода от 29 апреля 1757 года о причислении к лику святых святителя Димитрия, митрополита Ростовского и установлении празднования 28 октября (день преставления) и 21 сентября (день обретения мощей). Тропарь, глас 4 Святи́телие прему́дрии,/ па́ствы ва́шея учи́телие богопросвеще́ннии,/ ве́ру ева́нгельскую в лю́дех преумно́жившии,/ любве́ Небе́сныя на земли́ достоподража́тельнии о́брази,/ лю́ди страны́ Росто́вския и Яросла́вския приобща́вшии спасе́нию,/ служи́телие вои́стинну Бо́жии/ и соприча́стницы апо́столов досто́йнии яви́лися есте́,/ Лео́нтие священному́чениче, Иса́ие, Игна́тие, Иа́кове, Фео́доре/ и златослове́сниче Росси́йский Дими́трие,/ Христа́ Бо́га моли́те/ о архиере́ех, на престо́ле ва́шем прее́мницех,/ о лю́дех, благоче́стно вас почита́ющих,/ о стране́ на́шей правосла́вней// и о всей Христо́вей Це́ркви. Кондак, глас 4 Звезду́ Росси́йскую от Ки́ева возсия́вшую,/ и чрез Но́вград Се́верский в Росто́в дости́гшую,/ всю же страну́ сию́ уче́ньми и чудесы́ озари́вшую,/ ублажи́м златослове́снаго учи́теля Дими́трия,/ той бо все́м вся написа́, я́же к наставле́нию,/ да всех приобря́щет, я́коже Па́вел Христу́,// и спасе́т правове́рием ду́ши на́ша. Молитва О, всеблаже́нный святи́телю Дими́трие, вели́кий уго́дниче Хрис­то́в, Златоу́сте Росси́йский, услы́ши нас гре́шных, моля́щихся тебе́, и принеси́ моли́тву на́шу к Ми́лостивому и Человеколю́бцу Бо́гу, Ему́же ты ны́не в ра́дости святы́х и с ли́ки А́нгел предстои́ши! Умоли́ Его́ благоутро́бие, да не осу́дит нас по беззако́ниям на́шим, но да сотвори́т с на́ми по ми́лости Свое́й. Испроси́ нам у Христа́ и Бо́га на́шего ми́рное и безмяте́жное житие́, здра́вие душе́вное и теле́сное, земли́ благопло́дие и во всем вся́­кое изоби́лие и благоде́нствие, и да не во зло обрати́м блага́я, да́руемая нам от Ще́дрого Бо́га, но в сла́ву Его́ и в прославле́ние твоего́ заступле́ния. Да́руй нам богоуго́дно прейти́ по́прище вре́менныя жи́зни; изба́ви нас возду́шных мыта́рств и наста́ви нас на путь, веду́щий в селе́ния пра́ведных, иде́же пра́зднующих глас непреста́нный, зря́щих Бо́жия лица́ неизрече́нную добро́ту. Це́рковь же Святу́ю от раско́лов и ересе́й сохрани́, ве́рных укрепи́, заблужда́ющих обрати́ и всем да́руй вся, я́же ко спасе́нию и сла́­ве Бо́жией подоба́ющая; Оте́чество твое́ сохрани́ от враго́в ненаве́тно, но побора́й ору́жие Крестоно́снаго во́инства; и пода́ждь нам всем твое́ архипа́стырское и свято́е благослове́ние, да о́ным осеня́еми, изба́вимся от ко́зней лука́ваго и избе́гнем от вся́кия беды́ и напа́сти. Услы́ши моле́ние на́ше, о́тче Дими́трие, и моли́ непреста́нно о нас Всеси́льнаго Бо́га, сла́вимаго и поклоня́емаго в Трие́х Ипоста́сех, Ему́же подоба́ет вся́кая сла́ва, честь и держа́ва во ве́ки веко́в. Ами́нь. Величание Велича́ем тя,/ святи́телю о́тче Дими́трие,/ и чтим святу́ю па́мять твою́,/ ты бо мо́лиши за нас// Христа́, Бо́га на́шего.

Преподобный Нестор Летописец, Печерский Преподобный Нестор Летописец родился в 50-х годах XI века в Киеве, 17-ти лет поступил в Киево-Печерскую обитель. Был послушником преподобного Феодосия. Постриг принял от игумена Стефана, преемника Феодосия. Чистотою жизни, молитвою и послушанием юный подвижник скоро превзошел даже известных печерских старцев. Был посвящен во иеродиакона. О его высокой духовной жизни говорит то, что он в числе других преподобных отцов участвовал в изгнании беса из Никиты Затворника, впоследствии Новгородского святителя (память 31 января), прельщенного в иудейское мудрствование. Преподобный Нестор является составителем первоначальной истории нашего Отечества, или летописи, где он излагает по годам сказание о начале Русской земли и последующих событиях ее истории до 1100 года. Кроме того, им написано житие святых князей Бориса и Глеба, «Сказание о первых печерских подвижниках» и проч. Нестор достиг глубокой старости и мирно скончался около 1114 года. Тропарь, глас 4 Вели́ких князе́й ру́сских дея́ния/ и преподо́бных оте́ц Пече́рских жития́ и чудеса́ написа́вый,/ свое́ же, Богому́дре Не́сторе, мно́гих ти ра́ди доброде́телей и́мя/ напи́сано на Небеси́ стяжа́вый,// моли́ и нам написа́тися в Кни́ги Живо́тныя. Кондак, глас 2 Я́ко сый Богоно́снаго Феодо́сия учени́к/ и и́стинный жития́ того́ подража́тель,/ пе́рвый честны́х его́ моще́й самови́дец бы́ти сподо́бился еси́,/ я́же с про́чиими святоле́пно прене́с,/ насле́дил еси́ с те́миже Ца́рство Небе́сное,// е́же получи́ти и нам, чту́щим тя, Го́сподеви моли́ся. Молитва О, преподо́бне о́тче, прему́дре наста́вниче и Боголюбе́зне подви́жниче Не́сторе Летописче! Предстоя́й со дерзнове́нием престо́лу Ве́чныя Сла́вы, не забу́ди на́с гре́шных и недосто́йных, бу́рями страсте́й отягче́нных, и хода́тайством твои́м непреста́нным защити́ страну́ на́шу, тебе́ при́сную, и соотчии твоя́ от вся́ких зо́л и скорбе́й. Утверди́ се́рдца на́ша в правосла́вней ве́ре, оте́чество свое́ научи́ люби́ти и в братолю́бии кре́пце пребыва́ти. Наста́ви на́с на стези́ спасе́ния, да моли́твами твои́ми, засту́пниче на́ш, вни́дем в ве́чное Ца́рство сла́вы, восхваля́юще Го́спода и прославля́юще твое́ заступле́ние во ве́ки веко́в. Ами́нь.

Мученик Нестор Солунский (Фессалоникийский) Мученик Нестор, ученик св. Димитрия Солунского, во время гладиаторских игр вступил в бой с любимым силачом императора германцем Лием, который убивал многих христиан. Перед поединком Нестор испросил благословения и молитв у своего наставника в темнице. Св. Димитрий осенил его крестным знамением и предрёк: «Лия победишь и сам постраждешь за Христа». Укреплённый Божией силой, Нестор победил Лия. Разгневанный император, узнав, что победитель ‒ христианин, приказал казнить св. Нестора через усечение мечом. * * Юноша Нестор был учеником святого Димитрия Солунского, приходивший в тюрьму слушать его наставления. По случаю императорского прибытия в Солуни происходили гладиаторские игры. Некий германец Лий, любимый силач императора, одолевал всех и сбрасывал с помоста на острые копья. Нестор, видя, как Лий убивал христиан, решился вступить в борьбу с ним и пошел к Димитрию в темницу просить его молитвы и благословения. Святый осенил его крестным знамением и сказал: «Лия победишь и сам постраждешь за Христа!» Укрепленный всемогущей силой Божией, юноша-христианин, к посрамлению язычников, победил Лия и сбросил его с помоста на копья. Взбешенный император, узнав, что Нестор – христианин и ученик святого Димитрия, повелел немедленно казнить святого, который был тотчас обезглавлен. Тропарь, глас 4 Му́ченик Твой, Го́споди, Не́стор,/ во страда́нии свое́м вене́ц прия́т нетле́нный от Тебе́ Бо́га на́шего,/ име́яй бо кре́пость Твою́,/ мучи́телей низложи́,/ сокруши́ и де́монов немощны́я де́рзости:/ того́ моли́твами// спаси́ ду́ши на́ша. Кондак, глас 2 Страда́льчествовав до́бре, безсме́ртную сла́ву насле́довал еси́ ны́не,/ я́ко во́ин изря́дный Влады́ки был еси́, моли́твами Дими́трия му́ченика:// с ним у́бо, Не́сторе му́дре, моля́ не преста́й о всех нас. Мученик Нестор Солунский (Фессалоникийский) - 961592756319

Преподобный Феофил Печерский, архиепископ Новгородский Святитель Феофил, архиепископ Новгородский, был избран по жребию после смерти святителя Ионы († 1471; память 5 ноября) и возведен в сан архиепископа Новгородского 15 декабря 1472 года в Москве. До возведения в сан архиепископа он подвизался ризничим в Отенской пустыни. Трудный жребий выпал на долю святителя по управлению новгородской паствой: посадница Марфа Борецкая и ее приверженцы вооружали и возмущали народ против великого Московского князя Иоанна III, а монах Пимен, сторонник Борецких, разжигал в пастве ненависть к архиепископу. Некоторые из новгородцев склонялись перейти на сторону Литвы, изменив Московскому князю, и готовы были пойти на вероотступничество. Святитель Феофил останавливал мятежных новгородцев: "Не изменяйте православию, или не буду пастырем отступников, уйду назад в смиренную келлию, откуда извлекли вы меня на позорище мятежа". Сохранилась отреченная грамота святителя, написанная в 1479 году. Однако ослепленный народ не внимал словам пастыря: между Новгородом и Москвой разгорелась междоусобная война. Разбитые новгородцы вынуждены были просить пощады, и многие из них обязаны жизнью заступничеству святителя. В 1480 году святитель Феофил был отправлен Иоанном III на заточение в Московский Чудов монастырь и "сидел полтретья лето, ту и преставися". По преданию, когда святитель Феофил лежал больной в Чудовом монастыре, во сне явился к нему Новгородский святитель Нифонт (†1156; память 8 апреля), похороненный в пещерах преподобного Антония Печерского, и напомнил об обещании поклониться Печерским чудотворцам. Святой архиепископ отправился в Киев и уже приближался к Днепру, как болезнь его усилилась, и он получил откровение, что хотя не дойдет живым до пещер, но тело его упокоится в них. Это исполнилось. Память его совершается также с Собором Дальних пещер 28 августа и во 2-ю Неделю Великого поста, с общим Собором Киево-Печерских отцов. Тропарь, глас 4 Пра́вило ве́ры, и о́браз кро́тости,/ и воздержа́ния изве́стный учи́тель Христо́ву ста́ду вои́стину был еси́,/ уча е́ вы́ну смире́нию,/ не му́дрствовати е́же высо́кая,/ сего́ ра́ди стяжа́л, я́же жела́ше,/ о́тче святи́телю Фео́филе,// моли́ Христа́ Бо́га спасти́ся душа́м на́шим. Кондак, глас 4 Я́ко вои́стинну по и́мени своему́ ты,/ Боголюбе́зне святи́телю Фео́филе и преподо́бне, соблю́дши,/ яви́ся тебе́ Христо́с Спас,/ обеща́я ти Живо́т и Ца́рствие Свое́,// в не́мже, днесь лику́я, не забу́ди нас, рабо́в твои́х.

Святой великомученик Димитрий Солунский Святой великомученик Димитрий Солунский был сыном римского проконсула в Фессалониках (современные Салоники, славянское название - Солунь). Шел третий век христианства. Римское язычество, духовно сломленное и побежденное сонмом мучеников и исповедников Распятого Спасителя, усиливало гонения. Отец и мать святого Димитрия были тайными христианами. В тайной домовой церкви, бывшей в доме проконсула, мальчик был крещен и наставлен в христианской вере. Когда умер отец, а Димитрий уже достиг совершеннолетия, император Галерий Максимиан, вступивший на престол в 305 году, вызвал его к себе и, убедившись в его образованности и военно-административных способностях, назначил его на место отца проконсулом Фессалоникийской области. Главная задача, возложенная на молодого стратега, состояла в обороне города от варваров и истреблении христианства. Интересно, что среди угрожавших римлянам варваров важное место занимали наши предки славяне, особенно охотно селившиеся на Фессалоникийском полуострове. Существует мнение, что и родители Димитрия были славянского происхождения. В отношении к христианам воля императора была выражена однозначно: "Предавай смерти каждого, кто призывает имя Распятого". Император не подозревал, назначая Димитрия, какую широкую стезю исповеднических подвигов предоставляет он тайному подвижнику. Приняв назначение, Димитрий возвратился в Фессалоники и тотчас пред всеми исповедал и прославил Господа нашего Иисуса Христа. Вместо того, чтобы гнать и казнить христиан, он стал открыто учить жителей города христианской вере и искоренять языческие обычаи и идолопоклонство. Составитель Жития, Метафраст, говорит, что он стал для Фессалоник в своей учительной ревности "вторым апостолом Павлом", потому что именно "апостол языков" основал когда-то в этом городе первую общину верующих (1 Фес., 2 Фес.). Святому Димитрию предназначено было Господом последовать за святым апостолом Павлом и в мученической кончине. Когда Максимиан узнал, что вновь назначенный им проконсул - христианин, и многих римских подданных, увлеченных его примером, обратил в христианство, гневу императора не было границ. Возвращаясь из похода в Причерноморье, император решил вести армию через Фессалоники, полный желания расправиться с солунскими христианами. Узнав об этом, святой Димитрий заблаговременно повелел своему верному служителю Луппу раздать имение нищим со словами: "Раздели богатство земное между ними - будем искать себе богатства небесного". А сам предался посту и молитве, готовя себя к принятию мученического венца. Когда император вошел в город, вызвали к нему Димитрия, и он смело исповедал себя христианином и обличил неправду и суетность римского многобожия. Максимиан приказал заключить исповедника в темницу, и Ангел сошел к нему в узилище, утешая и укрепляя в подвиге. Между тем император предался мрачным гладиаторским зрелищам, любуясь, как его любимый силач, германец по имени Лий, сбрасывал с помоста на копья воинов побежденных им в борьбе христиан. Отважный юноша, по имени Нестор, из солунских христиан, пришел в темницу к своему наставнику Димитрию и просил благословить его на единоборство с варваром. По благословению Димитрия, Нестор одолел молитвами святого угодника свирепого германца и сбросил его с помоста на копья воинов, как убийца-язычник сбрасывал христиан. Разгневанный повелитель приказал немедленно казнить святого мученика Нестора (память 27 октября) и послал стражу в темницу - пронзить копьями благословившего его на подвиг святого Димитрия. На рассвете 26 октября 306 года в подземную темницу святого узника явились воины и пронзили его копьями. Верный служитель святой Лупп собрал на полотенце кровь святого великомученика Димитрия, снял с его пальца императорский перстень, знак высокого достоинства его, и также омочил в крови. Перстнем и другими святынями, освященными кровью святого Димитрия, святой Лупп стал исцелять недужных. Император повелел схватить и умертвить его. Тело святого великомученика Димитрия было выброшено на съедение диким зверям, но солунские христиане взяли его и тайно предали земле. При святом равноапостольном Константине (306-337) над могилой святого Димитрия была воздвигнута церковь. Сто лет спустя, при строительстве нового величественного храма на месте ветхого, обретены были нетленные мощи святого мученика. С VII века при раке великомученика Димитрия начинается чудесное истечение благовонного мира, в связи с чем великомученик Димитрий получает церковное именование Мироточивого. Несколько раз почитатели солунского чудотворца делали попытки к перенесению его святых мощей или частицы их в Константинополь. Но неизменно святой Димитрий таинственно проявлял свою волю остаться покровителем и защитником родных Фессалоник. Неоднократно подступавшие к городу славяне-язычники бывали отогнаны от стен Солуни видом грозного светлого юноши, обходившего стены и внушавшего ужас воинам. Может быть, потому имя святого Димитрия Солунского особенно почитаемо в славянских народах после просвещения их светом Евангельской истины. С другой стороны, греки считали святого Димитрия как бы славянским святым по преимуществу. С именем святого великомученика Димитрия Солунского связаны, по предуказанию Божию, первые же страницы русской летописи. Когда Вещий Олег разгромил греков под Константинополем (907), как сообщает летопись, "убоялись греки и говорили: это не Олег, но святой Димитрий послан на нас от Бога". Русские воины всегда верили, что они находятся под особым покровительством святого великомученика Димитрия. Более того, в старинных русских былинах великомученик Димитрий изображается русским по происхождению - так сливался этот образ с душой русского народа. Церковное почитание святого великомученика Димитрия в Русской Церкви началось сразу после Крещения Руси. К началу 70-х годов ХI столетия относится основание Димитриевского монастыря в Киеве, известного впоследствии как Михайлов-Златоверхий монастырь. Обитель была построена сыном Ярослава Мудрого, великим князем Изяславом, в Крещении Димитрием († 1078). Мозаичная икона святого Димитрия Солунского из собора Димитриевского монастыря сохранилась до наших дней и находится в Государственной Третьяковской галерее. В 1194-1197 годах великий князь Владимирский Всеволод III Большое Гнездо, в крещении Димитрий, "создал церковь прекрасную на дворе своем, святого мученика Димитрия, и украсил ее дивно иконами и писанием" (т. е. фресками). Димитриевский собор и доныне является украшением древнего Владимира. Чудотворная икона святого Димитрия Солунского из иконостаса собора также ныне находится в Москве в Третьяковской галерее. Она написана на доске от гроба святого великомученика Димитрия, принесенной в 1197 году из Солуни во Владимир. Одно из ценнейших изображений святого - фреска на столпе Владимирского Успенского собора, принадлежащая кисти преподобного инока-иконописца Андрея Рублева. Почитание святого Димитрия продолжалось и в роду святого Александра Невского (память 23 ноября). Святой Александр назвал старшего сына в честь святого великомученика. А младший сын, святой благоверный князь Даниил Московский († 1303; память 4 марта), воздвиг в Москве храм во имя святого великомученика Димитрия в 1280-х годах, который явился первым каменным храмом в Московском Кремле. Позже, в 1326 году, при князе Иоанне Калите, он был разобран, а на его месте воздвигнут Успенский собор. Память святого Димитрия Солунского издревле связывалась на Руси с воинским подвигом, патриотизмом и защитой Отечества. Святой изображается на иконах в виде воина в пернатых доспехах, с копьем и мечом в руках. На свитке (в более поздних изображениях) писали молитву, с которой святой Димитрий обращался к Богу о спасении родной Солуни: "Господи, не погуби град и людей. Если град спасешь и людей - с ними и я спасен буду, если погубишь - с ними и я погибну". В духовном опыте Русской Церкви почитание святого великомученика Димитрия Солунского тесно связано с памятью защитника Родины и Церкви, великого князя Московского Димитрия Донского († 1389). "Слово о житии и о преставлении великого князя Димитрия Ивановича, царя русского", написанное в 1393 году, как и другие древние источники, ублажает его как святого. Духовный сын и воспитанник Митрополита Алексия, святителя Московского († 1378; память 12 февраля), ученик и собеседник великих молитвенников Русской земли - преподобных Сергия Радонежского († 1392; память 25 сентября), Димитрия Прилуцкого (†1392; память 11 февраля), святителя Феодора Ростовского († 1394; память 28 ноября), великий князь Димитрий "о церквах Божиих весьма печаловался, а страну земли Русской мужеством своим держал: многих врагов, встающих на нас, победил и славный град свой Москву стенами чудными оградил". Со времен построенного великим князем Димитрием белокаменного Кремля (1366) Москва стала называться Белокаменной. "Процвела земля Русская в лета княжения его",- свидетельствует названное "Слово". Молитвами своего Небесного покровителя, святого воина Димитрия Солунского великий князь Димитрий одержал ряд блестящих военных побед, предопределивших дальнейшее возвышение России: отразил натиск на Москву литовских войск Ольгерда (1368,1373), разгромил на реке Воже татарское войско Бегича (1378), сокрушил военную мощь всей Золотой Орды в битве на Куликовом поле (8 сентября 1380 г. в день празднования Рождества Пресвятой Богородицы) между реками Доном и Непрядвой. Куликовская битва, за которую народ назвал Димитрия Донским, стала первым общерусским национальным подвигом, сплотившим вокруг Москвы духовные силы русского народа. Этому переломному событию русской истории посвящена "Задонщина", вдохновенная героическая поэма, написанная иереем Софонией Рязанцем (1381). Князь Димитрий Донской был великим почитателем святого великомученика Димитрия. В 1380 году, накануне Куликовской битвы, он торжественно перенес из Владимира в Москву главную святыню Владимирского Димитриевского собора - икону великомученика Димитрия Солунского, написанную на доске гроба святого. В Московском Успенском соборе был устроен придел во имя великомученика Димитрия. В память воинов, павших в Куликовской битве, установлена была для общецерковного поминовения Димитриевская родительская суббота. В первый раз эта панихида была совершена в Троице-Сергиевом монастыре 20 октября 1380 года Преподобным Сергием, игуменом Радонежским, в присутствии самого великого князя Димитрия Донского. С тех пор она ежегодно совершается в обители с торжественным поминанием героев Куликовской битвы, в том числе схимонахов-воинов Александра (Пересвета) и Андрея (Осляби). Тропарь, глас 3 Вели́ка обре́те в беда́х/ тя побо́рника вселе́нная, страстоте́рпче,/ язы́ки побежда́юща./ Я́коже у́бо Ли́еву низложи́л еси горды́ню,/ и на по́двиг дерзнове́нна сотвори́в Не́стора,/ та́ко, свя́те Дими́трие,/ Христу́ Бо́гу моли́ся// дарова́ти нам ве́лию ми́лость. Кондак, глас 2 Крове́й твои́х струя́ми, Дими́трие,/ Це́рковь Бог обагри́,/ да́вый тебе́ кре́пость непобеди́мую,/ и соблюда́я град твой невреди́м:// того́ бо еси́ утвержде́ние. Молитва Святы́й и сла́вный великому́чениче Христо́в Дими́трие, ско́рый помо́щниче и те́плый засту́пниче с ве́рою притека́ющих к тебе́! Предстоя́ с дерзнове́нием Небе́сному Царю́, испроси́ у Него́ проще́ние согреше́ний на́ших и о е́же изба́витися нам от всегуби́тельныя я́звы, тру́са, пото́па, огня́, меча́ и ве́чныя ка́зни. Моли́ бла́гость Его́, е́же уще́дрити град сей, оби́тель сию́ и вся́кую страну́ христиа́нскую. Исхода́тайствуй у Царя́ ца́рствующих на враги́ побе́ду и одоле́ние правосла́вным христиа́нам, всей держа́ве правосла́вной мир, тишину́, тве́рдость в ве́ре и преспе́яние во благоче́стии; нам же, чту́щим честну́ю па́мять твою́, испроси́ благода́тное укрепле́ние на дела́ блага́я, да благоуго́дное Влады́це на́шему Христу́ Бо́гу зде творя́ще, сподо́бимся моли́твами твои́ми насле́довати Ца́рствие Небе́сное для ве́чнаго прославле́ния Его́ со Отце́м и Святы́м Ду́хом. Ами́нь. Величание Велича́ем тя, страстоте́рпче святы́й Дими́трие, и чтим честна́я страда́ния твоя́, я́же за Христа́ претерпе́л еси́.

Со святыми упокой,/ Христе,/ души раб Твоих,/ идеже несть болезнь, ни печаль,/ ни воздыхание,// но жизнь безконечная. В Димитриевскую родительскую субботу совершается особое поминовение усопших православных христиан. Она приходится на субботний день перед днем памяти великомученика Димитрия Солунского, который празднуется 8 ноября по новому стилю, за исключением праздника Казанской иконы Божией Матери (4 ноября) и праздника со славословием апостола Иакова (5 ноября). Во все остальные дни, если в них не случится храмового или какого-либо местного праздника, может быть совершена заупокойная служба «со аллилуйей» по 13-й главе Типикона. Если день памяти великомученика Димитрия Солунского приходится тоже на субботу, родительской все равно считается предыдущая. Согласно Обиходнику XVII века, поминовение усопших в этот день было ограничено панихидой. В «Богослужебных указаниях», издававшихся Московской Патриархией в 50-е годы XX века, на Димитриевскую субботу определено совершать такую службу, как в субботу мясопустную, что возвышало статус поминовения до вселенских суббот; та же практика зафиксирована в некоторых пособиях по богослужебному уставу. В Димитриевскую родительскую субботу совершается заупокойная служба согласно 13-й гл. Типикона (о службе с «Аллилуия» в субботу). Этот устав формально может применяться во многие субботы года, но на практике Димитриевская суббота осталась единственным днем в году, когда богослужение совершается по этой главе; главное видимое отличие такой службы – чтение 17-й кафизмы и произнесение заупокойных ектений. С Димитриевской субботой связаны некоторые народные традиции, вероятно уходящие корнями в дохристианское прошлое. В VIII в. в Риме, а с IX в. повсеместно на Западе 1 нояб. стало праздноваться как день Всех святых. В 994–1048 гг. аббат Клюнийского монастыря Одило закрепил за 2 нояб. поминовение всех усопших верных; эта традиция получила широкое распространение в латинской церкви. Мн. исследователи видят в установлении этих памятей попытку воцерковить языческие традиции европейских народов. В русских рукописях Димитриевская родительская суббота упоминается редко, не отмечается в переводных литургических книгах (Типиконах, Минеях) и лишь изредка указывается в оригинальных русских памятниках – соборных Чиновниках и монастырских Обиходниках, отражающих не описанные в Типиконе особенности реальной богослужебной практики древнерусских кафедральных храмов и монастырей. Одно из первых упоминаний Димитриевской субботы как дня поминовения всех усопших содержится в сборнике новгородского происхождения XV в., но традиция поминовения в этот день, вероятно, значительно древнее. В монастырских Обиходниках Димитриевская родительская суббота является днем поминовения усопшей братии. Так, столовый Обиходник Троицкой лавры 1-й пол. XVI в. предписывает предлагать «корм монастырской по всей братии в обители сей преставльшихся, а кормят в субботу в Дмитриевскую» в Уставе Волоколамского монастыря того же времени сказано, что «в субботу Дмитровскую по преподобнем отце нашем начальнице святыя обители сея игумене Иосифе и по всей братии». Димитриевская суббота также упоминается в указе о трапезе Тихвинского монастыря, написанном в 1590 г., в Обиходнике Свято-Троицкой лавры 1645 г. и в сводном Уставе Свято-Троицкого и Кириллова Белозерского монастырей нач. XVII в. Вне монастырей Димитриевскую субботу воспринимали как день заупокойной молитвы обо всех усопших верных. Царь Иоанн IV Грозный повелел в Димитриевскую субботу «петь панихиды и служить обедни по всем церквам и общую милостыню давать, и кормы ставить». В Чиновнике московского Успенского собора под 23 окт. содержится следующая запись 2-й пол. XVII в.: «Пред памятию святаго великомученика Димитрия в пяток вечера бывает панихида по всех православних христианех». В старообрядческих рукописях встречается компиляция из Обиходников и Уставов, посвященная Димитриевской родительской субботе с заглавием: «Подобает ведати о суботе иже пред праздником великомученика Димитрия Солунскаго». В XVII в. Димитриевская суббота, по всей вероятности, еще не связывалась с поминовением воинов, павших в Куликовской битве. Так, в Синодике РГБ. Троиц. № 818, XVII в., выписаны имена монахов Троицкого монастыря, павших в Куликовской битве, но это поминовение не увязано с Димитриевской субботой. Сказания о Куликовской битве также не содержат указания об установлении Димитриевской родительской субботы блгв. кн. Димитрием Донским. Только в Киприановской редакции «Сказания о Мамаевом побоище», созданной в сер. XVI в. и дошедшей до нас в составе Никоновской летописи, повествуется о том, что блгв. князь обращался к прп. Сергию со словами: «И чтобы тебе пети понафида и служити обедня по всех по них избьенных. И тако бысть, и милостыню даде, и преподобнаго игумена Сергиа корми, и всю братию его», но и в этих словах Димитриевская родительская суббота не связывается с Куликовской битвой. Можно предположить, что ассоциация Димитриевской родительской субботы с поминовением павших на поле Куликовом появилась только в XVIII или даже XIX в. Известен духовный стих позднего происхождения, опубликованный несколькими собирателями духовных стихов XIX в., названный «Стих о Димитровской родительской субботе, или Видение Димитрия Донского» (нач.: «Накануне субботы Димитровской...»). В стихе описывается видéние блгв. кн. Димитрия Донского во время Божественной литургии: князь видит павших на поле брани рус. и татар. воинов, слышит предсказания о своей смерти и о пострижении княгини в монашество. Стих заканчивается словами: «А на память дивнаго видения уставил он Дмитровску субботу». Т. о., даже этот стих, который считается аргументом в пользу установления Димитриевской субботы как дня поминовения воинов, павших на поле Куликовом, интерпретирует Димитриевскую родительскую субботу иначе. Свт. Филарет Московский писал в письме к А. Н. Муравьёву от 26 нояб. 1845 г.: «О Дмитриевой субботе постановления не знаю, кроме предания нашего, русского. Может быть, поминовение преподобным Сергием падших в Мамаевой битве было началом общаго поминовения? День поминовения, может быть, определился первою удобностию по возвращении из похода. Или, может быть, по кончине Дмитрия Донского в ближайшую подле ангела его субботу (обычный в неделе день поминовения усопших, потому что в сей день Господь наш пребывал в усопших) определили поминать его и сподвижников его, и, как всякому при сем, кстати было помянуть и своих присных, то поминовение сделалось всеобщим» (Письма Филарета, митрополита Московского, к А. Н. Муравьёву (1832–1867)). В XIX в. мнение о связи Димитриевской родительской субботы с Куликовской битвой постепенно распространилось и стало господствующим. 22 авг. 1903 г. был издан имп. указ (ЦВед. 1904. № 6), предписывающий в войсковых частях совершать в Димитриевскую родительскую субботу панихиды по усопшим воинам, «за веру, царя и Отечество, на поле брани живот свой положившим». Согласно утверждениям некоторых современников, и до издания этого указа «русская армия чтила память всех павших в Куликовской битве» в Димитриевскую субботу. Об установлении блгв. кн. Димитрием Димитриевской родительской субботы говорится в ряде учебных пособий XIX–XX вв. по литургике. Тем не менее уже в нач. XX в. Е. Е. Голубинский на основании свидетельств средневек. рус. памятников указывал на иное происхождение Димитриевской субботы в работах «Прп. Сергий Радонежский и созданная им Троицкая лавра» и «История Русской Церкви». На Руси в народной среде Димитриевская родительская суббота (др. название - Дедова суббота) считалась одним из главных поминальных дней, что связано, вероятно, с язычеством, когда середина осени, как и весны, была одним из важнейших моментов годового цикла. Как весна, так и осень имели большое значение для культа предков, отразившееся в народных традициях и обрядах на Димитриевскую субботу В. И. Чичеров уточняет, что Димитриевская родительская суббота была связана также с «кормлением» матери-земли (Чичеров. 1957). На Руси традиционно на Димитриевскую субботу готовилось обильное угощение для поминок, в некоторых местностях во время трапезы на столе лежали ложки для покойников. По значению это поминовение обычно ставится несколько ниже поминальных дней весеннего времени (вселенских заупокойных суббот и др.). С Димитриевской субботой связаны некоторые русские пословицы: «Покойнички на Русь Дмитриев день ведут - живых блюдут», «На дедовой неделе родители отдохнут» («Дедова неделя» - традиционное название седмицы перед Димитриевской родительской субботой, пословица имеет в виду поверье о том, что души усопших получат отдых, если в седмицу перед Димитриевской субботой случится оттепель), «Поповская работа», «Не всегда поповым ребятам Дмитриева суббота» (в этих пословицах содержится ирония по поводу многочисленных заказных панихид и обилия приношений в церковь в Димитриевскую субботу). В Болгарской Православной Церкви, перешедшей в 1968 г. на новый стиль, осеннее поминовение усопших стало совершаться перед днем памяти арх. Михаила (в старину день поминовения усопших отмечали перед днем памяти вмч. Димитрия). Такой день может называться «Архангелова задушница» (8 нояб. совпадает с днем памяти вмч. Димитрия по ст. ст.). В Сербской Православной Церкви Димитриевская родительская суббота совершается перед днем памяти вмч. Димитрия и называется «Субота пред Митровдан» или «Митровске задушнице». В случае совпадения Димитриевской родительской субботы с праздничным днем (напр., с 22 окт. - днем памяти Казанской иконы Божией Матери) поминовение усопших переносится на предшествующую субботу. Чтобы помянуть своих почивших родственников церковно, необходимо прийти в храм на богослужение вечером в пятницу накануне родительской субботы. В это время совершается великая панихида, или парастас. Все тропари, стихиры, песнопения и чтения парастаса посвящены молитве за умерших. Утром в саму поминальную субботу совершается Божественная литургия. Необходимо помнить, что молитва за усопших – это наша главная и неоценимая помощь отшедшим в мир иной. Покойник не нуждается, по большому счету, ни в гробе, ни в могильном памятнике, ни тем более в поминальном столе – все это есть лишь дань традициям, пусть и весьма благочестивым. Но вечно живая душа умершего испытывает великую потребность в поминовении близких и Церкви, ибо не может сама творить добрых дел.

Иконы Божией Матери «Всех скорбящих Радость» (1688) Сколько утешительного заключено в одном уже имени этой иконы — будящем, укрепляющем веру людей в Богоматерь, как в дивную Заступницу, которая спешит всюду, где слышится стон страдания людского, утирает слезы плачущих и в самом горе дает минуты отрады и радости небесной. Радуйся же вечно Ты, небесная скорбящих Радость! По вере людей в милосердие Богоматери к роду людскому, повелся обычай изображать Богоматерь сообразно тому, что слышится в словах молитвы к Ней: «О, Пресвятая Госпоже Владычице Богородице, вышши еси всех ангел и архангел и всея твари честнейши. Помощница еси обидимых, ненадеющихся надеяние, убогих заступница, печальных утешение, алчущих кормительница, нагих одеяние, больных исцеление, грешных спасение, христиан всех поможение и заступление». Поэтому и пишется Богоматерь во весь рост, иногда с Младенцем на руках (как на московском первообразе), иногда без Младенца (как на прославившейся недавно в Петербурге, у Стеклянного завода, иконе с монетами), окруженная разного рода бедствующими людьми — нагими, обидимыми, алчущими. Около этих бедствующих изображают часто ангелов, посланных Владычицей для утоления страдания людского; ангелы, приникая к людям, указывают им на Богоматерь, которая пишется на иконах «Всех скорбящих Радость» или во славе, с короной на главе и в царском одеянии, или в обычном одеянии земных Ее дней и в белом плате на главе. В Москве в XVII веке прославилась одна икона Богоматери этого имени. Первое чудо от нее совершилось в 1688 г. над больной Евфимией, родной сестрой патриарха Иоакима, жившей на Ордынке. Она жестоко страдала раной в боку. Рана была так велика, что видны были внутренности. Больная ждала смерти, но в то же время не теряла надежды на помощь Божественную. Однажды, попросив приобщить ее Святых Таин, она с великой верой стала взывать к Пресвятой Богородице: — Услыши меня, Всемилостивая Владычица! Весь мир Тобой хвалится; и все приемлют нескудные милости Твои. Достойна я наказания по беззакониям моим, но не накажи меня гневом Твоим. Призри на лютую немощь мою и помилуй меня. После этой молитвы больной был голос: — Евфимия, отчего в страдании твоем не прибегаешь ты к общей Целительнице всех? — Где же найти мне такую Целительницу? — отвечала Евфимия, изумленная голосом. И был ответ: — Есть в храме Преображения Сына Моего образ Мой, именуемый «Всех скорбящих Радость». Стоит он на левой стороне в трапезе, где обыкновенно становятся женщины. Призови к себе из этой церкви священника с этим образом, и когда он отслужит молебен с водосвятием, ты получишь исцеление. Не забывай же тогда Моего к тебе милосердия и исповедуй его в прославление имени Моего. Когда Евфимия оправилась от волнения, произведенного на нее этим явлением, и узнала от родственников, что, действительно, в храме Преображения, на Ордынке, есть икона Богоматери «Всех скорбящих Радость», она призвала священника с иконой к себе в дом. По совершении водосвятного молебна Евфимия исцелилась, и 24 октября установлен праздник в честь этой иконы в память совершившегося в этот день исцеления. Тропарь, глас 4 К Богоро́дице приле́жно ны́не притеце́м,/ гре́шнии и смире́ннии, и припаде́м,/ в покая́нии зову́ще из глубины́ души́:/ Влады́чице, помози́, на ны милосе́рдовавши,/ потщи́ся, погиба́ем от мно́жества прегреше́ний./ Не отврати́ Твоя́ рабы́ тщи,// Тя бо и еди́ну наде́жду и́мамы. Кондак, глас 6 Не и́мамы ины́я по́мощи,/ не и́мамы ины́я наде́жды,/ ра́зве Тебе́, Влады́чице./ Ты нам помози́:/ на Тебе́ наде́емся и Тобо́ю хва́лимся,/ Твои́ бо есмы́ раби́,// да не постыди́м. Молитва О, Пресвята́я Влады́чице и Богоро́дице, Вы́сшая Херуви́м и Честне́йшая Серафи́м, Богоизбра́нная Отрокови́це, поги́бших Взыска́ние и всех скорбя́щих Ра́досте! Пода́ждь утеше́ние и нам, в поги́бели и ско́рби су́щим; ра́зве бо Тебе́ ино́го прибе́жища и по́мощи не и́мамы. Ты еди́на еси́ ра́дости на́шея Хода́таица, и я́ко Ма́терь Бо́жия и Ма́ти милосе́рдия, предстоя́щи у Престо́ла Пресвяты́я Тро́ицы, мо́жеши нам помощи́, никто́же бо притека́яй к Тебе́ посра́млен отхо́дит. Услы́ши у́бо и нас ны́не в день поги́бели и печа́ли пред Твое́ю ико́ною припа́дающих и со слеза́ми Тебе́ моля́щихся: отжени́ от нас належа́щия на нас ско́рби и бе́ды в сей вре́менней жи́зни, не лише́ны же сотвори́ Твои́м всеси́льным хода́тайством и ве́чныя несконча́емая ра́дости в Ца́рствии Сы́на и Бо́га на́шего. Ами́нь. Стихира, глас 2 Всех скорбя́щих Ра́досте,/ и оби́димых Засту́пнице,/ и а́лчущих Пита́тельнице,/ стра́нных утеше́ние,/ обурева́емых приста́нище,/ больны́х посеще́ние,/ немощны́х покро́ве и Засту́пнице,/ же́зле ста́рости,/ Ма́ти Бо́га Вы́шняго Ты еси́, Пречи́стая:// потщи́ся, мо́лимся, спасти́ся рабо́м Твои́м.